«Хтонический покой — прекрасное чувство». Большое интервью с музыкантом лампабиктом

Привет! Расскажи, как у тебя дела.

Непросто. Готовимся к туру (в начале 2026-го Артем отправляется в крупнейший в своей карьере тур по России на 20+ городов. — Прим. SRSLY), закончили альбом, отдыхаем от него, как можем. На стабильно спокойном рабочем.

Как идет подготовка к туру?

Только-только начинается. Как обычно, понаписали всякого, и теперь надо думать, как это играть вживую и как сочетать 15 дорожек одного и того же инструмента. У нас нет 15 гитаристов, 15 саксофонистов. Но ничего, раньше справлялись и сейчас справимся.

В альбоме получилось много интересных инструментальных штук. Как вы это все придумывали, как шел творческий процесс?

Капустным методом. Начинаешь с основы, потом медленно-медленно на нее накладываются слои, и в конце концов это становится музыкальным кочаном. (Смеется.) Полноценным, который можно отдавать, чтобы его разбирали обратно. У нас нет заранее никакой идеи, все происходит в комнате, в процессе, тотальный go with a flow.  

В социальных сетях ты делился, как идет процесс подготовки альбома, горят дедлайны. Как не потерять творческую энергию, когда нужно успеть к какому-то времени?

Я думаю, что ответ — никак. (Смеется.) У меня не получалось, и сейчас это была самая тяжелая работа в жизни. Настолько изнурительная, что последние недели две я спал по 8 часов и по 12 часов работал: либо переслушивал, либо пересводил. Было ощущение, что у меня ноль сил — вообще никаких, ни творческих, ни физических. И на силе воли приходилось вставать и размазывать этот ноль по асфальту, а он уже ноль, ему хуже не станет. 

Но почти все идеи, вся красота, основные творческие моменты, партии, тексты заложены в демках. И твоя задача — довести это до такого состояния, которое не стыдно публиковать. Это обычно самое трудное для меня: демки пишутся за полчаса, а все остальное делается месяцами. Как и у всех, я думаю. И никто не отменял второе, третье, четвертое дыхание, которое из этого нуля на полчасика, после четырех кофе, вдруг появляется. Как сохранять творческие силы и заряд, вдохновение — об этом гадают все, и у всех разные ответы. 

Получилось ли восстановиться после выхода альбома? 

Не знаю, насколько корректно так сказать, но это можно назвать травматичным опытом. Безумно была важна поддержка и участие близких, родственников, друзей. Я хотел написать пост, отблагодарить их. У меня даже был сентиментальный момент, когда я плакал басисту и барабанщику, в чате. Но я отложил его — сейчас все доделаем и напишу. И когда сел, понял, что ничего не помню, стерты все ситуации из головы. И я их по крупицам собирал в течение дня, просил напомнить, что было. Так что сейчас проживаю странное небытие: дни идут один за другим, немного пустовато и сложно. Короче, какое-то время нужно восстанавливаться эмоционально и по-человечески, чтобы вернуться к нормальной жизни.

Видела пост с цитатами из сообщений, очень трогательная идея! Как ребята отреагировали?

Смеялись. Я старался собирать смешные, все и так очень драматично, хотелось разбавить общий пафос и серьезность. Самое смешное — от бывшей про Twinby. Она в голос хохотала, когда я скинул всем на «ок».   

Я еще посмеялась с сообщения про песню «боли острой». Буквально мем: «Моя любимая песня, ненавижу ее». 

Честно говоря, это некоторый лейтмотив пластинки. Много кто писал: «Мы послушали один раз, очень круто, спасибо, очень понравилось. Больше не будем». С одной стороны, приятно, но с другой… (Смеется.)

Про альбом еще поговорим! Но давай вернемся к теме восстановления: что тебе помогает найти опору после таких изнуряющих периодов?

Общение с друзьями в социальных пространствах, где удобно встречаться вечером, есть, пить и обсуждать что-то. Люблю играть в игры, и во время написания альбома мне это помогало. Я сделал где-то недельную паузу, по 6−7 часов играл. Сейчас жду, чтобы начать вторую часть любимой франшизы.

