Яна, для начала коротко о «Месте». Все, кто о нем пишет, обязательно ставят рядом фамилию Юры Дудя и его фильм о Кремниевой долине. Почему — понятно. Потому что после него Дороничев разместил в инстаграме пост с призывом делиться идеями. Там-то, собственно, и появился ваш комментарий: «У меня была идея онлайн-коворкинга, где люди могут из любой точки мира собраться, создать команду и начать делать какой-то проект». Так все и началось, верно?
В целом вы все правильно описали. У нас в команде есть шутка, что Дудь снял промо для «Места» до появления самого «Места». В общем-то, подобного рода сообщества так и возникают: есть идея, потом вокруг нее собирается 100 единомышленников, их количество растет, и постепенно создается продукт. У нас получилось наоборот: сначала появились 10 000 человек — даже больше, почти 20 000 — с одной идеей, а потом уже все стало подстраиваться под нее.
В фильме Дудя про Кремниевую долину были подсвечены мысли, близкие огромному количеству людей в России. Дело в том, что очень многие устали от старого формата предпринимательства — этакой культуры 90-х.
Чем старая культура предпринимательства отличается от новой?
Старая характеризуется тем, что люди в ней скорее защищаются, а не взаимодействуют, пробивают так называемое место под солнцем. Ими овладевает желание поскорее создать что-то свое, пока есть возможность, — и неважно, насколько это будет эффективно в дальнейшем, экологично для системы. Главное что-то сделать, да побыстрее и заработать на этом. Идея, прозвучавшая в фильме Дудя, про то, что предпринимательство может быть совершенно другим. Можно заниматься любимым делом, а сама идея ничего не стоит, важно уметь ее воплощать. И еще: мы все выиграем от того, что лучшие идеи будут реализованы. Здесь нет смысла конкурировать, нужно присоединяться к тем, кто делает что-то лучше других. Основная задача — создавать и сосоздавать (это слово произносил и Андрей Дороничев в фильме).
Идея такого идеального мира всех очень зацепила. Поэтому многие начали искать единомышленников, писать Дороничеву и Коле Давыдову. В какой-то момент произошла следующая ситуация: у Андрея буквально в соседних цепочках сообщений оказались люди, которых, очевидно, нужно было просто познакомить между собой, и они бы друг другу очень помогли. Сам Дороничев для решения их задачи был, по сути, не нужен. После этого он и решил написать пост в инстаграме. Мой комментарий о том, что надо создать онлайн-коворкинг, где люди из разных точек Земли могли бы встречаться и делать какие-то классные большие проекты, набрал около тысячи лайков. Причем эту мысль я вынашивала давно. Она, в общем-то, витала в воздухе, ее просто никто не озвучивал, у нее в некотором смысле не было авторства. Андрей практически сразу мне позвонил. Во время разговора мы поняли, что мыслим схожими категориями и надо попробовать запустить проект.
А чем вы занимались до «Места»?
У меня есть свое маленькое агентство, которое выстраивает комьюнити вокруг брендов. Я всегда старалась работать с компаниями, близкими мне по духу. Мне было важно, чтобы люди делали проект, значительный для общества, чтобы что-то после его реализации становилось лучше. Когда появилось «Место», я поняла: усилия надо направить именно туда, и поставила все проекты агентства на холд. Так что сейчас буду заниматься только «Местом», потому что, честно говоря, уже и не представляю, в чем бы я могла сильнее реализоваться с профессиональной точки зрения.
На чем зарабатывает «Место»?
Хороший вопрос. «Место» находится в самом начале своего пути и пока существует на вложения тех людей, которые оказались у его истоков, — они входят в так называемый совет директоров и вкладывают собственные средства в проект. Думаю, в дальнейшем у нас будет система донатов. Интересно, что само сообщество тоже помогает развивать «Место», каждый придумывает идеи. Полагаю, в ближайшее время родится какая-то финальная концепция, с которой мы будем работать.
