Голос разума в глубинной Америке. Борис Барабанов исследует миры нового альбома Джона Гранта

В 2011 году автор этих строк случайно обнаружил в тогда еще по большей части пиратском интернете дебютный альбом бывшего солиста группы The Czars Джона Гранта Queen Of Denmark. Спустя некоторое время в фейсбуке Гранта был замечен комментарий к новости о принятии в Санкт-Петербурге закона, «запрещающего пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних»: «Вот такие вещи мешают мне навсегда поселиться в России».

На просьбу об интервью Джон Грант ответил тогда по-русски: «Только если ты будешь общаться со мной на русском языке». После последовало предложение о концерте. Грант согласился приехать в одиночестве, без группы, и попросил отвести его на собрание русского общества анонимных алкоголиков, а также найти магазин, где можно купить русский учебник исландского языка. В следующий раз добрейший гигант, похожий то ли на русского купца, то ли на канадского лесоруба, выступил здесь уже с группой и познакомился с музыкантами «Би-2», которые немедленно попросили его о коллаборации. Встреча произошла в гримерке клуба «16 тонн», где Грант коротал время перед концертом за чтением «Золотого теленка» Ильфа и Петрова. Так родился хит «Виски» и чуть менее раскрученная песня «Иначе». Не имеющий никаких русских корней Джон Грант пел по-русски с еле заметным акцентом. 

В общей сложности музыкант знает шесть или семь языков и, когда нужно, легко переходит на любой из них в своих собственных песнях. «Никогда не извиняйтесь за то, чем вы стали. Все, что мы имеем, заработали потом и кровью», — поет Джон Грант по-русски в песне Your Portfolio на новом альбоме Boy From Michigan. Точнее, не поет, а проговаривает сквозь электронные фильтры, словно это голос искусственного интеллекта, управляющего звездолетом. Фраза не имеет никакого отношения к «русской жизни» Гранта, он просто решил, что именно эта мысль должна быть высказана по-русски. 

В целом Boy From Michigan производит настолько сильное впечатление, что его даже не хочется впрямую, как это принято у рецензентов, сравнивать с предыдущими работами автора или с альбомами его коллег. Эти двенадцать песен — не линейное повествование. Неверно будет считать, что баллады, которые у Гранта получаются идеально, чередуются на альбоме с синти-поповыми полотнами. Скорее широко аранжированные танцевальные треки органично сосуществуют во вселенной Boy From Michigan с элегиями под клавишные, они объясняют друг друга и отталкиваются друг от друга, как шары воска в лава-лампе. После одной песни из альбома невозможно не захотеть услышать другие. «Ну, ясно» — это не про Джона Гранта. 

Несмотря на присутствие в выходных данных пластинки певицы Кейт Ле Бон в качестве нового продюсера Гранта, английские и американские критики отмечают, что по отдельности музыкальные приемы, использованные в альбоме, публике уже знакомы и ощущение величия Boy From Michigan рождается на пересечении личной истории автора и песенных «полароидных снимков», запечатлевших жуть жизни в американской глубинке. Из альбома в альбом Грант проговаривает свою юношескую травму — осознание собственной гомосексуальности и невозможность быть тем, кем ты себя чувствуешь, в консервативной социальной среде. Но впервые в его альбоме эта травма рифмуется с травмой страны, которая берет начало в истории рабства и ощущается по сей день в новых формах расизма, неравенстве в доступе к медицине, эпидемии наркомании и сверхбогатстве немногочисленных избранных.  

Изящество альбома, завораживающая красота мелодий, изгибы поэтической мысли выводят пластинку на один уровень с работами Дэвида Бирна и Talk Talk. Но полноты картины Джон Грант добился, вставив в альбом исступленный абсурдистский трек Rhetorical Figure. 

Поразительным образом Джон Грант и Кейт Ле Бон, закопавшись в синтезаторные 1980-е, пришли туда же, куда в 1983 году угодили Юрий Чернавский и Владимир Матецкий с их бредовым коллажным альбомом «Банановые острова». При всей любви к России Джон Грант вряд ли его слышал, уж больно субкультурная это была вещь. Но настроение трека абсолютно то же.