Ты впервые выступила со своим ЕР на «Кинотавре». Волновалась?
Капец как! У меня всегда так: перед концертом, перед съемками, перед спектаклем. Плохо, когда не волнуюсь.
В последних интервью ты часто говоришь, что музыка дала тебе невероятный заряд вдохновения. Как к тебе приходят слова для песен?
Раньше, когда я находилась в экзальтированных состояниях, то очень редко писала стихи и никому их не показывала. А теперь прям пру на чистом вдохновении, и все происходит как будто само собой.
Но ты ведь понимаешь, что музыка — это бизнес? И в какой-то момент тебе придется думать про охваты, аудиторию, стриминг и монетизацию.
Поэтому я только сейчас занялась расширением моей команды. Ищу помощницу, нашла контент-менеджера, который очень хорошо понимает во всех этих прогревах, аудитории и цифрах. Но пока что я не хочу думать о коммерции. Знаю, что это та игла, которая заставит меня мониторить Spotify и сильно волноваться, если я не в топе. Короче, у меня есть понимание, что все это бизнес, но пока что я просто занимаюсь музыкой как творчеством.
Давай приведу пример. Есть продюсер, который предложил одному музыканту возродить легендарную группу…
Которая называется Quest Pistols…
Молодец, что догадался! Так вот, он предложил ее возродить, потому что раньше было классно, и на этой ностальгии можно «состричь» денег. И мне такой подход вообще не близок.
Какие у тебя музыкальные референсы? По-моему, ты многое взяла от Дорна и «Обе Две».
Что-то от Земфиры, где-то мелодии, как у Агутина. Еще у меня есть песня и там в припеве строка: «Бегу по небу». Когда мы ее записали, мне показалось, что я где-то уже такое слышала. Оказалось, у Максима Фадеева есть песня «Беги по небу». Но я не буду ничего менять: ведь ко мне эти слова тоже пришли! Я их не украла. И даже когда люди замечают в комментариях, что некоторые мои интонации похожи на вышеупомянутую Земфиру, мне приятно. Я люблю Земфиру и не гонюсь за супер оригинальностью. Это, знаешь, как когда ты ешь новый фрукт и рефлекторно сравниваешь его с манго, абрикосом или чем-то тебе уже известным. В жизни то же самое. Все на кого-то похожи.
Давай про амбиции. Хочешь ли ты, чтобы люди подходили к тебе на улице не как к актрисе или блогеру Ирине Горбачевой, а как к певице?
Я вообще не очень хочу, чтобы ко мне подходили на улице! (Смеется.) Потому что вот подошло десять человек. Из них минимум половина хотят просто лизнуть мне задницу и втереться в доверие. Поэтому увольте! А в плане творческих амбиций я хочу понять, будет ли мой музыкальный проект долгоиграющим и поможет ли он мне выйти на новый жизненный этап. Ну и, конечно, я хочу поддерживать уровень качества, чтобы мне самой было не стыдно.
Мы говорили про вдохновение и создание. Но ты известная актриса и твоя профессия — играть других людей. Поэтому разглядеть Иру Горбачеву в персонаже из «Аритмии» или «Громкой связи» довольно сложно. А вот музыка — это ты?
Сейчас это первое, где я раскрываюсь в плане личности, характера и моего восприятия мира. Да, это не кино и не театр: в музыке нет выученной роли.
Давай так тебе скажу. Есть авторы, и есть исполнители. Некоторым ведь пишут песни, и они их спокойно исполняют. Я так тоже пробовала! Изначально Саша Чемеров (украинский музыкант, продюсер, фронтмен группы The Gitas, автор песен для групп Quest Pistols Show и «Агонь». — Прим. SRSLY) написал мне песню, мы ее записали, но не выпустили. Потому что я поняла: мне надо высказываться, понять какая я.
Знаешь, меня часто спрашивают: «А как ты себя будешь подавать на сцене? Какой у тебя будет образ? А поставлена ли хореография?» Чуваки, отстаньте! Я, может, хочу с закрытыми глазами стоять, петь и вообще не двигаться на сцене! Для меня мои желания сейчас первостепенны, потому что благодаря им я стараюсь нащупать свой «новый язык» для общения как с аудиторией, так и с собой.
Ты для этого иногда уходишь в ретрит? Вернее, ты выглядишь счастливой, об этом мы еще поговорим. Так зачем оно тебе?
