Мадс, до этого вы уже снимались в фильмах Андерса Томаса Йенсена: в картинах «Зеленые мясники» и «Адамовы яблоки». Вам нравится работать с этим режиссером?
Да, я работаю с Йенсеном уже пятый раз, и мне очень нравится. Он снимает такие фильмы, которые никто другой не делает. У Йенсена очень специфическое чувство стиля, комедии. Обычно он смешивает различные жанры — например, как в «Рыцарях справедливости».
В «Рыцарях справедливости» вы играете Маркуса — очень сурового мужчину, который много стреляет и ломает шеи, даже не разобравшись. Вам близок такой тип героя?
Мне кажется, на протяжении всего фильма Маркус пребывает в состоянии шока и ведет себя так, чтобы получить ответы на вопрос, почему погибла его жена. Ему тяжело увидеть всю картину преступления, и он пытается по кусочкам собрать этот пазл. Нет, Маркус мне не близок как герой, но я все же симпатизирую ему.
У Маркуса собственные взгляды на воспитание дочери: он не разрешает ей посещать психолога, верить в Бога, заставляет бегать по утрам, чтобы сбросить лишний вес. Вам доводилось делать что-то подобное по отношению к собственным детям?
Он вообще не слушает свою дочь! И не в состоянии разделить с ней горе по поводу смерти матери. Маркус — полностью потерявшийся человек и не лучший воспитатель для своей дочери. Мне кажется, я лучше веду себя со своими детьми. (Смеется.)
В фильме поднимается тема проработки травмы с психологом. А вы обращались когда-нибудь за помощью к терапевтам?
Нет, никогда. Я понимаю, что это очень важно для тех, кто не может принять какие-то решения в своей жизни или найти выход из сложной ситуации. Например, Маркус как раз оказался в кризисном положении, и ему нужен психолог. Не исключено, что когда-нибудь помощь психолога понадобится и мне, но пока я обращаюсь за советами к своим близким друзьям.
Вы сыграли очень широкий диапазон ролей: от учителя и воспитателя в фильмах Винтерберга до солдата у Йенсена. Кто из этих героев больше похож на вас?
Мне достаточно близки все мои герои, я пытаюсь в каждом найти себя. Большинство этих персонажей находятся в какой-то стрессовой ситуации, и я пытаюсь поставить себя на их место.
На протяжении нескольких лет вас официально признавали самым сексуальным мужчиной Дании, однако сами вы редко снимаетесь в сексуальных сценах и не играете плейбоев. Почему?
О, сексуальные сцены важны тогда, когда режиссер точно знает, что хочет увидеть. В таком случае очень просто их играть. Все чувствуют себя свободно и прекрасно понимают, где не следует переступать черту.
Как вы готовили себя к роли в фильме «Еще по одной»? И верите ли вы в теорию, что у человека в крови должно быть определенное количество алкоголя для ощущения счастья?
Да, конечно! И русские люди в это тоже верят! (Смеется.) Но есть разница в том, сколько вы выпили. Два бокала — это прекрасно, алкоголь растекается в крови, и вы чувствуете себя расслаблено, становитесь прекрасным собеседником, появляется больше смелости. А две бутылки — уже совсем другая история.
Кажется, вы никогда не планировали быть актером, а хотели стать танцором. Это правда?
Я не собирался быть ни актером, ни танцором и вообще ничего не планировал в жизни. Все получилось случайно. Но да, в фильме «Еще по одной» я танцую.
И прекрасно это делаете!
Причем, можете себе представить, до этого я не танцевал сорок лет! Так что мне понадобилась помощь хореографа.
Ваш дебют в полнометражном кино состоялся в фильме Николаса Виндинга Рефна «Дилер» (1996). Сейчас Рефн — выдающийся режиссер. Хотели бы вы еще с ним сотрудничать?
Конечно. Мы с ним иногда встречаем друг друга в разных уголках мира. Идей о сотрудничестве у нас много, и я верю, оно однажды обязательно случится.
Но вы никогда не снимались у другого известного датчанина — Ларса фон Триера. Почему?
Не знаю, он никогда не приглашал меня. Триер — очень важный человек в датском кинематографе.
Что скажете о своей новой роли Гриндевальда в третьей части «Фантастических тварей»?
Мы уже вовсю снимаем, почти закончили. Я в полном восторге от производственного процесса и очень рад, что мне дали возможность попасть в эту «семью».
Хотели бы получить «Оскар»?
Солгу, если скажу, что не хотел бы. Это главный приз в кинематографе. Но датскому актеру очень трудно получить «Оскар», поэтому это не поле для моих амбиций.
А вам больше нравится сниматься в европейских или голливудских проектах?
Мне нравится сниматься и там и там. Как я уже сказал, я не собирался быть актером, но, видно, такая у меня судьба.
