Рошин, ваши изоляционные видео, которые вы делали у себя дома, буквально спасали меня во время самоизоляции. Они так отличались от того, что снимали ваши коллеги на кухнях! Господи, у вас столько нарядов!
Да уж, их у меня гораздо больше, чем у нормального человека. Все просто напичкано одеждой, даже каминная труба. Ее реально слишком много! И вот я наконец нашла время, чтобы все это надеть. В начале самоизоляции я ходила в махровом банном халате своего бывшего бойфренда, но все же решила воспользоваться шансом и показать весь свой гардероб людям в интернете. Кстати, ухаживать за ним, на самом деле, тяжелая работа! Все вещи нужно перекладывать раз в несколько месяцев, потому что каждый раз я беру разное, и со временем образовывается беспорядок. Вещи нужно стирать, гладить, и все такое. Это, наверное, самая тяжелая физическая составляющая моей работы. Положить наряды в сумку, спустить на первый этаж, потом поднять их обратно — и так до бесконечности. У входа в мой дом есть передвижной шкаф, который мы часто берем в туры, на втором и третьем этажах находится гардероб, в доме полно разных комодов — все забито одеждой! Поэтому мне даже не нужно думать: «А что же надеть?» Все, что можно себе представить, можно найти у меня дома. И я не против носить вещи дважды и даже больше. Потому что ты же не знаешь, какая одежда подойдет твоему настроению. Вкус меняется с возрастом, поэтому вещей должно быть много. И я верю в их силу, в то, что они способны менять тебя в разных смыслах.
Кто из дизайнеров ваши любимцы?
Мне нравится Valentino, Christophe Coppens, Rick Owens. Люблю модную одежду, что глупо, потому что сейчас в ней просто некуда ходить.
Как родилась идея ваших карантинных видео?
Началось все с того, что я вспомнила манчестерские вечеринки Homo Electric, которые устраивал Люк Унабомбер. Они были очень классные, мне нравилось принимать участие в этой движухе. И вот меня попросили провести нечто подобное онлайн. Я просто перенесла вечеринку к себе домой. Придумывала наряды и монтировала ролики сама, а все оборудовать и снять помогали ребята из команды Homobloc. Эти видео — настоящее отражение того, что было у меня в голове.
Вы с самого начала планировали показать в этой серии видео свои новые песни?
Нет, это вышло абсолютно спонтанно! Тогда я только получила одну из версий песни Murphy’s Law, и она мне так понравилась, что захотелось ее спеть.
Первый же трек вашего нового альбома Roisin Machine Simulation — это большой хронометраж, эротичные вздохи, синтезаторы в стиле Джорджио Мородера. В целом похоже на посвящение Донне Саммер.
Я ее большая фанатка. Донна была невероятно талантлива и очень недооценена. И я отношусь очень серьезно к тому, что она делала. Она была профессиональным сонграйтером и невероятно одаренной вокалисткой, а в плане продакшена очень специфична. Я ею восхищаюсь.
О, тут есть история! Я как-то раз обедала с ним, дело было в Париже. Ему тогда очень нравился Дэвид Гетта, и он хотел делать что-то подобное. Да, Джорджио присылал какие-то демки, но не могу сказать, что это было мое — они звучали слишком EDM (в итоге у Джорджио Мородера вышел не слишком удачный альбом Deja Vu (2015). — Прим. Бориса Барабанова).
Все сейчас пишут о новой волне интереса к диско, обсуждают новые диско-альбомы Джесси Уэйр и Кайли Миноуг. Вы считаете себя частью этой волны? Или ваш зеркальный шар висит в другой комнате?
Я и сама была диско-шаром в тех карантинных видео! Диско живет во мне, и я считаю, что любой жанр музыки в чем-то диско, если думать в том смысле, что ты ставишь «диск» и, слушая трек, хочешь двигаться в такт. Тогда это диско. И в моей музыке объединилось очень много разных влияний, большое количество артистов оказали воздействие на создание моих образа и звука.
Незадолго до локдауна в шоу Томми Тирнана вы исполнили новую песню Narcissus в сопровождении оркестра телекомпании RTE. Как вы готовились? Как к обычному концерту?Нет. Я порядком испугалась, потому что приехала на площадку, а музыканты уже читали аранжировку с листа. И им достаточно было одного-двух раз, чтобы разыграться. Мне вообще не было понятно, почему я стою впереди, когда за моей спиной такие мастера. На самом деле, я была восхищена их способностями.
Некоторое время назад газета The New York Times посвятила вам целую большую статью. Это была неожиданность — до предыдущего альбома Take Her Up to Monto в США ваше сольное творчество вообще не замечали. Думаете, отношение меняется?
Ну, кстати, альбом Overpowered (2007) тоже хорошо зашел в Штатах, и тогда у меня появилась хорошая фан-база. Я давала там небольшие шоу, и это было хардкорно в смысле ЛГБТ-аудитории. У вас в Москве, наверное, о таких вечеринках и не слышали. Понимаете, музыка, которую я исполняю, во многом пришла именно из той среды. И мне хочется туда возвращаться. Эти люди действительно умеют радоваться жизни.
В этой статье в The New York Times вас называют «поющей Тильдой Суинтон». Вам нравится такое сравнение?
Да.
