Это сейчас я знаю, что это и как называется. Но такие симптомы поначалу вызывали еще большую тревогу за свою жизнь. Я не понимала, что со мной происходит, казалось, что я схожу с ума.
Думаю, что было довольно много предпосылок к появлению у меня панического расстройства, в том числе тревожно-мнительный характер. Но триггером стала неудачная операция на зуб мудрости и оставшаяся после нее травма, с которой уже придется жить всю жизнь. Я не могла принять эту ситуацию и поверить в то, что это навсегда, уходила в отрицание и ненависть к себе за принятое решение. Тогда мой организм решил показать мне, что такое панические атаки.
Я редактор в книжном издательстве. По сути, затруднения на работе были только во взаимодействии с другими людьми, особенно незнакомыми. В острые периоды старалась ни с кем не контактировать и избегать этих контактов. Ну и, конечно, сложно было сосредоточиться на работе, когда есть дела «поинтереснее» — вовлечься в тревожные мысли, например.
Могу испытывать сильную тревогу перед встречей с незнакомым человеком/людьми. Конечно, многие испытывают что-то подобное, но иногда тревога так сильно охватывает, что я пытаюсь всеми силами избежать встреч. Становится сильно страшно. А еще пугают малейшие проблемы со здоровьем, боюсь боли и не хочу ее чувствовать и из-за этого тоже могу погрузиться в тревогу.
Из родственников о моем расстройстве знают только мама и папа. С остальными — гораздо сложнее. Думаю, многие просто не поняли бы меня. Хотя я и успела услышать фразы типа: «мы же как-то жили без ваших психологов», «у тебя все есть, чего тебе еще надо?», «не выдумывай» и тому подобное. Слышать такое от близких больно и неприятно, но мне повезло с друзьями, которые меня поддерживали. Особенно благодарна молодому человеку, с которым в тот острый период я была в отношениях, — от него было полное принятие и поддержка.
Я побежала к психологу практически сразу, как только у меня появились первые симптомы. Тогда я поставила перед собой задачу, что должна с этим справиться без помощи таблеток. Мой первый психолог работала в гештальт-подходе, к ней я ходила три месяца. Результат, конечно, был, но я понимала, что мне нужен другой подход.
После трехмесячной терапии у меня появился острый приступ аллергии — крапивница, отеки Квинке. Притом что никогда в жизни у меня не было аллергии и по анализам я была полностью здорова. Тогда врачи абсолютно не понимали, что со мной происходит и что со мной делать, а я начала скатываться в депрессию. Каждый день крутились навязчивые мысли о том, что теперь я так буду выглядеть всегда. Ведь об этом мне сказали врачи, а статьи в интернете подтверждали такой возможный исход. Постоянная тревога и панические атаки снова вернулись.
Тогда мне совсем не хотелось чувствовать эту тревогу, смысла в жизни с паническими атаками я не видела. Не хотелось выходить на улицу, а когда выходила — мир казался какой-то туманной картинкой. Я сидела дома, читала статьи, плакала и не знала, что с собой делать.
Самое тяжелое в тот период было вытаскивать себя из этой ямы. Я поняла, что без таблеток не справлюсь и мне нужна терапия. Через сильное сопротивление я все-таки тогда пошла к психиатру и начала пить антидепрессанты. А потом у меня началась психотерапия у КПТ-терапевта (КПТ — когнитивно-поведенческая терапия. — Прим. SRSLY), к которому я ходила чуть больше года. Это очень ценный опыт. Когнитивно-поведенческая терапия оказалась для меня весьма эффективной.
К сожалению, терапию пришлось завершить, и сейчас я к психологу не хожу, но продолжаю работу над собой. Отслеживаю мысли, разбираю реакции на них, определяю когнитивные искажения, диспутирую с мыслями. Раньше я выполняла упражнение СМЭР (в табличку из четырех колонок выписываешь Ситуацию, свои Мысли, Эмоции и Реакции по поводу нее. — Прим. SRSLY) письменно, но сейчас уже делаю это в голове. СМЭР, пожалуй, основное, что сейчас мне помогает.
Добиться стойкой ремиссии и справляться с расстройством мне помогает несколько способов. Некоторые из них стали моим образом жизни.
1. Психотерапия. В общей сложности в терапии я была два года. Не скажу, что это радужный и приятный путь, но оно того стоит.
2. Лекарства. Стабилизировать состояние мне помогли антидепрессанты. Врач подобрал препарат, который мне подходит и не вызывает побочных эффектов.
3. Спорт. Для меня это лучший способ сбросить напряжение и тревогу. Во время тренировки полностью концентрируешься на физических ощущениях, тревожным мыслям просто нет места в голове.
4. Медитации. С их помощью я тренирую осознанность и навык отслеживания мыслей.
5. Книги. Я очень люблю книги, и они тоже стали для меня своего рода спасением. Некоторые из них сильно меня вдохновляли в тяжелые времена. Но настольной книгой для работы с расстройством стала «Свобода от тревоги» Роберта Лихи.
6. Люди. Если раньше я закрывалась от людей, сейчас все стало ровно наоборот. Поначалу буквально заставляла себя видеться с людьми, а сейчас нахожу в них огромную силу и вдохновение.
