2 октября без какой-либо рекламы вышел новый альбом группы «Мумий Тролль». К удивлению поклонников, им оказался не «После зла», три сингла из которого уже были опубликованы, а фактически EP — «Призраки завтра». Борис Барабанов позвонил лидеру коллектива Илье Лагутенко в Лос-Анджелес, где он пережидает пандемию и откуда управляет всеми многообразными активностями группы.
Илья, я все ж до конца не могу понять: «Призраки завтра» — часть альбома, ставшая полноценным альбомом? Или EP с тремя версиями заглавной песни?
Альбомы, которые выходят в этом году, мы начали записывать около двух лет назад. Работа шла в промежутках между гастролями. Мы примерно представляли себе, какими могут быть эти релизы и что их будет сопровождать — какие клипы, какие активности в интернете. То, что было задумано в цифровом мире, в целом идет по плану, в отличие от концертной деятельности. Но в современной индустрии все меняется очень быстро. В итоге у нас теперь все — альбомы. (Смеется.) Еще же ведь будет «Карнавала.Нет. XX лет» — сборник кавер-версий песен с альбома «Точно. Ртуть. Алоэ», выпущенных к его 20-летию.
Как у вас на все времени хватает?
Ну, как раз этот альбом — не наша инициатива. В прошлом году я получил письмо от Оли Чучадеевой c предложением сделать такой трибьют.
А она кто?
Просто музыкальный энтузиаст, с которым мы пересекались по линии «Мумий Тролль бара». Мы и сами планировали сыграть концерт к 20-летию альбома. Целиком мы его никогда на сцене не исполняли. В общем, идея нам понравилась. Мне хотелось, чтобы музыканты сыграли так, как будто это их песни. Но все же как песни! Потому что десять лет назад, когда трибьют «Мумий Троллю» делала «Афиша», казалось, что у участников одна задача — изменить песни до неузнаваемости. В итоге «Карнавала.Нет. XX лет» — вполне показательный для 2020 года релиз. Даже сохранилась некая концепция, которая была в оригинальном альбоме, несмотря на то, что набор музыкантов очень пестрый: от «ГШ» и Вани Дорна до групп, которые я в первый раз услышал как раз на этом трибьюте, от краут-рока до этно-техно. А презентовать мы все это будем на виртуальном концерте в день выхода альбома — 16 октября.
Вы довольно быстро переориентировались на онлайн-активность. Но виртуальные концерты, кажется, уже вышли из моды.
Нет, это не просто стрим из дома. У нас своя технология. Мы выстроили целую виртуальную вселенную «Точно. Ртуть. Алоэ», и в ней музыканты, которые находятся в разных местах, смогут объединиться. На самом деле, в момент начала пандемии не было такой технологии, которая позволила бы участникам группы играть одновременно, пребывая в разных географических точках. Стояла задача победить какие-то технические барьеры — помехи, задержки интернета. 99% онлайн-сессий, которые мы видим в ютьюбе, конечно, составлены из партий, записанных заранее и потом сведенных одним человеком. Но некоторые, включая музыкантов группы «Мумий Тролль», запарились по-настоящему.
На радио NPR была большая передача об этой технологии, там участвовали несколько американских джазовых исполнителей. Каждый из нас решал задачу по-своему. Мне было очень важно, чтобы музыканты играли и я пел вместе с ними. И мы нашли решение в виртуальной вселенной. Можно смотреть концерт в VR-очках или на любых других гаджетах. Можно даже назвать это виртуальным фестивалем — группа «Мумий Тролль» в полном составе на главной сцене, участники трибьюта — на второй сцене — все по-настоящему. А после концерта мы собираемся лично пообщаться и сфотографироваться с теми, кто приобрел опцию meet & greet. Мне много лет говорили, что публика не готова к таким виртуальным встречам. Но когда-нибудь это должно было случиться. Пандемия только подстегнула процесс.
Наверное, когда-нибудь в том или ином виде живые концерты все же вернутся, но, скорее всего, они будут какими-то другими. Ты согласен с этим?
Во-первых, вся глобальная концертная индустрия лишилась горизонта планирования. Во-вторых, публика вроде бы по концертам и фестивалям соскучилась, но каждому предстоит ответить на важный вопрос: вот ты лично как будешь себя чувствовать в первых рядах у сцены, где все толкаются и плюются? Кому-то начхать, что это, в общем, опасный контакт, а кому-то уже нет. Есть клубы, где сейчас всем точно на все начхать, но есть большие залы типа «ВТБ-Арены», и надо посмотреть, захотят ли люди идти туда. Одна американская группа должна была записать нашу песню в Лос-Анджелесе, и я им сказал: «Приходите в студию, для вас все готово. Десять минут — вас запишут и снимут». Они мне говорят: «Нет, мы сейчас вместе никуда не ходим». Это парни с одного района, в одном автобусе ездили на гастроли. А мало ли?! Или как группу The War On Drugs спросили весной в интервью: «У вас вышел альбом, вероятно, когда все закончится, вы сразу в тур?» На что их лидер отвечает: «Ребята, какой тур? Мне выйти в магазин стремно. Мало ли чем закончится. А вы говорите — тур». Но есть и еще более серьезные последствия. Пройдет год, два. Мы будем как-то привыкать, все сразу не вернется. Потом три года. И все эти фестивали, они потеряют целое поколение. Возьмем наш владивостокский фестиваль V-Rox. Мы его проводим семь лет, для кого-то он был первым фестивалем в жизни. Пришли люди, которым было 14 или 15 лет. И они ходили каждый год, до 17-летия. А потом у них стали появляться другие интересы. Они прожили отрезок жизни вместе с фестивалем и пошли дальше. А теперь появится поколение, которое не будет знать, что так вообще было.
