Интервью, Герои — 11 июня, 11:57

Как красота мешает получить сложную роль: интервью с актрисой Марусей Фоминой

Маруся Фомина блистает в сериалах «БИХЭППИ» и «Содержанки», в театральных спектаклях и за кадром — в собственных авторских короткометражках. Мы поговорили с ней о творческом методе и о том, как продвигаются совместные проекты с мужем Алексеем Киселевым.


Вы занялись балетом в детстве. Вероятно, с подачи родителей?

Да, я очень долго занималась балетом. Начала, когда мне было года три-четыре. Сначала в ЗИЛе, после этого я занималась у себя на районе, в Кунцево, а потом поступила на подготовительные курсы в МГАХ (Московская государственная академия хореографии. — Прим. SRSLY). Там своего рода интернат, где ты бесконечно занимаешься. Я поступила, но сказала родителям «нет» — не то что мне было лень, не потому, что я боялась трудностей. Просто осознала в тот момент, как много других возможностей. Я пошла еще раз учиться на подготовительные, на второй год, а после стала ходить в театральную студию и про балет забыла.

Правда ли, что в балетной школе вас девочки запирали в раздевалке и лупили?

Да, такое было. Я периодически об этом думаю. Поскольку у меня дочка, я иногда ловлю себя на мысли: «Господи, мне же нужно будет ее куда-то отдавать, там будут такие злые дети». Оберегать от этого тоже не хочется, ведь человек должен в себе воспитывать иммунитет к этому, характер. Не могу же я за ней везде ходить, всех распихивать. Конечно, это было ужасно. Просто я была доверчивым ребенком, очень добрым. Даже когда те девочки, которые меня побили, поиздевались, по прошествии времени сказали мне: «Пойдем с нами, поиграем», я согласилась. У меня не было обиды, чувства опасности. Меня привозил и забирал водитель, и я думала только о том, что Андрей, не дай бог, догадается и пойдет разбираться, наказывать этих девочек. Мне было стыдно за них и за их поведение. Я думала так: ну ладно, случилось и случилось, надеюсь, что больше так делать не будут.

Я прочел, что вас привлекает образ подружки главной героини. Означает ли это, что вы чувствуете себя органично в ролях второго плана, в амплуа подружки?

В первую очередь, мне интересна роль и история. Просто иногда так получается (естественно, не во всех проектах), что у персонажа, за счет того, что он второстепенный, есть какая-то загадка, тайна, и мне интереснее за ним наблюдать. Про главного героя обычно все понятно. У меня почему-то в детстве такое было: когда я смотрела фильмы, мое внимание привлекали именно второстепенные персонажи, я любила додумывать что-то про них. Сейчас мне нравятся актеры и вообще публичные люди, которые мало дают интервью, менее заметны. Мне не все о них известно, и это круто. Человек, который каждый день «наедине со всеми», чей завтрак у всех на виду, мне неинтересен. Я про него все знаю, мне с ним все понятно.

Фото: Абдулл Артуев
Фото: Абдулл Артуев

Более того, когда человек замкнутый, про него сразу складываются легенды. Например, Киану Ривз все время молчит, а за него сочиняют монологи, где он возмущается людской бездуховностью.

Есть такое. Это своего рода игра. Возможно, никогда не познакомлюсь с Киану Ривзом, но мне кажется, он очень умный, мудрый и с большим сердцем человек. Просто это все ему искренне не нужно. Хотя я считаю, что перегибать не стоит и, если ты артист, все равно нужно давать интервью, куда-то ходить. По моему мнению, надо быть избирательным.

Вы не поедете на кинофестиваль, если ваша работа там не будет представлена?

Если я не буду к этому иметь отношения, то не поеду. Недавно как раз был такой момент. Например, мы ездили с Алексеем (продюсер Алексей Киселев, муж Маруси Фоминой. — Прим. SRSLY) в Венецию по приглашению часового бренда — партнера фестиваля. Я не обзванивала друзей и не просила меня вписать, просто чтобы приехать: «Вот, я там была». Ну, была — и что? С тем же «Кинотавром» немножко другая история. Это своего рода сложившаяся традиция, тусовка: люди приезжают летом смотреть кино. Может быть, съездить туда лишний раз без повода не так уж плохо. В этом году мы должны были ехать. Когда у Леши какие-то проекты и дела, я думаю: блин, я изменяю себе, если еду — у меня-то пока ничего нет. Да, мой выбор: лучше остаться дома, а поехать, когда действительно будет что показать.