Сколько личных средств вы вложили в развитие «Места»?
Около 300 долларов. Мы приобрели права на Tilda, которая нам нужна была для сайта, и заплатили за сервисы для рассылки.
В вашей команде я увидела пару своих знакомых — очень талантливых ребят. Как вы собирали людей?
Наша команда состоит примерно из тридцати человек, и, надо сказать, они работают исключительно на волонтерских началах. Я единственная работаю фултайм, и мой труд оплачивается частично из тех денег, которые вкладываются в проект советом директоров.
Важно понимать, что крутая команда, которая у нас сейчас есть, — это не заслуга, например, Юрия Дудя**, Андрея Дороничева или Коли Давыдова, и не моя заслуга. Все пришли в «Место» из-за идеи. Она очень вдохновляет даже тех, кто о проекте не слышал. Специалисты любого уровня, когда я им звоню, соглашаются участвовать и готовы помогать. Наша идея живет. Когда мы только запускались, моя почта была просто завалена сообщениями от очень классных ребят, руководителей крупных компаний, людей, которые переехали и живут сейчас в разных странах — от Штатов до Японии. Получилась огромная база желающих помочь. Я читала каждое письмо, каждое резюме и приглашала в команду тех, кто, как мне казалось, придерживался схожих со мной установок. Некоторые из этих людей — мои знакомые, с которыми мы работали раньше. А кого-то я узнала уже благодаря «Месту».
«Место» — это такая платформа, где может зарегистрироваться любой уже действующий предприниматель или стартапер, желающий найти единомышленников. По сути, групповой открытый чат с множеством разных функций, правильно?
На текущем этапе — да, потому что это самый простой способ объединить людей. Сейчас в «Месте» выделилось семь потенциальных направлений. Одно из них — чат, где люди общаются и поддерживают друг друга. Запускаем «Социальную сеть»: можно будет добавляться в друзья, формировать группу вокруг себя. Плюс есть направление с картотекой всех идей и продуктов — там их создатели могут рассказывать о своих успехах. Отдельное направление связано с «Университетом» — мы хотим сделать внутреннюю систему обучения для тех, кто хочет освоить, например, новую профессию. А чуть позже планируем интегрировать офлайн-направление с коворкингами по всему миру: люди смогут встречаться, жить друг у друга и вместе работать. Такая идея digital-кочевничества.
Что из ближайшего будете реализовывать?
Однозначно единый логин, потому что нужно заложить технологическую основу, которая позволит все между собой связать. Второе важное решение — создание профилей участников и возможность поиска по ним, потому что, как показывают наши данные, всем сейчас необходим конкретный специалист для решения задач. И третье — построение самого комьюнити. Мы познакомились не так давно и быстро выросли в огромное сообщество, состоящее уже из 13 000 человек. Это непросто с точки зрения общения и формирования комьюнити: нас слишком много, и мы постоянно находимся в таком шуме, как будто в улье. Людям важно услышать и самим быть услышанными, поэтому мы придумали систему планирования: садимся и определяем, что хотим реализовать в ближайшие 100 дней. Далее — вносим планы в открытый документ, где каждый член сообщества может вписать свое имя напротив интересного ему проекта. В «Месте» людям удается договариваться в режиме реального времени и образовывать новые команды.
Так, у нас есть парень — он презентовал в «Месте» один сервис. Его продукт заинтересовал создателя Prisma Арама Харди. Они познакомились. Теперь Арам — ментор этой команды.
У вашего проекта очень простое и очевидное название, хотя часто при придумывании чего-то мы стараемся извернуться и сделать нечто необычное. Были ли еще какие-то варианты?
Сначала все крутилось вокруг слова «долина». С одной стороны, это название было бы не совсем правильным, а с другой — очень актуальным, потому что после фильма Дудя мы увидели кучу курсов и мероприятий, в названии которых было это слово. Но мы же не делаем виртуальную Кремниевую долину. Наша задача — лишь передать ее атмосферу и показать, что она может быть не только там, но и вокруг нас.
