Обзоры, Кино — 4 мая, 20:20

Восточные сказки: главные немецкие сериалы о жизни в гетто

Самые популярные сериалы производства ФРГ своими закрученными сюжетами и азиатскими страстями напоминают сказки из «1000 и 1 ночи», но повествуют о реальных проблемах современной Европы — и не только Европы.

Сумрачный германский гений в последние годы совершил блицкриг в индустрию сериалов. В репертуарном меню Netflix и Amazon все чаще мелькают немецкие фамилии и названия, этот прорыв сопоставим с «немецкой новой волной», всколыхнувшей кинематограф в 60–70-х. Сегодня новое поколение режиссеров, как и радикальные единомышленники Райнера Вернера Фассбиндера полвека назад, хлестко высказывается на самые острые темы  без оглядки на приличия. 

Самый болезненный вопрос современной Европы — кризис мультикультурализма — оказался центральной темой сразу в двух немецких сериалах: скандальном «Берлинские легавые» (Netflix, 2018) и уже культовом «4 квартала» (TNT Serie, 2017 — 2019). В обоих шоу сюжеты крутятся вокруг противоборства господствующей в Берлине ливанской преступной группировки и полиции; в обоих полно ближневосточной экзотики, этнических бандформирований, смачного арабского сленга, кальян-рэпа и откровенного пессимизма по поводу межкультурной интеграции.

В третьей серии первого сезона «Легавых» протагонист — коп турецкого происхождения и гомосексуальной ориентации Эрол Беркин (Фахри Огюн Ярдим) — заявляет, что борется с ливанским кланом Тарик-Амир, потому что на совести того треть всех преступлений, совершаемых в Берлине. Представить такое заявление в немецкой прессе или соцсетях непросто, оно вызвало бы обвинения в расизме, штрафы и увольнения, но сериал о вымышленном районе Kaiserwarte отделался лишь упреками в избытке стереотипов. Нарочитая гротескность, помноженная на невероятную динамику действия, позволяет создателям «Берлинских легавых» заигрывать со многими рискованными темами: даже ультраправые мать и брат главного героя вызывают чуть ли не симпатию, когда выгораживают его после хищения «общака» их банды, а этнические анклавы — наоборот, показаны вертепами хаоса и зла. Справедливости ради стоит отметить, что одинаково критически выставлены и скинхеды-погромщики, и арабы-бандиты.

Кадр из сериала «Берлинские легавые» (Dogs of Berlin)
Кадр из сериала «Берлинские легавые» (Dogs of Berlin)

Так, например, резиденция главы клана Хакима Тарик-Амира (его играет судимый за настоящий грабеж и бандитизм ирано-германский рэпер Sinan-G) располагается в no-go area, куда закрыт доступ полиции и где все решают суровые родоплеменные обычаи и мафиозная иерархия. Разумеется, никакой no-go area в Берлине нет, но они в том или ином виде есть в соседних Бельгии и Франции, если верить репортажам CNN и Fox News 2015 года, вышедшим после расстрела сотрудников Charlie Hebdo. Но тогда телекомпаниям пришлось приносить извинения, а сейчас сценаристам «Берлинских легавых» все сошло с рук. Первый сезон заканчивается грандиозным побоищем между ультраправыми и мусульманами, а также кровопролитным штурмом спецназом запретной зоны. Такого рода катаклизмов в Берлине тоже давненько не было — но чем сильнее создатели сгущают краски, тем легче им увиливать от политкорректной цензуры.

Официальное музыкальное видео к сериалу «4 квартала»

Берлин, показанный в «4 кварталах», меньше похож на Готэм-сити (не в пример «Берлинским легавым») и больше на Берлин: глава ливанского наркокартеля Али «Тони» Хамади (Кида Рамадан) владычествует в реальном, а не выдуманном районе Нойкельн, и жестокость улиц показана здесь с еще более мрачной убедительностью. Тони, как и Хаким, пытается унять своего отмороженного младшего брата (в исполнении палестино-германского рэпера Veysel) и не допустить уличной войны. Но, в отличие от Хакима из «Берлинских легавых», Тони не упивается властью, а тяготится ей. На протяжении всего сериала он, подобно Майклу Корлеоне в «Крестном отце 3», искренне пытается легализоваться и интегрироваться в общество, потому что он отошел от дел и стал спонсировать районную спортивную команду, но все это безуспешно: общество отвергает его, чиновники отказывается даже пожать руку — и все возвращается на круги своя. 