Можно же какие-то делишки обсуждать в кулуарах, за фуршетом.

Ну да. Меня мои друзья за это ругали, тот же Леша: «Иди, пообщайся, давай, это надо». Я не из той категории людей, которые подсядут и начнут: «Вы знаете, у меня есть классная идея, а давайте мы сейчас...» Я не умею себя «продавать», это абсолютно не мое. Наверное, это то, чего мне и в балете не хватало.

Не готовы быть навязчивой.

Да. Я довольно скромна в этом смысле.

Есть же то, что вам уже дано и от чего не отмахнуться. Помогает или мешает красота становлению актрисы?

Мешает, конечно. Бывает, что человека только увидят и говорят: «А, ну понятно!» От многих людей, с которыми начинала дружить и общаться, я слышала: «О, ты нормальная, а мы думали, ты какая-то пафосная, пустая и холодная. А еще ты, оказывается, снимаешь сама, где-то играешь, ну здорово!» Еще у нас считается: красивая женщина не может снять сильное кино. «Ну, ей помогли, не сама она, да и кино так себе!» А вот будет какая-нибудь страшненькая... «Ну да, страшненькая, но зато какая талантливая!» А здесь, извините, либо одно, либо другое: ты уж выбирай, малышка, куда полезла. Одно дело, если бы мне после проб сказали: «Вы недостаточно талантливая», «Вы — бездарность» или «Роль не ваша, вы не потянете», но вместо этого мне говорят: «Ты слишком красива для этой роли». И думаешь: сука, хуже всего вот это услышать! С другой стороны, я могу это понять. Я сейчас выбираю артистов для своего кино и хочу определенный типаж. Естественно, актриса не виновата, что она не подходит. Она не подходит, потому что такой родилась. Я считаю, что хороший режиссер может вытянуть любого артиста, даже слабоватого. Мне бы очень хотелось сыграть какую-то характерную роль, потому что я знаю, что справлюсь.

Фото: Абдулл Артуев

Как Шарлиз Терон, когда она преобразилась в маньячку.

Да. Крутой пример. Но у нас не дадут. Единственный пример, мне кажется, с Сашей Бортич был интересный экспириенс: ей, красивой, худой девочке, дали роль на сопротивление.

Она реально располнела для нее!

Да, для фильма «Я худею». Я в этот момент подумала: ну наконец-то мы чуть-чуть сдвинулись. Если на Западе артистам дают возможность таких преображений (как Кристиану Бейлу, той же Шарлиз Терон), то у нас нет. У нас считают, что проще найти артистку такого типажа, чем пригласить какую-нибудь красивую актрису и попросить ее поменяться для роли.

Алена Делона первые несколько лет его карьеры тоже никуда не брали, ему говорили прямым текстом: «Вы слишком красивы, будет трудно передать режиссерский замысел, сложную драматургию, все будут смотреть только на ваше лицо». Но помогать-то красота тоже помогает? Например, на экзаменах?

Когда я пошла поступать в театральный институт, очень сомневалась, что меня возьмут. Мне казалось, про меня подумают: пришла девочка-модель, несерьезная. Я решила забить, быть собой. Приходила вот на таких каблуках, в красивых платьях, хотя знала, что это все не очень ценится в театральных институтах. Я видела, как ходят студентки. Ну ничего, меня переломали, и я стала такой же студенткой, спящей на полу в перерывах между занятиями. Я поступила всюду, куда приходила поступать. Часто я как раз проходила тур, просто потому что меня видели и решали: берем, она яркая, дальше разберемся. Это помогло, конечно. Потом, Кудряшов дал мне задание. Я пришла на каблуках, в платье, а он говорит: «Давай теперь, покажи мне, как ты будешь играть старуху». Я сделала этюд, он сказал: «Молодец!» Так что это и помогает, и нет. Надо доказывать делом, показывать, что ты умеешь. Ведь интересно и здорово, когда ты долго к чему-то стремился и добивался, а не когда ты пришел, и тебе все дали — это вообще не моя история, мне нравится бороться.


