Роман, кстати, экранизировался многократно: например, в фильме 1966 года Дэвида играет Иэн Маккеллен, а в фильме 1999 года — Дэниел Рэдклифф. Картина «История Дэвида Копперфилда» Армандо Ианнуччи вышел на экраны в 2019 году, а до России добрался осенью 2020 года. В нем играют Дев Патель, Питер Капальди, Хью Лори, Тильда Суинтон, Бен Уишоу и другие. На премьере фильма мы по говорили с Маргаритой Митрофановой, Машей Цигаль, Ириной Муромцевой, Дмитрием Грачевым и Владом Соколовским и узнали много нового о смыслах картины.
Имена героев Чарльза Диккенса часто становятся названиями пабов и артистическими псевдонимами. А поскольку пабы и поп-культура гораздо доступнее для масс, чем сентиментальная британская литература, при упоминании этих героев сознание среднестатистического землянина рисует образ, совершенно не похожий на творческий замысел его создателя. Так произошло и с романом «Дэвид Копперфильд», чей успех в наши дни затмился одноименным иллюзионистом. А каких-нибудь полторы сотни лет это был бестселлер, которым зачитывались как обыватели, так и цвет интеллектуальной элиты того времени.
Роман «Жизнь Дэвида Копперфилда, рассказанная им самим» (англ. The Personal History, Adventures, Experience and Observation of David Copperfield the Younger of Blunderstone Rookery) вышел в 1849 году и представлял собой свободно изложенную биографию самого Диккенса, которая оказалась весьма насыщенной. Герой влачит существование офисного планктона в эпоху первоначального накопления капитала: скитается по конторам в безуспешных поисках теплого местечка, враждует с отчимом и нечистым на руку клерком Урией Хипом (его имя позаимствовала для названия рок-группа Uriah Heep). Постепенно юный Копперфильд понимает, что жизнь конторского служащего — безрадостный и бесперспективный порожняк и обретает себя в нравоучительной литературе. Как видите, это именно то, что случилось с самим Чарльзом Диккенсом: он познал жизнь викторианской эпохи во всем ее разнообразии, с юности навещал отца, заключенного в долговой тюрьме, и трудился за гроши в мутных лондонских конторах. В итоге Диккенс раскрутился и о своей карьере в офисах вспоминал уже как о тягостном кошмаре, что и нашло отражение в его повестях. Став журналистом, он впервые влюбился в банкирскую дочку и описал ее в образе Доры в «Истории Дэвида Копперфилда», а спустя несколько лет встретил ее же в более потасканном состоянии и вывел ее уже в образе пьянчужки в романе «Крошка Доррит».