Кадр из сериала «4 квартала» (4 Blocks)
Кадр из сериала «4 квартала» (4 Blocks)
Кадр из сериала «4 квартала» (4 Blocks)
Кадр из сериала «4 квартала» (4 Blocks)

Задолго до появления Netflix визионер либерального футуризма Фрэнсис Фукуяма уже описывал, как из-за  социокультурной пропасти между иммигрантами и коренными европейцами этнорелигиозные общины замыкаются в себе и радикализируются, пытаясь воссоздать архаичные порядки своей родины. Вместо того, чтобы расширить, модернизировать свою национальную идентичность, включив в нее новоприбывших, европейские институты, ответственные за интеграцию, вверяют гетто в безраздельную власть общинных лидеров. Эти лидеры, как правило, авторитарны, они верят в силу, а не в закон, и они в реальности часто очень похожи на Тони Хаммади и Хакима Тарик-Амира.

Вырваться из гетто почти невозможно: община, традиция, религия держат отщепенцев мертвой хваткой, а внешний мир враждебен и непонятен. Об этом и новый немецкий минисериал для Netflix «Неортодоксальная». Гетто на этот раз находится в Бруклине и община — хасидская, а не суннитская, но этим принципиальные расхождения исчерпываются: главная героиня Эсти (Шира Хаас) бежит из такого же патриархального репрессивного замкнутого социума, где личность — ничто перед религиозной догмой, авторитетом старейшин и, если их недостаточно, перед грубой силой. Насильственно выданная замуж, лишенная возможности творческой самореализации, она отправляется в Берлин, а по пятам гонятся ее муж и его кузен со стволом и криминальными связями. Порой необходимо избавиться от свой «уникальной культурной идентичности», чтобы быть просто свободной женщиной, но эта идея кажется кощунственной многочисленным social justice warriors, которые доминируют в современных медиа. 

Кадр из сериала «Неортодоксальная» (Unorthodox)
Кадр из сериала «Неортодоксальная» (Unorthodox)

В сериале «Бит» Марко Кройцпайнтнера шпионский детектив помещен в декорации ночной жизни Берлина. По сюжету международный торговец оружием и человеческими органами покупает долю в берлинском клубе с вымышленным названием (в котором легко угадывается Berghain), а клубный промоутер помогает европейской разведке его нейтрализовать. Здесь тоже пруд пруди этнической мафии — в основном русской и албанской, но самой острой критике подвергается сама иммиграционная политика Европы: в потоке беженцев работает целый конвейер по переработке людей на органы, а каждая серия нашпигована намеками, что его крышуют высокопоставленные политики и бюрократы. Делец Филипп Фоссберг (Александр Фелинг) с мертвенно-безжалостным взглядом и ницшеанской риторикой олицетворяет собой новую, лишенную сентиментов Европу, а наркозависимый и неустроенный клубный деятель с дурацким прозвищем Бит (Яннис Нивёнер) оказывается последним воплощением человечности. Ведь он и его маргинальные друзья бросают вызов хладнокровным массовым убийцам с безупречной деловой репутацией, но это исключение из правил, счастливая аномалия. Трагическая отчужденность людей обретает универсальный масштаб: машина по производству денег перемалывает всех, низводит человека до состояния супового набора по рыночным расценкам, без различия рас и вероисповеданий; абсолютное зло прямо здесь — в дорогом супермаркете, отеле, ночном клубе.

Кадр из сериала «Бит» (Beat)
Кадр из сериала «Бит» (Beat)

Есть некая закономерность, что самые смелые идеи находят отражение в кинокультуре страны с самым репрессивным законодательством в сфере медиа: чего стоит один лишь драконовский закон о соцсетях, принятый Бундестагом в 2018 году. Hate speech любого рода, богохульство и апологетика любых «антиконституционных» организаций в online media караются штрафами до 5 млн евро для физических и 50 млн — для юридических лиц. По словам министра юстиции Хайко Мааса, в немецкий интернет «пришел закон», а по мнению большинства международных организаций, отстаивающих свободу слова — пришла цензура.

К счастью, стриминг-сервисы пока еще не причислены к соцсетям и не подлежат государственной цензуре, а  создателей сериалов в худшем случае обвиняют в злоупотреблении национальными и культурными стереотипами разве что единичные излишне ретивые блогеры — уж они-то имеют гораздо меньше влияния, чем кинематографисты. Режиссер «4 кварталов» Оливер Хиршбигель прославился хитом нулевых «Эксперимент» и номинированным на «Оскар» и крайне полемичным фильмом об агонии Рейха «Бункер» (сцена совещания фюрера с генералами из него давно разошлась на мемы). Создатель «Берлинских легавых» Кристиан Алверт  оттачивал свое мастерство на голливудских триллерах, режиссер «Бита» Марко Кройцпайнтнер тоже заработал репутацию вполне приличными жанровыми картинами, а «Неортодоксальная» Деборы Фельман — это вообще феминистское художественное высказывание, к тому же насквозь автобиографичное.

Их работы труднее подвергнуть партийному разбору, тем более что художественные образы не поддаются столь однозначной интерпретации, как статьи и посты в соцсетях. Возможно, новое немецкое ТВ в их исполнении — последняя гарантия, что ФРГ не превратится в ГДР.


