Сперва хочу узнать у вас, какие слова из вашей повседневной терминологии употреблять нельзя. Я слышал, что, например, слепой — это оскорбление. А сурдоперевод устаревшее понятие.
Николай: Да, ты прав. Когда говорят «сурдоперевод» и «язык жестов» — это некорректно. Актуальным термином считается «жестовый язык». Также надо забыть про «глухонемой» — бывают глухие и слабослышащие.
Владимир: У нас все наоборот! Незрячий и слабовидящий — вообще два разных случая. И когда мне говорят, что я слабовидящий, — это не так. Но, к слову, мне «слепой» нормально. Не считаю это оскорблением. Меня, скорее, бесит, когда под меня пытаются подстроиться: говорят не «давай посмотрим фильм», а «давай послушаем фильм». Это наоборот выделяет то, что я какой-то не такой.
Еще я бы хотел узнать уже про вас. У меня тут три вопроса, как говорится, пользуюсь возможностью. Во-первых, вы с рождения живете с этими недугами, или они приобретенные?
Николай: Я потерял слух в раннем возрасте от неверного применения антибиотиков.
Владимир: Я тоже не родился незрячим. Но уже не помню, что такое видеть, ибо в раннем детстве заболел раком сетчатки.
Чем вы занимаетесь? Где работаете? Какие у вас хобби?
Николай: Я учился в школе-интернате для глухих и слабослышащих детей, где овладел русским жестовым языком. После я 17 лет уже преподавал детям математику и информатику. Вел уроки как голосом, так и с помощью жестового языка, поэтому ученикам было легко со мной. К сожалению, совсем недавно мне пришлось уйти из этой профессии. Для меня работать с детьми — большое удовольствие. Но документация меня задушила. Все эти тонны бумаг, планы, отчеты.
Владимир: А я до сих пор в образовании! Плюс, организовываю всякие форумы и программы для незрячих. В свободное время путешествую. В интернете известен как «Незрячий путешественник»: у меня есть группа в VK, шоу в ютьюбе «Куда глаза не глядят». Объехал 28 стран и 70 регионов России!
А как современные технологии помогают слабослышащим и незрячим? Я про возможности смартфонов, специальные приложения и вот это все.
Николай: Очень выручает «Прямая расшифровка» для телефонов с Android. С помощью этого приложения речь и окружающие звуки превращаются в текст. Главное, чтобы было не очень шумно. Иначе слова распознаются с ошибками. Еще очень выручает «Яндекс». В их браузере есть хорошие автоматические субтитры для видео. А у «Кинопоиска» — лучшие субтитры на фильмы, сериалы и мультики среди всех отечественных стримингов.
Владимир: Сейчас в любом смартфоне есть программы экранного доступа, которые озвучивают все, что происходит на экране. Собственно, благодаря этому я могу писать сообщения, вести блог, совершать покупки онлайн. А из приложений очень помогает Be My Eyes. Благодаря ему можно, например, считать деньги. Дают тебе сдачу в ларьке, а ты с помощью нейросетей внутри приложения определяешь номинал купюры. Или делаешь фото любое — и тебе голосом объясняют, что ты снял.
Спасибо! Теперь давайте о кино. У меня тут вопрос скорее к Владимиру. Как ты его воспринимаешь? Все же это визуальное искусство.
Владимир: Да, я не знаю, что такое темнота и цвет. Могу судить об этом лишь с позиции общей начитанности. Но вот опять же — благодаря тифлокомментированию (процесс аудио-описательное комментирование визуальной информации на экране. — Прим. SRSLY) многие современные фильмы мне понятны. Скажу больше — у меня есть любимые жанры!
Например?
Владимир: Я люблю исторические и военные фильмы. Ну и в целом кино, где много говорят. Я пытался посмотреть «Аватара» три раза, но понимаю, что это довольно бессмысленно без картинки. А если уже удаляться в конкретику — мне нравится Аль Пачино в целом, потому что я по его голосу слышу как он входит в свои роли, и конкретно «Запах женщины» (Scent of a Woman, 1992). «Чебурашку» (2022) с удовольствием смотрел. Там, кстати, очень подробные тифлокомментарии и мозгу было просто ориентироваться внутри происходящего. Сериал вот недавно хороший увидел — «Домашний арест» (2018) от PREMIER. Ну и документалки я люблю, которые делает National Geographic, потому что там обычно сильная нарративная часть.
Николай, а у тебя есть предпочтения такие конкретные?
Николай: Мне нравятся советские фильмы из-за какой-то их искренности. Люблю «Служебный роман» (1977), «Подкидыша» (1939), «Гусарскую балладу» (1962). Есть несколько хороших картин и про глухих — это «Шапито-шоу» (2011) и «Племя» (2014). Но я все равно считаю, что в таком кино должны сниматься глухие актеры, а сюжет писать глухие сценаристы.
А как сделать просмотр фильмов для вас еще удобнее?
Николай: Согласно закону, все кинотеатры, которые показывают отечественное кино, созданное при господдержке, обязаны устраивать сеансы с субтитрами. Но это предписание часто не соблюдается частными кинотеатрами, вне больших сетей. Плюс, нередко страдает качество субтитров. Поэтому я надеюсь, что, во-первых, исполнение закона будет регулироваться строже. А во-вторых, что субтитры начнут делать по ГОСТу для глухих — да, он есть! Там должны быть описания звуков, закадровых действий, читаемый шрифт. Ничего особенного, но расти есть куда!
Владимир: Нужны лишь более подробные тифлокомментарии. Это не дорого. Но их все равно мало!
После интервью мы обратились к продюсеру и директору фестиваля Станиславу Шаповалову за комментарием насчет доступности показанных на фестивале фильмов.
«Для меня важно создать комплексный проект, в рамках которого состоится не только кинофестиваль, но и другие культурные события в онлайн- и офлайн-форматах. RUTUBE улучшил платформу для людей с нарушениями зрения и слуха. Реализация данной социальной инициативы будет способствовать уменьшению каких-либо барьеров».
