Не удивляйтесь, когда не обнаружите в экспозиционном пространстве «Настроек» ничего, кроме специальной аппаратуры. Выставку надо слушать, а не смотреть. Звуковые инсталляции воспроизводят акустические ситуации и параллельно проникают в архитектуру «ГЭС-2», за которую отвечает гениальный Ренцо Пьяно. Благодаря проекту к его творению можно прислушаться.
За скрещивание пространства со звуком отвечают авторы, определяющие облик сегодняшней музыкальной сцены в России. Это Эдуард Артемьев, Дмитрий Власик, Олег Гудачев, Дарья Звездина, Вангелино Курентзис и musicAeterna, Владимир Раннев. Де-юре они представили инфернальные звучания, реконструкции вещей 1840-х, современную духовную музыку. А де-факто я бы назвала все это аудиомедитацией. Кстати, выставка этим не ограничивается: в качестве параллельной программы проходят концерты авторов, чьи выступления редко балуют российскую аудиторию. Под занавес дадут концерт Московского ансамбля современной музыки «Все станет тишиной» с сочинениями, созданными для Дома культуры. Попробуйте успеть, если, конечно, поймаете моментально разлетающиеся билеты.
Если окажетесь на Таганке и захотите получить дозу прекрасного, заскочите в самый молодой московский музей. Тем более есть достойный повод — выставка Александра (не путать с Натаном!) Альтмана. Это импрессионист русского зарубежья и участник парижских художественных салонов наряду со знаменитыми современниками, мастерами французской школы живописи — Пьером Боннаром, Альбером Марке, Анри Матиссом. Художник прожил почти всю жизнь во Франции, где и понабрался новых на тот момент веяний и пришел к до сих пор модному течению. Большинство работ экспонируется впервые, поскольку они из частных коллекций — прежде всего соорганизатора выставки и основательницы галереи «Веллум» Любови Агафоновой. Здесь много пейзажей живописных мест Франции, где нам пока не светит оказаться. Поэтому смотрим, наслаждаемся и грезим, что рано или поздно увидим всю эту красоту — не только глазами художника.
Для выставки, которая стала сайт-специфичной, то есть созданной под конкретное место, объединили усилия художники Алексей Лука и Матвей Шапиро. Они начинали карьеру с граффити и состояли когда-то в одном объединении. Название проекта как будто намекает — что-то будет вскрыто, вероятно, даже физически. Так оно и есть: авторы исследовали важный московский памятник архитектуры — усадьбу доктора Владимира Снегирева, построенную культовым зодчим Романом Клейном — отрефлексировали и предъявили результат.
Художники учли если не каждый, то основные этапы эволюции постройки: она была и частным домом, и коммуналкой, и даже отделением полиции. Некоторые элементы усадьбы, непосредственные вещдоки, оказались в экспозиции для передачи атмосферы и детального погружения в историю постройки. Синтез архитектурного взгляда Луки, который работает c фактурой и формой, и инженерный метод Шапиро, использующего прием деконструкции, представляют удачный пример неожиданного осмысления современными авторами памятника архитектуры.
Буквально за углом от всем известного МАММ есть уважаемая галерея, которая располагается в симпатичном доме стиля модерн. Это не первая ее выставка музейного уровня, но одна из самых обсуждаемых. В фокусе — искусство художников еврейского происхождения, которые так или иначе связаны с парижской школой. Одни из них звезды — как Леон Бакст, Амедео Модильяни, Марк Шагал. Другие, как, например, Маревна (Мария Воробьева-Стебельская), Абрам Минчин, Вера Рохлина и Яков Шапиро, оказались в тени. Но это не значит, что они менее талантливы. Собственно, выставка в том числе и об этом.
Авторы связаны не стилистически, а скорее идеологически: по разным причинам им пришлось уехать из родных стран и обосноваться на Монмартре. Там не все из них попали в мейнстрим, но каждый творил свою важную параллельную художественную историю. А еще эта выставка собрана из частных собраний, увидеть которые — редкая возможность.
Мультимедиа Арт Музей одним из первых в Москве начал показывать искусство, апроприирующее новые технологии. Поэтому зарождение в этих стенах подобной биеннале — не удивительное, а закономерное решение. Вы спросите, почему нельзя было обойтись разовой выставкой, зачем нужен смотр, проходящий раз в два года? Организаторы сразу задают перспективу, определяют точку роста в появлении и показе интересующего их искусства. Сейчас это дополненная и смешанная реальность, нейросети, 3D-принты... А кто знает, что появится за два года, в какой реальности мы будем жить и каким образом художники отрефлексируют ее.
Любопытно, что это вторая биеннале, придуманная музеем: первая — фотографическая. Она тоже отражает реальность или даже каноны меняющейся красоты во всех ее проявлениях. Преемственность есть и в масштабе: обе биеннале международные. Несмотря на то, что в Москве за последние два месяца свернулись почти все проекты с участием иностранных художников, биеннале продолжает показывать зарубежных авторов. Да, часть из них отозвали свои работы, но большинство оставили, поскольку находятся в долгих отношениях с институцией и ее директором Ольгой Свибловой, а также понимают, что искусство не может быть разменной монетой в делах политических. В общем, биеннале, по сути, — единственный сегодня проект в России, где можно увидеть работы международных авторов. Среди них: израильтянка Михаль Ровнер, британцы Джейк Элвис и Nonotak Studio, китаянка Лу Ян и другие.