Мы вплотную подошли к вашему творческому методу. Вы говорили, что актеры, которые погружаются в свою роль, в образ, — это клиника.

Я, наверное, много кого обижу, но ничего не могу с собой сделать. Я интуитивно пришла к этому выводу. У меня на курсе были люди «в образе», и их нельзя было трогать, потому что им сейчас надо играть, они не могут с тобой разговаривать. Я часто и на площадках встречала таких актрис. Мне кажется, это что-то напускное. Для меня есть пример больших артистов, не буду называть имен. Я знаю случаи, когда во время съемок тяжелой, напряженной сцены они перед дублем общаются с кем-то, потом раз — камера, мотор! — она поворачивается, у нее слезы, она играет свою сцену (серьезную, драматическую). Ей не нужно перед этим себя как-то надрачивать (простите), вспоминать какие-то случаи из детства.

Вам это ближе?

Да. Константин Юрьевич Богомолов, с которым я много работаю, тоже никогда не просил «зазерняться», страдать. Он часто повторяет, что ты — это в конечном счете ты, а не какой-то Джон, персонаж. Мы позавчера с моей близкой подругой Аней Чиповской это обсуждали. Мы говорили про «Хорошего человека» (Константин Богомолов недавно снял сериал про ангарского маньяка для видеосервиса START. — Прим. SRSLY). У меня там роль, в общем-то, тяжелая психологически. Я рассказывала, что не было такого, чтобы я, к примеру, за день до съемки как-то себя подготавливала морально... Это все было тяжело, все на психике, на физике, но ты просто заходишь и начинаешь это делать. Мы в перерывах с Никитой  (Ефремовым. — Прим. SRSLY) смеялись периодически. При этом я оставалась собой, я была здесь и сейчас.

Ваша роль в «Борисе Годунове» того же Богомолова тоже весьма экстравагантная.

Это один из моих любимых спектаклей и мой первый опыт работы с Константином Юрьевичем. Я училась на четвертом курсе. Он пришел на студенческий спектакль с Марком Анатольевичем Захаровым выбирать новых артистов для «Ленкома» — на тот момент они работали вместе. Богомолов увидел меня и сказал, что у меня как раз отсутствует вот это вот... Ну как сказать? Я очень холодно и довольно отстраненно, в его манере (хотя я тогда довольно плохо его знала, не ходила на его спектакли) существовала в каком-то «здесь и сейчас», то есть, можно сказать, и не играла ничего. Я была собой. Он мне об этом сказал потом. Мы начали репетировать «Бориса Годунова». Это был мой первый театральный опыт и серьезная репетиция с большими артистами, например, с Александром Збруевым, в «Ленкоме». Это было увлекательно, и, конечно, я очень переживала. Потом, когда мы уже вышли на сцену… имитация оргазма придумалась за несколько дней.

Это на ходу придумали?

Я думаю, режиссер держал это все в голове, а потом, когда начали пробовать, репетировать, он сел в зале с микрофоном и сказал: «Давайте попробуем такую штуку». Мне нравится, что он знает, чего хочет — ты просто его слушаешь, и все складывается. Спектакль, конечно, классный, там было очень много моих любимых моментов. К сожалению, этого спектакля больше нет.

Ваш муж Алексей — видный кинематографист. Каково быть вместе с человеком одной с вами профессии?

Раньше мне почему-то казалось, что я хотела бы быть с человеком не из моей профессии, чтобы можно было иногда выходить из этого мира, переключаться и дома обсуждать что-то другое. У меня был опыт отношений с человеком не из сферы кино или театра. Но это тяжело. Он не понимает, почему ты так устаешь: тебя накрасили, ты что-то поиграла, а домой приехала такая выжатая. Он не понимает всяких тонкостей, почему важны репетиции, роли. Круто, когда вы можете заниматься одним делом. Мы уже сняли с Лешей общий короткий метр, будет еще кино и новый проект (кстати, про балет). Теперь я понимаю, как это здорово, когда можно что-то вместе делать. Я вообще очень про «делать», я люблю развиваться, не стоять на месте. У нас не совсем совпадают вкусы, потому что Леша больше марвеловский чувак, а я — Звягинцев. Это такой постоянный спор, но это тоже круто! 

