«Дьявол в деталях» (The Little Things)
Джо «Дики» Дикона (Дензел Вашингтон), заместителя шерифа в скромном окружном полицейском участке, командируют в Лос-Анджелес по формальному поводу. Несколько лет назад матерый полицейский бесславно сдался, город ангелов его пережевал и выплюнул — потерял самого себя в расследовании массового убийства молодых девушек: пережил инфаркт, после чего мигрировал в мирные широты доживать свой век на службе. Оставив за собой ветхий дом в глуши и бродячую собаку на подкормке, мужчина уезжает всего на пару дней, но приходится подзадержаться. В Лос-Анджелесе вновь серийные убийства, почерк тот же. Бывшие друзья при виде Дики нервничают, припоминая нечто недоброе, тот в ответ радушно улыбается. Локальный любимец публики — сержант Бэкстер (Рами Малек), заведующий этим делом, по неопытности смотрит на место преступления слишком общо. Джо не приучен тактично стоять в сторонке: он набивается к следователю в негласные напарники и намерен маньяка найти, дело принципа.
И девочки кровавые в глазах, стоит персонажу Вашингтона остаться наедине с собой в гостиничном номере. Заслуженный американский артист каждую реплику смакует, словно рассчитывает на очередного «Оскара». Рами Малек не отстает и делает то, что получается у него лучше всего, — играет челюстными мышцами, отчего своей мимикой благоразумный полицейский-семьянин в большей степени напоминает наркомана в стадии сильной ломки. Джаред Лето на правах эпизодической примы также теряется, какими психическими расстройствами ни обладал бы его персонаж — он полый, декоративный, как «обжитая» обстановка в его прибранной тесной квартирке. От безысходности артист цепляется за походку своего заросшего и неопрятного Альберта Спармы, с усилием выпячивая живот и нелепо перекатываясь по улицам LA. 50 процентов хронометража — смонтированная в цементную крошку слежка за кем-либо с немотивированными склейками. Хэнкок умудряется чудить даже на полуслове, когда Дикон и Бэкстер лениво перебрасываются бытовыми поучениями, сидя в автомобиле.
«Бывшая с того света» (Blithe Spirit)
Чарльз Кондомайн (Дэн Стивенс) — популярный романист в затяжном творческом кризисе. С момента гибели бывшей супруги Эльвиры (Лесли Манн) ему так и не удалось написать ни одной новой истории. Ныне Чарльз мучительно адаптирует свой бестселлер для большого экрана. Для фактчекинга Кондомайн организует домашний сеанс оккультного ритуала, пригласив мадам Аркати (Джуди Денч) связаться с духами. Пойманная на манипуляциях с тросами (неудачная левитация) пожилая дама пусть и заслужила в прессе звание шарлатанки, но, к собственному удивлению, приоткрывает призраку дверь с того света. На следующее утро Эльвира по собственному хотению возникает перед Чарльзом, сокрушаясь, что тот не сохранил траур и вновь женился.
Временами трогательный и обаятельный фарс. Где еще можно увидеть, как Джуди Денч огорчается аннулированному членскому билету экстрасенсорной гильдии? «Бывшая с того света» — вариация известной пьесы Ноэля Кауарда. Материал, лучше всего подходящий для антрепризного спектакля: преимущественно замкнутое пространство загородного особняка, буржуазная ленность, высокопарные истерики, эксцентрика.
Blithe Spirit не так часто переносили на большие экраны: две телевизионные версии (одна с Дирком Богардом, другая за постановкой самого драматурга) и самая известная — выполненная твердой рукой Дэвида Лина времен «Больших надежд» и «Короткой встречи». У ремесленного режиссера Холла получается не всегда точно, но в нужной степени вычурно и пестро. Дэн Стивенс во всем великолепии своего комедийного таланта разыгрывает очаровательную сволочь, гордую и жалкую одновременно. Бесталанному повесе лишь бы кутить по ресторанам, отсыпаясь до обедни, да некогда — ни дня без строчки не получается, хоть ты разбей голову о печатную машинку. Как прикажете грезить произносящими твои строки Гретой Гарбо и Кларком Гейблом, когда такая ерунда день за днем? Две слепо влюбленные барышни (одна живая, вторая мертвая), закатывая глаза и картинно обижаясь, стараются завладеть вниманием (экс-)супруга. Кауард, ернически ухмыляясь, каждой сценой словно подмечает: «Уж лучше быть холостым». Все высокие чувства и большие свершения остались в романтическом прошлом — подытоживают в ответ адаптирующие пьесу сценаристы-современники.