А какая у тебя любимая?

Из последнего, что меня сильно впечатлило, — Hollow Knight: Silksong, то, что я прошел во время альбома. И Death Stranding от Кодзимы-гения. Вторая часть вышла летом, и я отложил ее специально на после альбома. Не стал ничего смотреть, проходить, так что меня ждет подарок на Новый год.

Можешь рассказать подробнее про эти игры?

Hollow Knight — жанр метроидвании. Очень запутанная, интересная история о мире жуков, так тебе скажу. (Смеется.) Звучит странно, но, как только проведешь там первые 15 минут, привыкаешь. Она прекрасно нарисована, с безумно красивой музыкой, крутым сюжетом. Hollow Knight много-много лет делала команда из трех человек. В общем, инди-игрушечка, которая доказывает, что инициативные, творческие, талантливые люди могут утереть нос большим корпорациям. А про Death Stranding сложно в двух словах рассказать. Но первая часть, которую я проходил, — это очень-очень крутая игра про курьера. Ее сверхзадача — исследование смерти, жизни и точек их пересечения в немрачном формате. 

Мне кажется, обе игры вписываются в твой вайб. Раз мы заговорили про жуков, я хотела спросить про лесную тематику, она у тебя раскрывается в творчестве. Почему именно лес?

Я рос в городе, но у меня была вторая родина — дача рядом с лесом. Я постоянно романтизировал жизнь, будто нахожусь в лесном фэнтези. Плюс это пересекается с русской культурой, с вложенными в нас символами и образами. Лес постепенно от нас уходит — эта фэнтезийность, мифологичность. И романтика из жизни тоже уходит, но ее еще много. Тема бездонная, ее сколько угодно можно эксплуатировать и с удовольствием, эффективно. 

Какое у тебя самое трогательное или необычное воспоминание с дачи?

Как мы в детстве с дедушкой ели раков и креветок, парились в бане — у нас она старенькая была, в подвале под домом. Или когда дом сносили, его нужно было перестроить, я лег на полки в бане и лежал полчаса под любимую музыку. И прощался. Мне было 18 лет, я взрослый уже был. Но само место сохранено, и лес, на который я смотрел всю жизнь, до сих пор стоит.

А что слушал в тот момент, лежа в бане?

Message To Bears. У него очень странный каталог, там все в ремиксах, но музыка безумно красивая. 

В посте про «дом, баня» ты писал, что обычно после выхода песни отпускал чувство, а здесь у тебя получилось сохранить воспоминания о даче. Можешь рассказать про это ощущение?

Все по итогу случилось наоборот. Мне кажется, я должен был сделать вторую часть поста, но не захотел никого расстраивать. Когда рассказываешь историю или делишься чувствами, они от тебя уходят. Я могу подраскопать воспоминания, полетать в ностальгических грезах, но это стало труднее делать после песни «дом, баня». Когда приводишь мысли и чувства в материальную форму, в песню, например, они опошляются, становятся проще. 

Мы все заводики по переработке, что-то в нас входит и что-то выходит. И если ты попытаешься на этапе завода что-то лукаво оставить (смеется), не до конца отдать, то итоговый продукт получается хуже. Может, со мной кто-то не согласится, в том числе и слушатели. Я привык так делать, в этом есть какая-то обреченность, но она меня устраивает. Не жалуюсь, в общем. Сколько можно ныть? Надо влюбиться, чтобы начать писать песни про любовь. Нужно второе «немерено», срочно.

«немерено» — это было мощно. Чувствовалось ли давление после того, как песня выстрелила?

Сейчас у массовой аудитории появляется интерес к инди, сужу по примеру с «Бондом с кнопкой». Есть ли у тебя внутри желание так же выстрелить?