Фото: Абдулл Артуев
Фото: Абдулл Артуев

Как вы пришли к идее вновь учиться и стать режиссером и сценаристом?

Когда я поступила в институт, мне было 17-18 лет: в этом возрасте хочешь больше тусить после занятий, чем сидеть утром на лекциях. К третьему курсу я уже, конечно, стала по-другому к этому относиться. В общем, я чувствую желание ходить на лекции, узнавать, слушать, читать. Мне все время кажется, что не хватает знаний. Я подумала: надо пойти учиться. Еще на тот момент я очень тесно стала общаться со своей подругой Ксенией Зуевой, она режиссер. Ксения как раз отучилась в мастерской В.И. Хотиненко. Она говорит: «Иди на ВКСР (Высшие курсы сценаристов и режиссеров. — Прим. SRSLY), тебе нужно туда пойти». Я сдала экзамены, хотя когда они меня увидели, спросили: «Вы точно ходить будете? Просто у нас здесь очень тяжело».

Красотка пришла.

Да, абсолютно. Особенно Фенченко (режиссер Владимир Фенченко. — Прим. SRSLY): «Ну Манюнь, у нас тут задания каждую неделю надо делать, ну смотри!» Надо мной смеялись мои однокурсники, друзья, говорили: «Ты просто задрот, потому что приносишь все в срок, в большем объеме, чем нужно». Первый год обучения я реально не спала практически, нигде не снималась — все поставила на стоп. Не ходила на пробы и снимала этюды, делала задания. Для меня не было ничего страшнее, чем прийти на занятия с невыполненным заданием — синдром отличника еще с детства. Иногда это очень плохо: надо уметь забить, отпустить и опоздать. Но я, к сожалению, не могу, я не такой человек.

Помню, нам на драматургии дал задание мой любимый педагог Павел Финн: написать сцену на тему «Человек просыпается с похмельем». Он говорил: «Вы знаете, самое благотворное время — это похмелье, потому что очень часто хорошо соображается, думается, придумывается». Я написала сцену. Другая сцена — с затоплением соседа — у меня была еще до поступления на ВКСР. Мы с моим другом Арсением ее написали, хотели снять короткий метр под названием «Маленькие трагедии Веры Холодной». Там была сцена, когда девушка по имени Вера Холодная (тезка знаменитой актрисы) топит квартиру соседа, и у них диалог. Я решила к этому вернуться, потому что мне все это нравилось, я люблю подолгу лежать в ванне. Вообще, много всего придумывается, когда я лежу в ванне. Финну эта сцена очень понравилась, он сказал: «Давай ты снимешь курсовую». Я на тот момент много общалась с продюсером Максом Воловиком. Мы сидели в 32.05, я ему рассказываю: «Представляешь, Павел Константинович похвалил». Он говорит: «Давай я тебе дам денег, мы снимем короткий метр, почему нет». Как-то все пошло-поехало, я написала оператору Александру Симонову. Он согласился. Я подумала: ничего себе! Мне повезло, что все согласились. Хорошая команда была.

Образ жизни главной героини «Похмелья» — не причина, а следствие ее отчаянного положения?

Да, конечно. Изначально я задумывала, что она — вся такая аккуратистка, прилежная ЗОЖница — идет нюхает кокаин, пьет вискарь, с кем-то трахается. Она просто решила: раз такая ситуация, можно погулять.

Фильм «Икария», как я понимаю, до сих пор не вышел, но выглядит очень амбициозным проектом. Можете рассказать, что это за проект и что с ним происходит?

Это моя боль, что он не вышел. Не знаю, в какой момент все встало: возможно, дело в деньгах. Так-то все было хорошо, Явор Гырдев (болгарский режиссер. — Прим. SRSLY) все круто, честно отснял. Мы ездили снимать на Мальту, были очень интересные люди. Я бы никогда не подумала, что буду сниматься в одном фильме со своей любимой группой Tiger Lillies. Этот фильм — антиутопия. У моей героини ребенок смертельно болен, нужен донор. Ради этого она идет на шоу, где ей дают задание: она должна завести отношения с героем Вани Янковского, а потом предать. 

