Введение в даосизм. Рассказываем про мультсериал «Благословение небожителей»

Многие китайские религиозно-философские течения предполагают, что человек способен достичь бессмертия и стать трансцендентной сущностью. В современном Китае существует литературный жанр «сянься», посвященный историям о героях, способных при помощи разного рода практик достичь совершенства и вознестись над обычными людьми. К таковым относится цикл романов писательницы Мосян Тунсю «Благословение небожителей», который лег в основу одноименного дунхуа (китайского аниме. — Прим. SRSLY). Пополнить сонм небожителей несложно: достаточно лишь, подобно Идущему к реке из мемного видео, настолько преисполниться в своем познании, чтобы весь этот мир стал абсолютно понятен. 

Главный герой анимационного сериала, наследный принц Се Лянь из государства Сяньлэ, сумел достичь этого уже в 17 лет, и вознесся в небесные чертоги в качестве бога войны. Сразу следует пояснить, что в местной терминологии это не кто-то типа кроваворукого Ареса, а просто божество, отличающееся личной доблестью (в отличие от одаренных исключительно в интеллектуальном плане богов литературы) и не имеющее привязки ни к одной из стихий. При этом из-за того, что ценз на попадание в боги столь низок, статус небожителя по сути дает не так уж и много. На небесах установлена строгая иерархия, и каждое божество — лишь винтик в системе, имеющий определенный участок ответственности. Более того, статус и возможности небожителя напрямую зависят от того, насколько усердно ему поклоняются, так что растерявшее фанбазу божество обречено влачить жалкое существование.

Его величество наследный принц Се Лянь — уникум сразу во многих отношениях. Он не только достиг божественного статуса в крайне юном возрасте, что само по себе необычно, но и был низвергнут из небесных чертогов за нарушение установленных для небожителей правил. А потом снова вознесся, снова был лишен всех привилегий (но уже с отягчающими обстоятельствами), и все же сумел вскарабкаться на небеса в третий раз. Восемьсот лет он скитался по Земле, вообще не способный состариться или умереть, но испытывающий голод и боль аки простой смертный. 

В культуре, из которой происходит Се Лянь, признаком совершенства было единение в одной сущности двух противоположностей, а потому наследный принц, будучи живым воплощением совершенства, выглядит как весьма андрогинный юноша. Впрочем, к божественным созданиям понятие пола или гендера вообще сложно применимо. Например, повелителя ветра Ши Цинсюаня поклоняющиеся ему смертные считают богиней, а потому Цинсюань становится более могущественным, когда принимает женское обличье. В любом случае, единство противоположностей проявляется не только во внешнем виде наследного принца. Подобно Доктору (персонаж из британского сериала «Доктор Кто». — Прим. SRSLY) Се Лянь одновременно: юный и умудренный многовековым опытом, импульсивный и невозмутимый, милосердный и смертоносный. А еще, на момент начала второго сезона, его величество остается 800-летним девстенником, поскольку выбранный Се Лянем путь самосовершенствования предполагает воздержание от сильных эмоций и мирских наслаждений.

Наследный принц сам по себе является любопытным персонажем — лишенный силы бог, прошедший тысячи дорог странник, а позднее — еще и эмиссар, выполняющий деликатные поручения Небесного императора. Но история не была бы и вполовину настолько увлекательной, если бы Се Лянь не привлек внимание непревзойденного князя демонов Хуа Чэна. Тут также следует сделать отступление и пояснить, что слово «демон» не имеет привычной нам коннотации и используется просто за неимением более подходящего термина. В китайской мифологии между призраками и демонами нет сущностных различий — те и другие представляют собой неупокоенных духов, которым ранее полученные эмоциональные травмы или неисполненные при жизни желания не позволяют вернуться в цикл реинкарнации. Поэтому нет никакого противоречия в том, что демон Хуа Чэн является хозяином Призрачного города. Как и наследный принц, Хуа Чэн обладает андрогинной внешностью, но при этом в чертах его лица есть нечто хищное. Князь демонов любит менять обличья, но обычно появляется в одежде кроваво-красного цвета, которая вкупе с пронзительно-черными волосами и пресловутой хищностью делает его похожим на Алукарда из манги «Хеллсинг».

 

Хуа Чэн встретил Се Ляня в странный период своей жизни, когда пребывал в глубочайшей депрессии и задавался вопросом, зачем вообще продолжать жить. Се Лянь, не подозревавший, кто находится перед ним, ответил на этот вопрос: «Если не знаешь, ради чего жить, живи ради меня. Не видишь смысла — пусть я стану для тебя этим смыслом». С тех пор Хуа Чэн стал буквально одержим наследным принцем, став его самым преданным последователем. 

Второй «Благословения небожителей» как раз посвящен тому, как демон от поклонения на расстоянии переходит к более решительным действиям и в обличье простого смертного начинает делить кров и пищу со своим кумиром. Хуа Чэн называет Се Ляня словом «гэгэ», которое локализаторы оставили без перевода. В прямом смысле «гэгэ» означает «старший/названый брат» и тем самым подчеркивает, что демон испытывает к наследному принцу исключительно глубокие родственные чувства.

В этом и примечательно «Благословения небожителей»: с одной стороны перед нами эпическая сага о богах и демонах, герои которой походя решают судьбы народов, могут истреблять армии и перекраивать небесную иерархию, а с другой — предельно приземленная история ethereal дружбы, где один из участников словно хитрый лис ходит по широкой спирали и сторожит невинного зайчика (привет «Зверополису»). Когда Хуа Чэн учит Се Ляня правильно трясти стаканчик с игральными костями, сразу вспоминается пронзительное взаимодействие между Кроули и Азирафелем из «Благих знамений». Можно сказать, что Китай успешно импортозаместил нам Netflix.

Впрочем, «Благословение небожителей» будет интересно и тем, кого совсем не трогают истории о взаимодействии божественных существ. Прежде всего, это фэнтези в экзотическом сеттинге, где много внимания уделяется как интригам в Небесном дворце, так и путешествиям и подвигам наследного принца. Жемчужиной 2-го сезона становится вышеупомянутый Призрачный город, похожий на темное отражение волшебного мира из «Унесенных призраками» Хаяо Миядзаки, где по улицам ходят ёкаи, ракшасы и неупокоенные мертвецы, на прилавках рубят мясницким топором человечину, а в игорном доме можно поставить на кон свою удачу или несколько лет жизни.

Неторопливое, нарочито сдержанное повествование «Благословения небожителей», где вопрос will they or won’t they может оставаться подвешенным на протяжении многих часов, придется по вкусу не каждому, но этот проект определенно есть за что полюбить.