Как тебе сказать? (Смеется.) Инди переживает расцвет в России, это точно. Мне кажется, честно говоря, что Илюша «Бонд» (Илья Золотухин, солист группы. — Прим. SRSLY) уже закрывает эту историю. Есть ощущение, что жанр скоро всем надоест. Успеть бы до упадка попасть в чарты! Но туда хочется только в финансовом смысле, музыкальных амбиций у меня нет и не было. Я одинаково отношусь к песне «немерено», которая стала нашим главным хитом, и к песне «не приходила бы», например. В них вложено равное количество любви. Единственная разница: «немерено» приносит доход, а «не приходила бы» его забирает.

Больше слушают — больше концертов и ресурсов, в том числе на реализацию творческих проектов. И, конечно, мысли о семье появляются, средний возраст не за горами. Если что, мы не жалуемся, нам безумно повезло с тем, что уже есть. Но никто, думаю, не откажется случайно проснуться с новым хитом! Сколько бы я ни пробовал, я не могу писать ничего с такой установкой на «популярность» песни. Получается плохо, ведь если нет любви и «потока» — нет хорошего трека. Так что мы в руках судьбы.

Тут обратная сторона медали. Когда я начинала слушать «Бонда», это был малюсенький инди, и вдруг он завирусился. С одной стороны, рада за ребят, с другой, будто что-то потерялось.

Мы в туре много говорили про музыку и в том числе и «Бонда» упоминали в контексте, что непонятно, почему до сих пор небольшие цифры. Год назад, в ноябре. И безумно рады были в 2025 году поддержать коллег, потому что, если серьезно, это самая достойная успеха группа. Я рад, что он стал нашим амбассадором в инди-чартах. (Смеется.) А про утрату «маленькости» — бог с ней, ничего страшного. С любым ростом ты что-то теряешь. Это как про взрослого человека говорить: «Вот, блин, когда он был ребенком, он был милее». Такого же рода переживание. Да, конечно, но… все музыканты желают оказаться в чарте. И потерять свою ламповость. (Смеется.)

Если проект сильно выстрелит, до уровня стадионов, ты готов хейту?

Никогда не узнаешь, пока не окажешься в такой ситуации, но думаю, да. Пока хейтили «Бонд с кнопкой», я всем говорил, мол, вы знаете, сколько я графоманов еще знаю?» «Деревянные киты», «Сироткин», «Элли на маковом поле», «лампабикт», «Аффинаж» — запишите про всех рилс. Они все ужасные бездарные графоманы и вообще дураки. (Смеется.)

Хейтеры — это совершенно не важно. Как говорят старшие коллеги, у любой группы с ростом появляются сумасшедшие люди вокруг. Это нормально, не стоит никак на это реагировать, кроме как: «Спасибо, что упомянули песню». Стадионы — единственное, по поводу чего я не уверен. Самый большой концерт был в VK Stadium, и это край. Я бы, как «Дайте танк (!)», отыграл несколько средних концертов, чем один стадион. Посмотрим. Я давно уже говорю, что нужно сделать десять концертов подряд на «Складе № 3» (DIY-пространство в Москве на 250 человек. — Прим. SRSLY). 

Ой, это же вообще историческое место для вас. А можешь поделиться, какие воспоминания связывают с ним?

Это место изначально было квартирой № 3, которую купила дальняя знакомая одного из нас на Китай-городе. Так сложилось, что то ли денег не было, то ли времени, но квартира стояла с ужасным ремонтом. И эта подруга сказала: «Вот ключи, заезжайте, делайте что хотите». Ребята там проводили концерты, самоорганизовывались, делали арт-пространство. Мы с ними сдружились, начали что-то делать вместе. Потом нас выгнали соседи, хотя деликатно со всеми общались, никакого алкоголя, шумели строго до 22:00. Квартира закрылась, и открылся «Склад № 3» — его делали примерно те же люди. Команда менялась много раз, и сейчас она совершенно по-другому выглядит, но корневые для меня ребята до сих пор остались. Это безумно классное место, я его всем сердцем люблю. Те же «Бонды», например, выросли из «Склада».