Не будем сейчас спойлерить блокбастер.

Да! Многие, прочитав про этот проект, посмотрев кадры и «фильм о фильме», говорят, что это русская версия «Голодных игр». Их я не смотрела, не могу ничего сказать. Для меня «Икария» — блокбастер, но при этом артхаус: настоящее авторское кино, очень вдумчивое, но со спецэффектами.


Иэн Маккеллен, который играет Гэндальфа, сказал, что он поэтому и вписался во «Властелина колец»: это одновременно авторское кино и при этом блокбастер.

Это как «Джокер». Если получается совместить авторское кино со спецэффектами — это большой успех. Обычно же бывает либо суперартхаус, который никто не понимает, либо блокбастер.

Сейчас в России как будто бы тренд на фантастику: «Аванпост», «Спутник»… Почти все крупные студии делают фантастические фильмы. С чем это связано?

Не знаю. Я «Спутник» посмотрела недавно, очень достойно сделано. Просто это не мой жанр. По моему скромному мнению, нам нужно снимать то, что мы умеем: драму, артхаус. Это получается. Блокбастеры надо американцам оставить, мы их никогда не догоним. Не знаю, может быть, я не права.

Вы говорили про ваши совместные проекты с мужем, в частности про балет. Что это будет?

Студия «Видеопрокат», которую сделали мой муж Алексей Киселев и Сережа Бондарчук, запускает сейчас несколько проектов. Среди них «Псих» с Константином Богомоловым в главной роли» — дебют Федора Бондарчука в качестве режиссера сериала и Паулины Андреевой как сценариста, а также проекты «Хэппи Энд» и «Балет» (он пока в разработке). Леша с соавторами придумали сюжет про кулуарную жизнь Большого театра. В главных ролях — Ингеборга Дапкунайте и я.

Я сегодня зашел на КиноПоиск. На «Бихэппи» единственный отзыв — он положительный и содержит рекомендацию посмотреть. Но там была фраза: «Кого-то может оттолкнуть обилие секса». Я подумал: «Господи, кого это может оттолкнуть?»

Вообще, странная история. Недавно ребята из PREMIER выкладывали трейлер, и там были поцелуи, по-моему, Шамиля Хаматова с Мариной Васильевой. И комментарии: «Ну сколько же можно, почему одна сплошная порнуха?» Я на это отреагировала так же, как когда мне пишут, что я урод. Окей. Что касается «БИХЭППИ» — мне очень повезло, что это все случилось со мной. Я пришла на пробы, будучи на сносях, когда мне все говорили: «Вы беременны!» Это воспринималось так, будто я на днях помру. Но авторы «БИХЭППИ», режиссер Андрей Джунковский и креативный продюсер Ира Аркадьева были первыми, кто не придал значения моей беременности. Потом меня утвердили. Я очень благодарна, что мне дали эту возможность, что поверили, не мучили расспросами. В общем-то, сразу после родов я отправилась на площадку. Очень рада, что теперь сериал можно посмотреть на ТНТ в 22:00, эфиры будут до 11 июня.

Вы еще успели, будучи в положении, сняться в «Содержанках»?

Да, это было начало моего пути. Большое спасибо Константину Богомолову за доверие. На самом деле, я понимаю, откуда ноги растут. Подавляющее большинство женщин неадекватны во время беременности, особенно после родов реально едет крыша: гормоны никто не отменял. Это страшно, потому что не знаешь, чего от них ожидать. Я всеми силами старалась показать, что я нормальная, и вообще, «живот не мой», что это пройдет и все будет хорошо. Мне тоже очень помогло то, что я сразу после родов вышла на площадку и стала работать. У меня не было времени сходить с ума.

Получается, это самая плодотворная беременность в истории российского телевидения, если можно так выразиться.

Да. Выжали из нее по максимуму.