Ну я ведь не всегда счастливая. И ретрит мне не для счастья, а для психологического здоровья. Это вообще довольно сложно! Особенно поначалу. Но давай я тебе объясню, что такое ретрит. Это комплекс разных тренингов: йога, разговоры, медитация, социальный детокс. Они помогают выйти из жизненной гонки, проживать и вкушать каждое мгновение. А эта гонка, как мне кажется, приводит только к депрессии, паранойе и одиночеству. Но важное замечание: ретрит — не панацея. Он помогает организму вновь оказаться в ресурсе, но не лечит болезни. Поэтому если чувствуете себя плохо, сперва займитесь своим физическим здоровьем. Как минимум сдайте анализ крови и витамины попейте.
И что в итоге? Ты на дзене?
Нет! Я такой же живой человек, который пропускает через себя эмоции, злится, агрессирует иногда, завидует. Но благодаря духовным практикам я могу контролировать и нейтрализовать эти чувства. Раньше могла находиться в негативе и самобичевании два дня или вообще неделю!
Теперь про мужа (в августе Ирина вышла замуж за экс-солиста Quest Pistols Антона Савлепова. — Прим. SRSLY). Ты уже была в браке и развелась, а сейчас все заново. И я вижу горящие, счастливые глаза и очень рад за тебя. Но меня интересует другое: как не обесценить предыдущий опыт, если он закончился, а новый оказался лучше прежнего? Или ты, наоборот, обесцениваешь и рвешь на голове волосы, думая: «Зачем я тогда сказала “да”»?
Какой вопрос! Смотри. Я начала работать над тем, чтобы не обесценивать наши отношения сразу же, как начала разводиться. И в первый месяц на эмоциях, когда колбасило, хотелось бежать без оглядки, я рвала волосы и думала, зачем мне оно надо было. Хотя сплошного негатива я никогда к первому мужу после расставания не испытывала. Но на второй, третий месяц я стала приходить к ощущению благодарности, вспоминая, что мне дали эти отношения, как они меня развили; стала думать, что я приобрела и что потеряла, когда вышла из них. Такое созидание через разрушение. Но повторюсь, я только к тридцати годам и после многолетней работы над собой поняла: нельзя обесценивать прошлое.
И в чем для тебя сейчас секрет семейного счастья?
В искренности и уязвимости перед своим партнером. Знаешь, сегодня тебе плохо, но ты не говоришь об этом, чтобы не портить погоду в доме. А говорить надо все! Даже если тебе кажется, что ты этими проговорами взорвешь своему партнеру голову. А партнеру нельзя обесценивать ваши чувства и найти в себе ресурс, чтобы даже со взорванной головой вас искренне поддержать.
Я была в абьюзивных отношениях, была созависимой (и, возможно, сейчас тоже). И больно было капец как! Но когда больно — это хорошо, потому что именно в этот момент начинается прогресс и духовный рост. И не надо этого бояться!
Я понимаю, что часто хочется остановить мгновение и жить в счастливом моменте. Но так не бывает. Кайф кто-то да обломит. И важно в этот момент понять, что счастье еще придет. Повторюсь, созидающее разрушение. И в отношениях тот же принцип. Если векторы двух партнеров направлены друг на друга, то это лишь начало работы! Да и вообще, быть вместе в XXI веке, я считаю, — это подвиг. Ибо с утилитарной точки зрения человеку сейчас хорошо и одному. Секс можно найти за пять минут, еду добывать не нужно, постирать и убрать с современными технологиями не сложно. Женщины могут работать и учиться, чтобы обеспечивать себя сами! Детей можно родить просто «для себя» или усыновить, если разрешит государство. А можно быть чайлдфри. Короче, мы давно живем в новой реальности одиночек. И создавать в этом мире отношения — это всегда диалог. Потому что протянуть на химии можно два года максимум.
Последний вопрос, но можешь не отвечать. Получается, с первым мужем не было диалога?
Был диалог, но не было искренности. По крайней мере, у меня точно. Я долго не могла себе и ему признаться, что меня что-то не устраивает. Это как тухнущие продукты в холодильнике, которые ты не ешь, но и выбросить жалко. А потом с ними уже ничего нельзя сделать. Поэтому я могу сказать, что первая заговорила о разводе. Могла проглотить обиду, не расходиться и стать мудрее? Да! Хотела я этого? Точно нет. И желание быть снова с человеком плечом к плечу появилось, только когда в мою жизнь пришел Антон.