Что для тебя важнее: тексты или музыка?

Я текстоцентричный человек. Как бы музыка ни звучала, если там хороший текст, если он смешной или просто умный, мне интересно на него смотреть, читать, воспроизводить. Конечно, музыка — тоже здорово. Если еще и она хорошая, то это прекрасно, но могу слушать абсолютно лютую дичь. Главное — с хорошим текстом.

Кто у тебя любимые текстовики-музыканты?

Я вырос на двух гигантах. Первые — это «Дайте танк (!)», лучшие текстовики инди в России. Не слышал ничего лучше с точки зрения объема текстов. Мы берем песен 30, и некого сравнить, кто мог бы лучше написать так много талантливых текстов. Второй — это рэпер ЛСП. (Смеется) В одно время я знал наизусть в хронологической последовательности главные альбомы Олега. Хотя его музыка мне никогда не была близка — ее я воспринимал полуиронично. За крутой саунд в школьные годы отвечал скорее Скриптонит.

Из нового альбома в плане текста мне понравилась «Ошибка». По ритмике даже возникла ассоциация с «В огромном городе моем — ночь…» Цветаевой. Ты чем-то вдохновлялся или само родилось?

В вечер, когда написался текст, все было очень спонтанно. Я написал первые четыре строчки, а потом перешел в форму, которая уже до конца песни сохранится, и в ней остался.

Как ты вообще относишься к собственным ошибкам?

У меня в последнее время есть отдушина, хобби — это заливать тексты в ChatGPT и смотреть, что он про них думает. (Смеется.) По сути, это лучший анализатор в принципе. Он разгадывает меня всегда, и это очень смешно. Сейчас был тренд на Spotify Wrapped, знаешь? И можно написать промпт в ChatGPT: «Собери наше с тобой общение в формате Spotify Wrapped и сделай это с юмором». И про «Ошибку» он выдал: «Эта песня — вечернее размышление с неожиданным чувством вины. Трек для тех, кто умеет винить себя профессионально». 

Практикуем. В этом плане еще символично название альбома «пни» с двояким значением.

Там даже троякое — случайно нашли третье. Изначально было так: пни — последствия твоих действий. Было дерево, ты его срубил, остался пень. Два других значения органично приплелись, как это часто бывает в творчестве. «Пни» как глагол, потому что альбом злой. И третье, что мы нашли после сообщений от бывшей: «Добавь в Twinby» и от сммщицы: «Давай отправим альбом психиатру», — психоневрологический интернат.

Точно, все сошлось! Там еще интересно получается, что «руководство по уходу за деревом» и потом «пни» — это буквально антитеза. Так и задумывалось?

У меня не было сознательной мысли так сделать. Забавно получилось! Сейчас ты сказала, и я визуально сопоставил.

Есть ли у тебя дома растения?

Готова? (Смеется.) У меня лес на кухне. Четыре самшита, две кармоны, два денежных дерева, один огромный фикус, который со мной с 2015 года. Кстати, забавный факт. Мой лес шикарно живет, но, как только у меня на недолгое время появилась влюбленность, сместился фокус, растения такие: «Ой». (Смеется.) Все закончилось, и я возвращаюсь: «Милые, простите, пожалуйста». С тех пор отпаиваю, откармливаю. У меня такое количество цветов появилось во время релиза «руководства по уходу за деревом», мы купили их для визуального оформления. Это недешевая история, и меня спрашивали: «А что ты дальше-то с ними будешь делать?» И я отвечал: «Себе оставлю и буду счастливо жить».

Ты им имена не даешь? Некоторые так делают.

Я не такой человек. У меня и у гитар не было имен никогда, одушевляю их без этого. Я, честно, из тех людей, которые назвали бы кошку — Кошка. Может, имя поменять? С Артема на Человек. Человек Якимов — было бы забавно. Дети были бы Человекович или Человековна. Все бы спрашивали, что за фигня.

Ребенок такой: «Понимаете, у меня папа — творческий человек».

Человек с большой буквы. (Смеется.)