Я сейчас ехал в «Сапсане», там рекламировали фильм «Дождливый день в Нью-Йорке» Вуди Аллена. Актер Тимоти Шаламе объявил, что отказывается задним числом от гонорара и проклинает его, потому что Вуди Аллен нехороший человек. Можно ли работать с нехорошим человеком в кино и вообще в искусстве?

Что касается работы с хорошим или нехорошим человеком — мне в этом плане везло. Со всеми людьми, с которыми я работала, мне было комфортно. Я знаю, что так повезло не всем и случаи бывают разными. Вообще, когда я кем-то восхищаюсь, я предпочитаю не знать, что это за человек в жизни. Часто случается так, что есть в его поведении вещи, о которых я знать не хочу. Я хочу судить его искусство, то, что он делает в искусстве, а не его закадровую жизнь. Творческие люди, особенно режиссеры, не вполне нормальные в жизни, на мой взгляд. Но оправдывать насилие нельзя, и, если вы чувствуете, что в отношении вас начинается абьюз, нужно просто бежать. Мне кажется, что каждый случай нужно рассматривать отдельно. Я бы не бралась судить о ситуациях, о которых ничего не знаю. 

Например, в ситуации с Харви Вайнштейном меня дико возмутило то, что эти бабы прекрасно устроили свою жизнь, их ничего не тревожило до определенного момента. Потом на него все накинулись и чуть ли до смерти не довели. То, что он пользовался своим положением, конечно, ему чести не делает. Он тоже свинья, это понятно. В одном обсуждении новости о Вайнштейне мне попался комментарий: «Ну а что ж он предлагал такое, от чего невозможно отказаться?!» Мне кажется, в этом вопросе весь ответ. Ты либо идешь в номер — тогда молчи, либо извините. Мне его жалко, правда. Но я его не защищаю, просто это все нечестно. У меня были недвусмысленные ситуации. Я говорила: «Ребят, нет, можем выпить и поговорить в компании друзей, но на этом все». Надо быть честным с собой.

Бог им судья. Последний вопрос. Что вы чувствуете, когда кто-нибудь говорит: «Я не смотрю российское кино»?

Я периодически таких людей встречаю и спрашиваю: «Что ты видел?» Я не хочу никого обижать, но человек называет второсортный фильм, который стыдно смотреть, в общем-то. Ты начинаешь ему говорить: «Вот это посмотри, вот это» — «Ой, круто!» То есть это от незнания или от глупости, потому что кино есть. Я часто слышу везде пресловутые фразы: «Я не смотрю российское кино», «Российское кино в жопе» — и не понимаю, откуда все это. У нас такие чудесные режиссеры, начиная от Эйзенштейна, Тарковского. Окей, может быть, это не для всех, но ты просто не имеешь права так оскорблять. У нас очень много хорошего кино и великих людей, так что это дурацкие фразы.


Алина Бавина
главный редактор

Моя дипломная работа на журфаке МГУ была посвящена блогам и тому, приравняют ли их когда-то к СМИ и вообще насколько этично это делать. Тема появилась совершенно случайно. Изначально я собиралась писать про творчество Василия Шукшина. Но как-то среди ночи моя подруга, с которой мы прожили четыре года в одной комнате в общежитии и, естественно, не могли не выбрать одну кафедру, проснулась и сказала, что мы безумные и не осилим диплом по литературе, поэтому надо срочно менять тему. Над нами сжалился один преподаватель, который хорошо нас знал. Я уже даже не помню, кто придумал и предложил тему блогов. Но нам показалось, что она гораздо легче творчества Шукшина.

Тут нужно отметить, что это был – страшно представить! – 2008 год. И мы тогда еще были очень аналоговыми. Рефераты сдавали на дискетах (помню преподавателя, которому мы все по навету старшекурсников сдавали пустые дискеты, и пару моих однокурсников, попавшихся на этом), кино смотрели на дисках, которые брали в прокат в находившемся практически в подвале журфака киноклубе (помню, как тяжело мне давался Тарковский, Бергман и как я заснула при первом просмотре «Жизни как чуда» Кустурицы, которую потом нежно полюбила; но как меня поразили «Маргаритки»!), книги читали в Ленинке и радовались, если по читательскому билету попадали в тот самый ретро-зал с зелеными лампами. Тогда только-только появились «Одноклассники», а ЖЖ был самой прогрессивной площадкой. Мы – о, Боги! – ходили в интернет-кафе, которое тогда существовало у главного здания МГУ. Там у нас и разгорались нешуточные баталии в ЖЖ. Мы писали посты на волнующие темы и спорили с пеной у рта в комментариях. И делали это с таким азартом, будто играли на миллионы в казино.

