На пару слов: Найк Борзов — о новом рок-н-рольном лайфстайле

Расскажи о работе на кинопроекте «Тайное влечение» с режиссером Стасей Венковой.

Работа была интересной, насыщенной новыми для меня впечатлениями. Например, я играл отца. Такая роль у меня была впервые, хотя я отец в реальной жизни. Вся команда — знатоки и профессионалы своего дела, процесс съемок шел очень легко и ненапряжно. Снимали мы это все в Москве, каждый день были на нескольких новых точках. На одной из них — в баре, где мы по сюжету оказываемся с моей экранной дочкой, — даже пришлось немножечко выпить. Было забавно и интересно. Стася Венкова — очень классный режиссер, очень приятный и воздушный человек. Она действовала, конечно, по сценарию, по раскадровкам, но была открыта к моим идеям и предложениям — например, я немножко менял текст. Это было все очень подвижно и творчески насыщенно.  

Насколько тебе важны публичные высказывания музыкантов, чью музыку ты любишь?  

Если бы я на это обращал внимание, наверное, очень многих музыкантов я бы перестал слушать. Не имеет значения, что человек транслирует в социальном или личностном плане, если мне очень нравится его музыка. 

Верно ли, что 1-я часть альбома «Потерянный среди звезд» записана с аскетичным набором аппаратуры, а 2-я — с полноценным?  

В общем, да, все верно. Хотя и во 2-й части тоже есть одна песня, созданная в аскетичных условиях. Было интересно экспериментировать: ограничить себя в начале,  а в конце — не ограничивать никак. Наверное, Феликс Бондарев приобщил меня к этому подходу, показав, насколько необязательны тонны аппаратуры и дорогие студии.  



Кто из музыкантов потряс тебя в последнее время?

Например, я для себя открыл группу Talk Talk. Раньше я, видимо, ввиду попсовости первых пары пластинок не обращал на них внимания. Но сейчас мне очень нравятся их последние релизы. Ну и Том Йорк продолжает радовать своим проектом The Smile. Еще Red Hot Chili Peppers. Раньше я их не очень воспринимал, кроме пары альбомов — BloodSugarSexMagik (1991) и One Hot Minute (1995). Но сейчас по-новому заиграли работы с Фрушанте, например. Мне импонирует их минимализм вплоть до примитивизма.  

Чем ты сейчас занят?

Сейчас я работаю над альбомом «Воздушная акустика». Это 18 моих песен из разных пластинок (хитов и не только), переосмысленных в акустическом звучании (рояль, гитара и голос). Ну и плюс будут две кавер-версии на ранее известные треки не моего авторства.

Насколько твой образ жизни сегодня рок-н-рольный по сравнению с 20 годами назад?

Он настолько же рок-н-рольный, но только совершенно по-другому, диаметрально противоположно тому, что было 20 лет назад.