Из вариантов названий было еще слово «столы». Андрей Дороничев в интервью Дудю сказал, что просто хочет «найти свой стол, где будет собирать свою мечту». Звучало также слово «площадка», но его мы отмели, потому что оно ассоциируется с собачьей или детской площадками. В какой-то момент Андрей предложил «Место» — оно было принято единогласно.
Когда слышишь словосочетание «Кремниевая долина», представляешь себе какой-то идеальный мир. Откуда это представление в головах у людей?
Я могу здесь судить исключительно исходя из собственного восприятия и через призму предпринимательства. Во-первых, там безопасно высказывать свое мнение, и окружение, скорее всего, тебя услышит и поймет. Люди не будут оголтело тебя критиковать, а, наоборот, поддержат и дадут совет. Во-вторых, это возможности. Ты всегда можешь встретить там кого-то классного — того, кто изменит твою жизнь или будет завтра делать с тобой вместе какой-либо продукт. Хотя я там и не была (и поэтому, честно говоря, не вправе судить), на мой взгляд, там есть ощущение наэлектризованного воздуха — все со своими идеями и готовы подорваться что-то делать.
Помимо интервью, размещения материалов в разных влиятельных изданиях, как вы планируете продвигать «Место»?
Для нас важнее не количество источников, которые про нас напишут, а качество. У продвижения нашего проекта есть конкретная цель: привлечение людей, способных повлиять на развитие «Места» в дальнейшем. Скажем, если завтра к нам придет огромный новостной сайт с большой, но не близкой нам аудиторией, то вряд ли мы согласимся на интервью. Понимаете, нет смысла привлекать огромное количество людей, а потом отсеивать анкеты. В «Месте» теплая, дружеская атмосфера, и нам важно сохранить ее любой ценой, закрепиться среди тех, кто нас понимает.
Что мы делаем для продвижения сейчас? К нам присоединилась команда SMM, которая будет вести все соцсети, и я лично веду наш телеграм-канал. Пишу в нем в формате дневника и подписываю везде свое имя, чтобы люди видели. Материалы про нас вышли на «Дожде» и «Медузе» — это абсолютно наша аудитория.
Сколько анкет вы отсеиваете?
Порядка 30%.
Кто попадает в этот отсев?
Не подходят в основном люди, которые приходят с совершенно противоположными целями — например, с целью продавать. Мы не продаем среди своих же участников. Отсекаются и те, кто предоставил о себе крайне мало информации. Например, если человек написал: «Я Василий из Нижнего Новгорода, возьмите меня в "Место"» — он вряд ли пройдет отбор.
После вашего рассказа про «Место» в моей голове почему-то появилась конференция TED.
И это не случайно. У нас тоже.
Есть на нее какие-то планы ?
Мы однозначно будем проводить собственную конференцию, но не совсем идентичного формата, потому что его уже делает сам TED. Нам хочется просто собрать классных людей и дать им возможность поговорить о том, как они видят, чувствуют и мыслят. Каждый человек — это уникальная история, каждому есть что сказать. Лично у меня есть одна мечта: я сама хочу однажды принять участие в TED — именно в большой конференции, не TEDx, и рассказать о «Месте». Но проект пока еще не дорос до этого, да и я тоже.
Как я уже говорила в начале интервью, «Место» и Дудь ходят рядом. Отсюда вопрос: как вы оцениваете влияние Дудя на всех?
Он человек, у которого для любого события, момента или персонажа есть яркая трактовка, личная история, собственный контекст. Феномен Дудя даже не в том, что он выбирает крутых людей, а в том, что он круто с ними общается, с любовью к своему делу и огромной уверенностью в нем. Наверное, даже если бы у его интервью было ничтожное количество просмотров, он все равно бы их снимал, поскольку знает, что это нужно.