Когда я получила свою твердую четверку за диплом, выдохнула и тут же забыла про него, то и предположить не могла, что тема блогов вернется в мою жизнь. «Зачем мы это делаем? Ну что за бред?» – долго не отпускала меня моя беспощадная рефлексия, когда затевали SRSLY. Ведь мы же сами морщимся от этих слов – «блогеры», «трендсеттеры», «инфлюенсеры», бла-бла-бла. Какая-то пошлятина выходит, когда начинаешь рассказывать, о чем мы. И как-то даже стыдно и неловко за себя становится. Но давайте не будем отрицать: блогеры дали нам новый контент, от которого наконец-то не душно. Звезды инстаграма вытеснили глянец, ютуба – затоптали телик. Блогеры начали тянуть теплое одеяло рекламных бюджетов на себя. Трендсеттеры и инфлюенсеры новой формации стали желанными гостями в светской тусовке. Теперь они «как скажут, так и будет».

Дудь нагнул Ютуб, Ивлеева из маникюрши превратилась в телезвезду с ТЭФИ, Горбачёва стала главной актрисой поколения, Монеточка зазвучала из всех утюгов. Это, безусловно, герои нашего времени. Они уже изменили реальность и продолжают это делать. У них влияние в интернете и не только. И не поддаться ему уже не получается. Конечно, можно дальше продолжать болеть нигилизмом и отрицать новый мир. Но это нечестно. Прежде всего по отношению к себе. А мы за честность, за открытые вопросы и ждем таких же ответов от героев. И у нас нет «не наших героев», нет предубеждений, и мы против клише.

Мы намеренно отказались от артемов быстровых и не будем прятаться за псевдонимами. У каждой публикации есть автор, которому вы сможете посмотреть в лицо и туда же высказать все, что думаете о его материале (естественно, аргументированно). Быть абсолютно несогласными с нами не возбраняется. Мы сами в редакции часто спорим друг с другом. Но последнее слово всегда остается за ответственным за раздел. У нас все со своим бэкграундом, позицией, принципами в профессии и взглядами на жизнь.

Когда в редакции предложили каждому написать свой манифест, я прониклась этой идеей. Сразу вспомнились Белинский, Добролюбов, Чернышевский, Белый, Блок, Иванов, Гумилев… Всплыло слово «публицистика». И повеяло той самой нашей наивной аналоговостью, которой теперь уже просто нет. На журфаке мы изучали кодекс профессиональной этики журналиста. Сейчас это понятие кажется атавизмом. Но пусть наши манифесты станут этическим кодексом 2.0.

На втором курсе я прочитала «Поколение П» Пелевина и отчаянно не хотела верить в то, что в журналистике все друг у друга крадут идеи. У меня с тех пор аллергия на «Давайте сделаем как у…» А мы-то тогда зачем, если они уже есть? Поэтому SRSLY – это про дерзкие идеи, честные тексты и – куда ж без них – красивые картинки.