Буквально! А хранишь ли у дома фандомные штуки?

Подарки слушателей. Часть думаю отвезти на дачу, странно хранить у себя фигурки себя. Вот три из них, все вязаные. И есть прикольная старая фигурка, самое безумное, что мне когда-либо дарили. Тут я и все наши инструменты. Не знаю, как они это сделали, тонкая работа.

Если говорить про старые времена, каким тебе запомнился первый концерт?

Это была совершенно другая эра. Я старался заниматься музыкой максимально изолированно: никому не показывать, не навязывать, не просить. Я не тот человек, который говорит: «На, послушай демку». Только суперблизким или тем, которые сами просят. Не было такого, чтобы я скидывал в беседу друзьям «Приходите на концерт» — мне казалось, что им это неинтересно. Пришло 117 человек. На самый первый концерт, где я с одной гитарой пою странные песни! Было колоссальное количество поддержки. В один момент меня прямо окатило волной, и я понял: «Вау, у меня большой фонд друзей». Людей, с которыми я общался, было, дай бог, человек 50, еще 67 — друзья друзей. Поэтому поддерживайте своих начинающих в чем-то друзей. Но по любви! Если не нравится, лучше молчите.

Можешь назвать две песни: одну, которая ближе всего к 17-летнему Артему, и вторую, которая дальше всего от него? 

Прикольный вопрос. Пусть будет «разодрать себе грудь» — к 17-летнему Артему. А песня, которая ближе всего ко мне сейчас — наверное, «так ли просила ты». Это наш до сих пор magnum opus музыкальный. 

Как ты сейчас морально настраиваешься на концерты, справляешься с волнением?

Непросто, меня недавно затошнило от волнения перед выступлением, никогда такого не было. А от волнения сцены не избавиться — думаю, даже у великовозрастных артистов это есть. Главное — верить в команду, в музыкантов и организаторов, это единственный способ подготовиться правильно. Тогда вы можете выкрутиться из любой ситуации. У нас столько всего случалось на фестивалях. Один раз я играл четыре песни вслепую, вообще ничего не слышал — отключился ушной монитор. Я поворачиваюсь на басиста, киваю ему, он понимает, что происходит. Поворачиваюсь на барабанщика, жестом объясняю, что мне нужно отбить выступление. И дальше мы по памяти играем, а я пою. 

20 марта у тебя большой концерт в Москве. Какие ощущения от масштабности?

Москва всегда кажется главным боссом, демоном, стоящим в конце каждого приключения. До этого будем, как называют старые туровики, чесать концерты. Думаю, что мы подойдем к московскому концерту уже со сбитой программой. Так что к большому вечеру в клубе Atmosphere отношусь как к еще одной части работы. Мы должны показать альбом и сделать это хорошо. Художественно полноценно.

Можешь проспойлерить оформление декораций или какую-нибудь фишку?

Я бы пока не стал, но есть задача сделать страшно. Чтобы ощущения после концерта были такие же, как после альбома. Тут мы постараемся: добрые песни поставим в конец, чтобы спать всем было спокойнее и приятнее. А может быть, и нет! С добрых начнем, а в конце, так сказать, расскажем, чем все кончилось.

Хэппи-энда не будет.

Не та группа, извините. (Смеется.) 

На концертах вместе с вами выступает сурдопереводчик Максим. Как пришла идея пригласить его в команду?

Сначала он, по-моему, появился у Элли. Мы играли что-то в Питере, и он написал нам. Я сказал: «Да, давайте, конечно». И как-то завертелось. А потом все поняли, что это шикарное дополнение к тому, что происходит на сцене, и очень красиво. Он безумно талантливый чувак! Это еще одно сердце, которое транслирует чувства, и иногда даже лучше, чем основной состав. 

Максим поедет с вами в тур?

К сожалению, тур дорогостоящее, сложно-логистическое мероприятие, поэтому нет. У нас даже не весь состав будет — мы едем вчетвером: саксофонистка, басист, барабанщик и я. 

