В Багдаде все спокойно, а в Готэме не очень. Отморозки, раскрашенные под Джокера, терроризируют мирное население, по городу проносится волна загадочных жестоких убийств высокопоставленных людей. Загадочных, потому что на каждой crime scene комиссар полиции Гордон (Джеффри Райт) находит ребус, который сам не понимает, поэтому просит помощи у своего товарища Бэтмена (Роберт Паттинсон) — у него с игрой в угадайку гораздо лучше. Ответственность за убийства берет на себя стример Загадочник (Пол Дано), одетый примерно как Канье Уэст — в пуховик цвета хаки и латексный мешок на голове. Количество поклонников у интернет-воина, вышедшего в офлайн, растет, а бояться его начинают даже самые отпетые уголовники города: король криминального мира Фальконе (Джон Туртурро) и его правая рука Пингвин (неузнаваемый в гриме Колин Фаррелл).
«Бэтмен» — история о том, как студийные боссы DC и WB вновь поверили, что серьезные комиксы — это нужный для студии вектор после успеха серьезного и взрослого «Джокера» и провала студийной версии усмешненной «Лиги справедливости». Проблема в том, что получился, к сожалению, обмен шила на мыло. Бен Аффлек, который изначально и должен был снимать «Бэтмена» с собой же в главной роли, тоже хотел сделать серьезное кино в духе дисишной серии Detective Comics. Действие в его версии планировалось развернуть в психушке «Аркхем» при участии злодея Дэфстроука в исполнении Джо Манганьелло (засветившегося как раз в «Лиге»). Но хорошая версия «Лиги» под названием «Лига справедливости Зака Снайдера» вышла слишком поздно, Аффлек к тому времени уже ушел с поста режиссера, разочаровавшись в супергероике, от старого сценария отказались, ставить кино взяли Мэтта Ривза («Монстро», «Планета обезьян: Война»), а на главную роль позвали Роберта Паттинсона, очень, кстати, необычного в роли Бэтмена. Кстати, на актерских работах (а стоит заметить, их много: тут и Пол Дано, вновь самозабвенно играющий отчаянного психа, как в «Пленницах», и Колин Фаррелл, спрятанный под тонны пластического грима, и Зои Кравиц, изящно прыгающая по крышам в образе Женщины-кошки) достоинства картины заканчиваются.
Начинается фильм как кино про красивого нигилиста, отчаявшегося от одиночества и меланхолии, считающего своей миссией защищать город. Паттинсон первые полчаса играет Кристину Риччи из «Нации прозака» напополам с Куртом Кобейном и Брэндоном Ли из «Ворона». Потертого рокера без гитары, хладнокровного часового, который забыл, как улыбаться, и не выходит на улицу при дневном свете, как и подобает летучей мыши. Где-то ближе к окончанию первого часа количество несмонтированных линий и эпизодов начинает утомлять, при том что сам фильм уверенно движется как бэтмобиль, тараном, на очень серьезных щах, цедя безэмоциональным голосом Бэтмена фразы из арсенала Роршаха из «Хранителей»: I am the shadows! На фоне пиликает разложенная на разные лады композитором Майклом Джаккино нирвановская Something In The Way. В общем, так все мрачно и модненько, что хочется поскорее нащупать тумблер, включить свет и выбраться из кинозала.
По слухам, для того, чтобы фильм не получил рейтинг R, его крепко обескровили, и это отнюдь не пошло картине на пользу. Потому что кино про психопата, который сам недалеко ушел от Джокера Хоакина Феникса (а именно его и играет Паттинсон), не способно быть сильным, увлекательным, настоящим, если за трехчасовым хронометражем не скрываются личные драмы героев, а лишь время от времени оживает лежащий на поверхности заурядный детектив. И такое кино проигрывает как концепциям Нолана в его трилогии, так и видению вселенной Зака Снайдера. «Взрослый» фильм не может оперировать «детскими» характерами, достаточными для рядового блокбастера для мультиплексов. Нолан упирал на психологию и антикапиталистический пафос, Снайдер распоряжался мифологемами и религиозными прообразами, оба привносили человечность в свое видение дисишной вселенной. Тодд Филлипс в «Джокере» и вовсе сделал из ориджина главного антагониста Бэтмена фильм про маленького человека в тяжких обстоятельствах, пусть довольно суконный, но тоже про человечность. Так дела обстоят и, на мой взгляд, в замечательных сугубо развлекательных супергеройских фильмах DC недавних лет. «Хищные птицы» иллюстрировали историю Харли Куинн, расставшейся с Джокером, а «Чудо-женщина 1984» рассказывала красивую историю любви в жанре сказочной басни, не менее красивой, кстати, чем «Бэтмен», но еще и умной, интеллектуальной и смешной.
Что происходит с «Бэтменом» Мэтта Ривза: супергерои и злодеи вновь лишаются своих человеческих качеств и становятся функциями. Ривз из последних сил держится, чтобы не скатиться в самопародию, поскольку за геройским пафосом не скрывается никакое второе дно, а увлечен более всего своими визуальными фетишами, потухшей картинкой, дождем и красным светом от фаера, пока Бэтмен-Паттинсон три часа играет в «Что? Где? Когда?» Это не безобразно, скорее просто никак. И, кажется, после всех появлений Бэтмена на большом экране это первый неавторский фильм, появившийся, шутка ли, сразу же после самого в общепринятом смысле авторского, если считать таковым «Джокера» с его Венецией. После макабра Тима Бертона, гей-эксцентрики Джоэла Шумахера, философской, с приветами Гессе и Ницше, трилогии Нолана и лучшей, как мне кажется, истории Бэтмена у Снайдера про то, как миллиардер решил, что может тягаться с Богом, Мэтт Ривз предлагает нам поверить в следующее: для мрачной истории Бэтмена достаточно эмо-мейкапа, который прекрасно подчеркивает идеальные скулы Роберта Паттинсона. Так это не работает.