В этом материале:
Бизнесмен, Продюсер, Тусовщик
Алексей
Киселев
Актёр, Модель, Режиссёр
Маруся
Фомина
Читайте также
Образ жизни — 21:29, 28 октября 2020
Главное в телеграме за неделю: премия «Редколлегия», «мам, ну не читай» и претензии к слову «редачить»
Новости, Новости — 28 октября, 21:29
Дина Саева будет помогать начинающим тиктокерам развивать свои аккаунты
Новости, Новости — 28 октября, 20:49
Wylsacom в подкасте команды «+100500»: о тиктоке, Владе А4 и частоте обновления iPhone
Музыка — 28 октября, 20:36
5 новых книг о музыке. Борис Барабанов о «Линиях шрамов» Энтони Кидиса, «Сердце из стекла» Дебби Харри и других
Новости, Новости — 28 октября, 18:24
Много любви и теплых летних тусовок в клипе Petit Biscuit — Burnin
Новости, Новости — 28 октября, 17:56
Могучие рейнджеры и имперские штурмовики в тиктоке. Кажется, они собираются провести танцевальный баттл
Популярная темаПопулярно
Новости, Новости — 28 октября, 15:49
У Вашей Маруси 5 млн подписчиков в тиктоке
Новости, Новости — 28 октября, 14:07
Instagram обновит правила публикации фотографий с обнаженным телом. Все благодаря модели plus size
Новости, Новости — 28 октября, 10:01
Cyberpunk 2077 снова отложили. Теперь игра должна выйти 10 декабря
Образ жизни — 27 октября, 16:40
Это реальные истории. Очень смешные случаи, когда не повезло (но в итоге все хорошо закончилось)
Образ жизни — 27 октября, 10:00
Что такое digital-карта и как с ней экономить на подписках? Расскажет наш комикс
Образ жизни — 22 октября, 13:07
«Никаким, а в целом всем». Каким профессиям не нужно учиться в вузе, по версии зумеров и миллениалов
Бизнес — 28 октября, 07:41
Неделя с iPhone 12. Неожиданная эволюция
Новости, Новости — 27 октября, 21:26
Netflix выпустит сериал по мотивам Assassin’s Creed. А еще мультфильмы
Кино — 27 октября, 19:43
10 документальных фильмов о трансперсонах: картины о визионерах, активистах и обыкновенных людях
Популярная темаПопулярно
Новости, Новости — 27 октября, 17:01
Forbes посчитал доходы ютьюберов с рекламы. Labelcom за год заработали 3,55 млн долларов
Новости, Новости — 27 октября, 16:10
Как быстро подготовиться к Хэллоуину? Стать зомби с помощью сайта Make Me A Zombie
Новости, Новости — 27 октября, 15:57
Apple повысит цены в российском App Store
Новости, Новости — 27 октября, 14:30
Александр Гудков в «Просто о сложном»: о Comment Out, тиктоке и новой этике
Новости, Новости — 27 октября, 10:08
Гарри Стайлс купается, танцует и бегает под итальянским солнышком в клипе на песню Golden
Новости, Новости — 26 октября, 23:11
Финальный сезон «Леденящих душу приключений Сабрины» выйдет 31 декабря. А пока посмотрите первый тизер
Новости, Новости — 26 октября, 22:26
«Нужно очень постараться, чтобы разбить»: Wylsacom провел дроп-тест iPhone 12
Все звёзды и инфлюенсеры
Герои — 26 октября, 21:22
ЯнГо, Януля, Ян Гордиенко. Интервью с тем самым парнем с ютьюба
Новости, Новости — 26 октября, 19:37
Япония планирует достичь нулевых выбросов углерода к 2050 году
Новости, Новости — 26 октября, 17:50
Съемки фильма о Бобе Дилане с Тимоти Шаламе в главной роли отложили
Новости, Новости — 26 октября, 17:35
Oreo построили бункер на случай конца света. Там хранится запас знаменитого печенья
Новости, Новости — 26 октября, 15:53
Премьеру фильма «Кто-нибудь видел мою девчонку?» перенесли на 2021 год
Герои — 26 октября, 15:00
О сольном альбоме, борьбе с алкоголизмом и Цое. Большое интервью с Олегом Гаркушей
Новости, Новости — 26 октября, 13:53
У тумана в Сан-Франциско есть твиттер. Там он пишет про погоду и шутит над местными жителями
Новости, Новости — 26 октября, 13:13
У Dream Team House коллаборация с «Пацанки House». Нас ждет много совместного контента
Новости, Новости — 26 октября, 10:47
Еще один личный рекорд: у Насти Ивлеевой 5 млн подписчиков в тиктоке
5
Суд над чикагской семеркой
6
Преступник: Великобритания
(1 сезон)
Темные начала
(2 сезон)
4
Достать коротышку
(3 сезон)
Некст
(1 сезон)
Мы те, кто мы есть
(1 сезон)
Ведьмак: Происхождение
(1 сезон)
Корона
(4 сезон)