Получается, будет часть на автобусе, часть на самолете?

У нас там и автобус, и поезд, и самолет — всевозможный транспорт. Но я больше люблю микроавтобус: там и поспать можно, и в окошко смотреть приятно. Хуже всего самолет. Хотя как я по-другому поеду в Новосибирск или Иркутск?

Зато можно в пути написать целый альбом о «русской хтони». Кстати, как ты ее воспринимаешь?

Посреди моего инфополя к нему сложно относятся, такая палка о двух концах. Но во мне ее много. Хтонь, с одной стороны, полна какой-то бесконечной доброты и любви, а с другой — делает так, что ты сутулишься и синяки под глазами носишь. Как это называют? Slavic stare. 

Недавно как раз видела тикток про то, что иностранцы пытаются повторить slavic stare, но им не показывали в четвертом классе видео про Зою Космодемьянскую, а в пятом они не читали «Муму».

Вот, конечно! Хтонь, причем, не только российская, постСНГшная. 

В каких мотивах, мыслях, символах ты ее видишь?

Это метафизическое понятие, большое облако смыслов. Лучший синоним — пустота. Мы вроде маленькие, а внутри ощущается большое пустое пространство. Для меня самым прикольным визуальным воплощением этого чувства стал Мурманск, особенно пригород. Главная моя любовь из Мурманска, что тоже сказалось на моем отношении к городу. (Смеется.)

Я все время ощущал себя на краю России. Мне казалось, что если я сейчас встану спиной к морю, то передо мной будет весь мир. Но он, во-первых, очень далеко. А во-вторых, я ничего, кроме фонаря на остановке, не вижу. Помню, я ждал автобус в 4 утра, горит фонарь, а вокруг абсолютная бездна. Единственное, что горит, — фонарик, 40 сантиметров снега везде. И раз в полчаса проезжает машина с играющим из нее «Зеленоглазым такси» Боярского. «Черниковская хата» — возможно, одна из лучших музыкальных попыток осознать, описать это чувство. Но на самом деле оно, конечно, гораздо шире, чем то, о чем я говорю. Это лишь одно из проявлений. 

А как искать вот этот свет, фонарь посреди темноты?

Если относиться к понятию света и тьмы в его каноничных семантических значениях плохое-хорошее, то я в этой хтони не вижу такого разделения. Это очень человеческая история, в которой уживается и то и то. Бездна — не плохая, фонарь — тоже не хороший. Вдруг фонарь светит тому, кто идет сзади тебя и собирается тебя задушить. Ладно, странный пример. (Смеется.) Грустная, спокойная хтонь, может быть очень теплой. И человек, который это испытывает в моменте, он обнимет тебя крепче всех, утешит, примет. Хтонический покой — прекрасное чувство, оно уже само по себе светлое. 

Я еще очень люблю «Закройте», мне кажется, там тоже есть мысль про это. Иногда как раз лето и солнце бывают подавляющими, их очень много, и хочется закрыться.

Абсолютно согласен. Я вообще лето не очень люблю, самый бездарный сезон. (Смеется.) Для меня осень и зима — плодовитая пора. Надо просто повзрослеть, чтобы зиму полюбить. Сейчас чувствую, что я все ближе и ближе к пониманию ее романтики. В конце концов, не осенью же, так сказать, истекать кровью в красивом месте.

Эстетика! Как, на твой взгляд, не утопать в этой светлой грусти, не уходить глубоко, откуда тяжело будет себя вытаскивать?

Я давно сдался в попытках стать человеком со стабильным эмоциональным фоном. Если бы я занимался чем-то другим, я бы стремился, чтобы не было светлой грусти. Быть мужем, отцом, другом, человеком, который живет относительно счастливую жизнь. Путешествует, под солнышком ходит, витамин D получает в нормальных количествах, work-life balance соблюдает. Многие со мной не соглашаются, но мне кажется, что это непрофессионально — пытаться жить счастливую жизнь, занимаясь музыкой. Я просто перестал об этом думать, поэтому любая грусть, не только светлая, любое зло, что-то плохое — бери меня. Пока у меня нет жены, я никому не отравляю этим жизнь. 