Алина Бавина
главный редактор

Моя дипломная работа на журфаке МГУ была посвящена блогам и тому, приравняют ли их когда-то к СМИ и вообще насколько этично это делать. Тема появилась совершенно случайно. Изначально я собиралась писать про творчество Василия Шукшина. Но как-то среди ночи моя подруга, с которой мы прожили четыре года в одной комнате в общежитии и, естественно, не могли не выбрать одну кафедру, проснулась и сказала, что мы безумные и не осилим диплом по литературе, поэтому надо срочно менять тему. Над нами сжалился один преподаватель, который хорошо нас знал. Я уже даже не помню, кто придумал и предложил тему блогов. Но нам показалось, что она гораздо легче творчества Шукшина.

Тут нужно отметить, что это был – страшно представить! – 2008 год. И мы тогда еще были очень аналоговыми. Рефераты сдавали на дискетах (помню преподавателя, которому мы все по навету старшекурсников сдавали пустые дискеты, и пару моих однокурсников, попавшихся на этом), кино смотрели на дисках, которые брали в прокат в находившемся практически в подвале журфака киноклубе (помню, как тяжело мне давался Тарковский, Бергман и как я заснула при первом просмотре «Жизни как чуда» Кустурицы, которую потом нежно полюбила; но как меня поразили «Маргаритки»!), книги читали в Ленинке и радовались, если по читательскому билету попадали в тот самый ретро-зал с зелеными лампами. Тогда только-только появились «Одноклассники», а ЖЖ был самой прогрессивной площадкой. Мы – о, Боги! – ходили в интернет-кафе, которое тогда существовало у главного здания МГУ. Там у нас и разгорались нешуточные баталии в ЖЖ. Мы писали посты на волнующие темы и спорили с пеной у рта в комментариях. И делали это с таким азартом, будто играли на миллионы в казино.

Когда я получила свою твердую четверку за диплом, выдохнула и тут же забыла про него, то и предположить не могла, что тема блогов вернется в мою жизнь. «Зачем мы это делаем? Ну что за бред?» – долго не отпускала меня моя беспощадная рефлексия, когда затевали SRSLY. Ведь мы же сами морщимся от этих слов – «блогеры», «трендсеттеры», «инфлюенсеры», бла-бла-бла. Какая-то пошлятина выходит, когда начинаешь рассказывать, о чем мы. И как-то даже стыдно и неловко за себя становится. Но давайте не будем отрицать: блогеры дали нам новый контент, от которого наконец-то не душно. Звезды инстаграма вытеснили глянец, ютуба – затоптали телик. Блогеры начали тянуть теплое одеяло рекламных бюджетов на себя. Трендсеттеры и инфлюенсеры новой формации стали желанными гостями в светской тусовке. Теперь они «как скажут, так и будет».

Дудь нагнул Ютуб, Ивлеева из маникюрши превратилась в телезвезду с ТЭФИ, Горбачёва стала главной актрисой поколения, Монеточка зазвучала из всех утюгов. Это, безусловно, герои нашего времени. Они уже изменили реальность и продолжают это делать. У них влияние в интернете и не только. И не поддаться ему уже не получается. Конечно, можно дальше продолжать болеть нигилизмом и отрицать новый мир. Но это нечестно. Прежде всего по отношению к себе. А мы за честность, за открытые вопросы и ждем таких же ответов от героев. И у нас нет «не наших героев», нет предубеждений, и мы против клише.

Мы намеренно отказались от артемов быстровых и не будем прятаться за псевдонимами. У каждой публикации есть автор, которому вы сможете посмотреть в лицо и туда же высказать все, что думаете о его материале (естественно, аргументированно). Быть абсолютно несогласными с нами не возбраняется. Мы сами в редакции часто спорим друг с другом. Но последнее слово всегда остается за ответственным за раздел. У нас все со своим бэкграундом, позицией, принципами в профессии и взглядами на жизнь.

Когда в редакции предложили каждому написать свой манифест, я прониклась этой идеей. Сразу вспомнились Белинский, Добролюбов, Чернышевский, Белый, Блок, Иванов, Гумилев… Всплыло слово «публицистика». И повеяло той самой нашей наивной аналоговостью, которой теперь уже просто нет. На журфаке мы изучали кодекс профессиональной этики журналиста. Сейчас это понятие кажется атавизмом. Но пусть наши манифесты станут этическим кодексом 2.0.

На втором курсе я прочитала «Поколение П» Пелевина и отчаянно не хотела верить в то, что в журналистике все друг у друга крадут идеи. У меня с тех пор аллергия на «Давайте сделаем как у…» А мы-то тогда зачем, если они уже есть? Поэтому SRSLY – это про дерзкие идеи, честные тексты и – куда ж без них – красивые картинки.

