Скажите, что присуще именно вашему режиссерскому методу в картине «Белый снег»?
Работа с актерами и камерой.
В чем была специфика работы с камерой?
Тут все зависит от проекта: у каждого оператора есть свой почерк, и ты должен понять, подходит ли он для данного материала. Дальше я доверяюсь самому оператору, и мы думаем, как снять этот фильм. В случае с «Белым снегом» хотели снять живой камерой и чтобы было много солнца. Большинство операторов любит пасмурную погоду, а вот Федор Лясс (оператор фильма «Белый снег». — Прим. SRSLY) любит солнце.
Мне показалось, что вы в этой картине усвоили не только тему, но и киноязык соцреализма.
Не то чтобы специально усвоил: оно уже сидит в тебе. Наверное, какому-нибудь молодому режиссеру, который еще не застал то время, было бы сложнее.
А у вас эти приемы уже на подкорке?
А у нас уже да, поэтому в книжки залезать не надо.
Вам потребовалось усилие, чтобы вовлечь себя эмоционально в эту историю?
Как только встретился с прототипом (Еленой Валерьевной Вяльбе — советской и российской лыжницей, про жизнь которой и снят «Белый снег». — Прим. SRSLY), мне сразу стало очень интересно. Она очень сильный человек, женщина с мужским характером, можно сказать.
В кульминационном моменте «Белого снега» Вяльбе извиняется перед мировым спортивным сообществом за допинг, обнаруженный у ее коллеги по команде. Это резонирует с массовыми отстранениями наших спортсменов в наши дни. У вас есть личная позиция на этот счет?
Сейчас допинг — это не как 20 лет назад. Список запрещенных веществ огромен, и спортсмен должен следить за тем, чтобы случайно не выпить какой-то не тот чай. Западные спортсмены, наверное, в процентном соотношении не меньше употребляют этих веществ, но сейчас почему-то отдуваются в основном наши. В этом есть какая-то несправедливость. Но если человек уже действительно употребляет, мне кажется, тут, как и показано в фильме «Белый снег», лучше всего пойти и сказать: «Извините, я больше не буду».
Мне кажется, это не очень популярная позиция. Она не в нашем национальном характере.
Ну я придерживаюсь этой позиции. И в фильме она такая же.
Потребовалась решимость, чтобы ее выразить?
Да, при том что это и позиция Елены Валерьевны, которая защищает спортсменов, ходит по судам. Но когда лабораторным исследованием убедительно доказано, что спортсмен употребляет, то нужно внимательнее следить, чтобы этого больше не происходило.
Некоторые критики отмечали, что уже в «Синдроме дракона» у вас чувствуется отсылка к советским детективам. Вам наиболее близка советская киношкола, несмотря на ваше европейское прошлое?
Ну вот в сценарии «Селфи» не было заложено ничего советского. В фильме его и нет.
В «Селфи» заложено то, что заложил туда Сергей Минаев: усталая пресыщенность успехом, модная в нулевых, плюс вневременная, вечная рефлексия на тему нарциссизма.
Без комментариев.
Вы говорили, что для вас творческим ориентиром является Финчер…
Он был творческим ориентиром для фильма «Селфи». Там такая стояла продюсерская задача: «Хочу как у Финчера».
А сейчас у вас есть универсальные ориентиры в режиссуре?
Мои ориентиры — это классики советского кино, и так вышло, что я еще не досмотрел все фильмы своих любимых режиссеров — например, картины Киры Муратовой. А дальше все классические персонажи: Бергман, Брессон…
А Вуди Аллен?
Вуди Аллен — не совсем мой персонаж, потому что снимает смешно.
Но у него же был бергмановский период, когда он снимал экзистенциальные драмы, густо приправленные тарковщиной.
Да у него сам почерк другой. Грубо говоря, Вуди Аллен работает не со временем, а с текстами.
«Работает не со временем» означает, что у него нет мучительно долгих планов?
Да. Он экранизирует пьесы, которые сам пишет. Экранизирует в меру крупно, средне, обще, смешно, интересно.
Но в фильме «Белый снег» действие просто следует за сценарием. Там нет «работы со временем».
Да, но вы сейчас говорили про сугубо авторское кино. «Белый снег» — это зрительский фильм, где надо соблюдать каноны зрительского, там не до времени.
Припоминаю, однажды вы говорили, что в титрах ваших зрительских фильмов большими буквами указано «от продюсеров-создателей "ДухLess-2"» и внизу маленькими: «режиссер-постановщик Николай Хомерики».
Так и есть.
Так оформлена и афиша «Белого снега». А когда мы увидим ваше авторское кино, там будет написано: «Фильм Николая Хомерики»? Так можно будет его опознать?
Так можно будет опознать. Хотя вот вышел какой-то фильм, где продюсеры сунули «фильм Николая Хомерики». Я дальше буду следить за тем, чтобы это относилось только к моим фильмам.
В свое время вы сказали, что не видите возможности снимать авторское кино. Что вы тогда имели в виду: нет повода, который вас как художника увлекает, или возможностей?
Это, наверное, было связано и с тем и с другим. Я очень долго не знал, о чем снять, что меня тревожит в достаточной степени. А когда наконец понял — произошла картина «Любовь», которая сейчас находится в монтаже.
Какой там главный нерв?
Главный нерв в том, чтобы понять, что такое любовь, на примере одной пары. Весь фильм они пытаются разобраться, любят друг друга или нет.
Получается, ваш 10-летний творческий поиск увенчался темой распознавания любви?
До этого были фильмы про одиночество и потерянность человека в этом мире.
Экзистенциальное одиночество и заброшенность по Сартру?
Да. А дальше все необъяснимо совпало.
А что такого необъяснимого вы находите в этих явлениях?
В древнегреческом языке существовало 12 разных слов для определения любви: любовь ребенка к родителю называлась одним словом, любовь, которая связана с половым влечением, — другим. И когда кто-то начинает говорить о любви, всегда хочется спросить: «Какое значение слова имеете в виду вы?» Я согласен с греками: нельзя все называть одинаково, иначе будет путаница.
Мне приходят на ум «эрос» (эротическая любовь) и «агапэ» (жертвенная любовь).
Вот как раз «агапэ» наиболее близко к той любви, о которой я говорю.
Вершиной античной философии стала эротософия Платона, то есть философия любовная. Корень «фило» в философии тоже означает любовь, влечение, стремление: платонизм установил связь между страстью и познанием в идее красоты. Иными словами, вселенское чувство любви тождественно стремлению к мудрости — это разные формы влечения, которые так или иначе исходят от Эроса, от Афродиты Урании. Вы разделяете эту концепцию?
Разделяю.
А в христианском сознании половая любовь имеет сомнительную репутацию: она вступает в противоречие с религиозным чувством. А внушаемая советскому человеку любовь к родине противоречит и тому и другому.
Да, но представьте, как было бы проще с более разнообразной терминологией — никто не конфликтовал бы. Говорили бы не «Я тебя люблю», а «Я тебя хочу в половом смысле». Меня, конечно, интересует любовь в высшем проявлении.