А потом берешь, пишешь «боли острой» и убиваешь слушателей наповал.

Они мне тоже пишут: «Блин, может, что-нибудь про любовь, пожалуйста?» Я говорю: «Извините, друзья».

Это одна из моих любимых дискуссий: должен ли творец страдать, чтобы что-то создавать?

У меня есть самый главный оппонент — моя подруга, художница Ли́лит. Она говорит, что художник не должен страдать. Мы с ней каждый раз цепляемся друг за друга, спорим всячески.

Какой твой главный аргумент?

Мы с ней договорились, что вообще все может быть источником творчества. Люди-художники — это заводики, которые должны перерабатывать материал. Главный твой цех — это сердце и душа. И мозги, конечно, но в меньшей степени. Какое-то топливо должно через них течь: бесконечная любовь, обида, разочарование, отчаяние, радость, что угодно. Но я, когда что-то хорошее чувствую, такой: «Зачем мне это писать?» Пойду, продолжу это чувствовать. «немерено» появилось случайно, обычно я в такие моменты думаю: «Кайфово, пойду, разделю это с кем-то из близких. Обниму, позвоню, приглашу на ужин». Сегодня у меня было хорошее настроение, я на ребрышки позвал товарищей. (Смеется.) 

Мы сами на это подписались. В «молчи» есть цитата: «Внутри дура рулит дураком». У меня создалось впечатление, что это душа и разум. Кто из них у тебя чаще побеждает? 

Сложно сказать. Мне в последнее время нужно выбрать между ними, и это не романтическое, не профессиональное, а в общем, человеческое. И я мечусь, пытаюсь найти между ними что-то общее. Видел вырезку, где Ирина Горбачева в каком-то подкасте плакала, что устала сдерживать эмоции, велить сердцу замолчать. Она сказала: единственное, что мы пришли делать в этот мир, — это чувствовать чувства, поэтому не нужно их ограничивать разумом. Но думаю, что так до конца не получится, надо находить баланс. Я, с одной стороны, очень рациональный, с другой стороны — эмоциональный. Но так про каждого можно сказать. (Смеется.)

В телеграм-канале ты выкладывал фотографию пробковой доски с записками о новом альбоме. Насколько сильно та версия «пней» отличается от финальной?

Нет «грязи», я ее не смог, к сожалению, сделать красиво. Люблю эту песню, и ее ждали, и мне очень жаль, что не получилось. Не хотелось сделать еще один конвейерный штамп. Я ее убрал, а «сменится круг» написалась в последние дни. И это тоже интересно — я как бы прожил альбом, и круг должен в конце смениться. Песня хронологически пришла ко мне.

На твой взгляд, «кончилось время пробовать снова» — разрыв круга или какая-то точка на круге?

Неблагодарное дело — декодинг собственных песен, но я так это люблю, что не могу не поддержать тебя в этом. (Смеется.) Как разорвать круг? Выход один. Единственное, что заканчивает твои круги, — смерть. Пока ты жив, ты крутишься, а рождение — начало. В той песне люди близки к выходу из кругов, но пока еще есть время.

Глубоко… Новый альбом вообще получился эмоционально сложным. В той же «боли острой» у меня создалось ощущение, что эта боль расходится как вирус. Булгаковский мотив: нет людей плохих, есть люди несчастливые. Можешь поделиться своим восприятием этой песни?

Правильно сказала. Самое простое объяснение — это старый-старый мем-демотиватор из десятых годов, где начальник орет на мужчину, мужчина приходит домой и орет на жену, жена орет на ребенка, ребенок ругает собаку, и собака — последняя, кто в этой цепи находится. Заводики меняются друг с другом своим переработанным материалом и идут перерабатывать его дальше. Сердца друг друга калечат. Мы являемся источником травм друг друга. 

Нашел ли ты для себя ответ, как можно попытаться остановить эту цепочку?

