Как вы познакомились и когда родился Smerz?
Хенриетт: Мы познакомились еще в школе, когда никто из нас не занимался музыкой. Затем переехали в Данию и вместе пошли в музыкальное училище. После этого уже начали пробовать себя в электронном направлении.
Вы жили в Норвегии, Дании и какое-то время в США. Как думаете, такой разброс стран и культур как-то повлиял на ваш музыкальный стиль?
Катарина: Думаю, на нашей музыке сильно сказался в первую очередь переезд из Норвегии в Данию. Вообще, все зависело от людей: мы ездили по разным странам, проводили концерты, знакомились с другими исполнителями — все это и сформировало наш стиль.
Вот вы говорите, что знакомились с другими исполнителями. Кто из музыкантов вас вдохновляет?
Х: Скорее всего, весь массив прослушанной музыки так или иначе сказывается на нашем звучании — здесь вряд ли можно выделить какое-то ограниченное количество человек.
Вы все делаете вместе или у вас есть какие-то определенные роли? Например, одна пишет музыку, другая — текст.
К: У нас нет никаких ролей. Все зависит от настроения, мы всегда переключаемся между делами. Делать всего по чуть-чуть, в общем-то, полезно. Например, я могу начать что-то писать, затем передать Хенриетт, и она внесет в работу что-то свое.
Как бы вы сами описали стиль собственной музыки?
К: Мы берем что-то отовсюду, используем разные инструменты и стили, вдохновляемся многими жанрами, которые в конечном итоге становятся частью нашего проекта. По сути, у нас нет определенного жанра. Но, может, это и есть жанр!
А какую музыку вы слушаете сами?
К: Как раз сейчас слушала одну клевую песню. Это была All That Matters Джастина Бибера. Еще сейчас часто залипаю на треки одной итальянской певицы, которую мне посоветовал режиссер наших клипов Бенджамин Баррон.
Х: Мне нравится переслушивать латышского музыканта Ингуса Баушкениекса (Ingus Baušķenieks) — он не так давно выпустил новый альбом, который очень запал мне в душу.
В 2021 году у вас выйдет дебютный альбом Believer. Как бы вы описали его звучание?
К: Мы очень сильно ждем этот релиз! Если честно, вообще не знаю, как его описать. Мне кажется, это надо спрашивать уже у людей, которые его слышали.
Я уже послушал ваш альбом и…
К: О, вот ты его нам и опиши!
Скажу так: никогда ничего подобного не слышал. Мне кажется, что он сильно отличается от ваших предыдущих работ. Например, Believer уже не кажется таким DIY, в отличие от ЕР. Вы сами ощутили эволюцию своей музыки?
Х: Так забавно: ты сказал, что он менее DIY, но над продакшеном наших предыдущих релизов мы работали гораздо более тщательно.
К: В Believer мы очень сильно поработали над вокалом.
Х: Это правда, но я говорю именно про сам продакшен… Мне кажется, в Believer мы просто накидали все подряд, если честно.
Believer чем-то повторяет ритм ваших предыдущих ЕР. Например, сначала идет тихая и меланхоличная песня, а сразу после — шумная и дерзкая. Складывается впечатление, что в своих песнях вы рассказываете сразу несколько историй одновременно.
К: Если честно, такой концепт не планировался, но, думаю, Believer отражает наши контрастные взгляды и предпочтения в музыке. Мы решили запечатлеть на альбоме сразу все эмоции одновременно, поэтому он и получился таким разношерстным.
Х: Если говорить о сюжете альбома, то мне больше кажется, что там прослеживается одна история, просто запечатленная в разных настроениях. Но каждый, конечно, увидит в Believer свое.
В вашем альбоме есть несколько песен на норвежском языке. Почему вы решили сделать Believer двуязычным?
К: Это было скорее не решение, а цель — сделать наш альбом открытым более широкому кругу людей. К тому же под какие-то мотивы подходил больше английский, а под какие-то — норвежский. Все, опять же, зависит от настроения.
Х: В какой-то степени мы обе билингвы. Конечно, чаще всего разговариваем на норвежском, но порой в разговорах проскальзывают английские слова. Поэтому в каком-то смысле для нас было важно сделать Believer именно двуязычным.
К: Меня удивляет, насколько сильно норвежский и английский языки отличаются друг от друга.
Х: И все же когда начинаешь миксовать разные языки, то начинаешь находить ассоциации. И еще понимаешь, что в какой-то ситуации один язык сможет лучше передать твои чувства, нежели другой.
У вас очень мистические и завораживающие ролики. Как вам приходят в голову все эти идеи?
К: Над всеми роликами мы работаем с Хенриетт вдвоем, но нам также помогают наши друзья Брур и Бенджамин. Мы очень любим формат трейлеров, поэтому решили записать один и для нашего будущего альбома. Понимаешь, трейлер дает ощущение, что впереди тебя ждет эпичная и очень драматическая история. После того, как он был снят, мы вчетвером будто оказались на одной волне — и решили продолжить делать другие видео в смежных стилях.
Можете объяснить, что вообще происходит в клипе на I don’t talk about that much? Как вам удалось соединить народные танцы с электронной музыкой и эстетикой «Догвилля»?
К: Мы просто сняли и все объединили, а удался ли клип вообще — этого мы не знаем! (Смеются.)
В трейлере вашего альбома Believer вы как будто попали в какую-то сказку. Стоит ли нам ждать больше клипов, которые будут разворачиваться в этой же вселенной?
К: Мы подготовили целую историю, но пока рассказывать не будем — это все нужно увидеть самому!