Читайте также
Герои — 19:51, 22 октября 2020
О гипнозе, НЛП и дионисийстве. Интервью с актером Максимом Сухановым
Новости, Новости — 22 октября, 19:51
Из Swag Team ушли сразу четыре участника. Тиктокеры решили заняться бизнесом и саморазвитием
Новости, Новости — 22 октября, 18:56
Тикток Вали Карнавал заблокировали. Но ненадолго
Новости, Новости — 22 октября, 18:17
Кракен на набережной «Зарядья». Это арт-объект Михаила Цатуряна
Новости, Новости — 22 октября, 16:51
У Игоря Николаева тоже есть тикток. Никогда такого не было, и вот опять
Кино — 22 октября, 16:45
О теракте на Дубровке, фильме «Конференция» и человеческой слабости. Интервью с Иваном И. Твердовским
Новости, Новости — 22 октября, 14:37
Картину Бэнкси «Покажи мне Моне» продали почти за 10 млн долларов. Торги длились 8 минут
Новости, Новости — 22 октября, 13:23
Юрий Дудь стал самым популярным блогером среди зумеров
Новости, Новости — 22 октября, 09:53
В тиктоке нашли профиль Эль Фаннинг. Только у аккаунта нет аватара и верификации
Образ жизни — 22 октября, 13:07
«Никаким, а в целом всем». Каким профессиям не нужно учиться в вузе, по версии зумеров и миллениалов
Новости, Новости — 9 октября, 14:36
«Большая мечта — уже полпути»: минутка мотивации от Саши Петрова и glo
Герои — 22 октября, 01:12
«Побывать на концерте классической музыки — это как прийти в храм». Интервью с дирижером Михаилом Татарниковым
Кино — 21 октября, 21:34
Рецензия на «Конференцию» Ивана И. Твердовского: проживи меня, проговори со мной
Новости, Новости — 21 октября, 21:33
Куча змей и ни одного выполненного челленджа. Роман Каграманов в шоу «З.Б.С.» Насти Ивлеевой
Образ жизни — 21 октября, 19:41
Главное в телеграме за неделю: две крутые обложки, один деанон и «Фразы после секса»
Популярная темаПопулярно
Новости, Новости — 21 октября, 18:35
Для торта придумали щит. Он позволяет задувать свечи без распространения бактерий
Кино — 21 октября, 13:56
Бликующий экран: новинки кино в Сети («Суд над чикагской семеркой», «Ноктюрн», «Тебе стоило уйти»)
Герои — 21 октября, 13:06
О призвании, фэшн-тусовке и Трабуне. Интервью со Славой Gee
Новости, Новости — 21 октября, 13:04
Microsoft и SpaceX теперь партнеры. Они разработают облачную сеть с помощью спутников
Новости, Новости — 21 октября, 12:09
Новое интервью Саши Спилберг: об успехе на ютьюбе и желании отправиться в космос
Новости, Новости — 21 октября, 09:44
Дени Вильнев снимет мини-сериал по роману Ю Несбе. Главную роль исполнит Джейк Джилленхол
Новости, Новости — 20 октября, 23:21
Зонд NASA попытается взять образец грунта с астероида. Рассказываем, где на это посмотреть в прямом эфире
Все звёзды и инфлюенсеры
Герои — 20 октября, 22:04
Интервью с моушен-дизайнером Brickspacer — тем, кто в клипе Tacos превратил Ильича из Little Big в кукурузу
Новости, Новости — 20 октября, 15:00
У людей обнаружили новый орган — еще одну пару слюнных желез
Новости, Новости — 20 октября, 14:17
Скотт М. Гимпл думает снять мультсериал по мотивам «Ходячих мертвецов»
Герои — 20 октября, 14:00
6 российских тревел-блогеров: о заработке, рекламе и экстремальных путешествиях
Новости, Новости — 20 октября, 13:48
Ученые назвали самый страшный фильм ужасов. Им оказался «Синистер»
Новости, Новости — 20 октября, 11:19
«Эйфория» возвращается: первый бонусный эпизод выйдет уже 7 декабря
Новости, Новости — 20 октября, 10:28
Несчастная любовь и дискотечные биты: послушайте новый трек Gavrilina «Только ты»
Новости, Новости — 20 октября, 09:07
В Дубае откроются американские горки по мотивам «Джона Уика» и «Иллюзии обмана»
Новости, Новости — 19 октября, 21:51
Вышел первый в мире хоррор для кошек. Главный злодей — огурец
Ведьмы
Субура
(3 сезон)
Некст
(1 сезон)
Ради всего человечества
(2 сезон)
Метод
(2 сезон)
Настя, соберись!
(1 сезон)
Псих
(1 сезон)
257 причин, чтобы жить
(2 сезон)