Самое главное — не заниматься аутоагрессией, потому что ты ее таким образом умножаешь внутри себя. Не выплескиваешь, не тратишь, а умножаешь. У меня никогда не было прямых аутоагрессивных наклонностей, в привычном понимании, по крайней мере. И вдруг, ChatGPT сказал, что в альбоме «пни» прослеживается постоянный мотив аутоагрессии. Я посмотрел на песни и подумал: «Кажется, она все-таки есть».

На бокс надо идти, спортом заниматься — вот, что мне еще говорят старшие товарищи. Пытаться жить стабильную жизнь. Мой коллега скинул альбом сестре, которая далека от музыки, не наша целевая аудитория. Она послушала и написала одно предложение: «Бедный чувак, жестко ему». 21 минута нытья действительно сводится к тому, что, чувак, иди, займись спортом, поешь нормально, поспи, поговори с людьми. Весь альбом про не «сменится круг», а «живи нормальную жизнь, дурак».

Но все мы люди, все мы человеки, у всех болит что-то. Как было в «Закройте»: «Спасти человеческое в человеке».

Спасают человеческое в человеке вот эти три столпа. Когда ты становишься счастливым, тебе незачем драться.

Как раз хотела поговорить про зло. На твой взгляд, это противоестественно человеку или очень про человека?

Очень, конечно. Все, что в мире существует, — про человека, мы же придумали слова, придали им смысл. Очень человечное чувство, возможно, еще человечнее, чем любовь. Любовь божественна, зло — человечно. Пафоса нагоняю еще больше, чем в семи песнях.

Сейчас часто в СМИ пишут про «новых добрых». Относишь себя к этому направлению?

Я вынужден сказать «да», но это не мое мнение. Чтобы сориентироваться в общем потоке артистов, можно записать меня в эти ряды. Но внутренне я себя таким не чувствую, особенно учитывая «пни» и «руководство». Из последних песен у нас только «уши» и «поехал» можно было бы отнести к доброму инди. Когда мы писали альбом, я говорил: «Сейчас мы станем "новыми злыми"». Прикольно было бы так перевоплотиться! Добрая приторность надоедает, обратная история тоже. В последнее время переживаю, что новый альбом в обратную приторность уходит. Но ее гораздо меньше, чем доброй, поэтому злость как глоток свежего воздуха воспринимается. 

Какие четыре песни описывают твое состояние сейчас?

Группа «Аффинаж» — пускай будут только они, сегодня весь день их слушаю. Мне нравится, что у них с одной стороны теплые песни, с другой — пустота. Надо находить что-то новое, из чего-то себя строить. Еще я жду момента, когда мы окажемся с друзьями на даче, и у меня будет играть в голове песня «Лолиты Косс» — «че-то чудес охота ай» или «Одно и то же» Скриптонита. Хочется теплого, домашнего вайба.

А четыре звука, с которыми ассоциируется альбом «пни»?

Лязг струн виолончели, синтезатор из 90-х и 2000-х годов, как в песне «молчи», шипение саксофона — не звук, а именно воздух, который проходит мимо. И звук одиночных капель, но не в воду, а на землю, чтобы было глухо. 

Какие четыре мема тебе запомнились в последнее время?

Обожаю все мемы, где есть трансформеры, это база — работает всегда. Еще актуальный формат с мемами на основе адептус астартес из «Warhammer: 40000». Император, храни нас! Из второй половины 2025 люблю «смажьте мясо маслом», конечно. 

И последнее: что бы ты пожелал слушателям в 2026-м году?

Желаю в хорошем смысле избавиться от тех чувств и ситуаций, которые привели их к альбому «пни». Слушайте «немерено». И давай еще альтернативный вариант на всякий случай. Пусть в новом году будет любопытно жить, пусть будет много нового: и чувств, и ситуаций, и опыта. Единственное деструктивное чувство, которое сложно перевести в созидание, — это чувство страха. Желаю не иметь поводов его испытывать.