И был вечер, и было утро — день третий, когда в и без того насыщенный график «Маяка» добавили деловую программу. На панельной дискуссии, модератором которой выступала Ксения Болецкая (директор по взаимодействию с индустрией в «Яндексе», на минуточку), прокатчики и продюсеры обсуждали, как снимать и, собственно, прокатывать в России авторское кино. Точку в дискуссии попытался поставить писатель Александр Цыпкин, заявивший, что показывать арт-хаус и арт-мейнстрим в кинотеатрах вообще не нужно, мол, на такие фильмы не ходят с семьей или с любимым человеком. По мнению Цыпкина, авторское кино следует смотреть дома, а большой экран оставить для проектов вроде «Чебурашки». Короче, без комментариев. Лучше поговорим о тех проектах, которые были представлены на фестивале и в скором времени должны выйти на больших экранах.
Фантастика Дмитрия Моисеева «Контакты» — это российская версия «Района №9» Нила Бломкампа с ощутимыми вайбами «Сталкера» Андрея Тарковского. В конце 80-х в разных точках мира появились и неподвижно зависли неопознанные летающие объекты условно-сферической формы. Спустя некоторое время стало известно о контактах с прибывшими на этих объектах инопланетянами, похожими на прямоходящих лягушек. Новые теории полились как из рога изобилия, на площадях стали как грибы вырастать памятники, где человек и пришелец вместе поднимают земной шар и тянутся к звездам, жаболюди вошли в массовую культуру. А потом хайп спал. Оказалось, что инопланетяне ничего полезного не привезли и общаться с людьми они то ли не хотят, то ли не могут. Ученые даже предположили, что эти создания, названные биопогами, — не настоящие пришельцы, а биороботы, созданные с целью подготовки человечества ко второй стадии контакта. Которая так и не наступила.
На дворе условная современность, медсестра Нинель (Ирина Саликова, «По имени Барон») работает лаборанткой в загнивающем НИИ, в ее обязанностях — ухаживать за биопогом по прозвищу Виталик. Тут надо сделать ремарку, зачем эти создания нужны: из организмов биопогов добывают вещество, которое ученые называют праком, а простые люди — маклаудом (очевидная отсылка к «Горцу»). По официальной версии прак почти никак не влияет на организм человека — от него ни вреда, ни особой пользы. Но когда у нас верили официальным версиям? Люди считают, что прак — это панацея, эликсир бессмертия, а власти просто все скрывают. На черном рынке за маклауд можно получить неплохие деньги, а потому Игорь (Сергей Гилев), мутный бойфренд Нины, предлагает ей скрысить с работы немного прака, а лучше — выкрасть самого Виталика. Только вот Нинель видит в своем подопечном пусть не человека, но живое существо, заслуживающее сочувствия.
Эстетика фильма Моисеева — красота разложения, упоение несовершенством. Инопланетные корабли раздражающе асимметричны, а их рябая, шероховатая и неоднородная поверхность навевает мысли об окаменевшей органике. Сами биопоги под стать своим кораблям: их тела покрыты бородавками и наростами, напоминающими раковые опухоли. Эти существа выглядят пугающе больными, и они пришли в калечный безумный мир, не готовый их принять.
Обреченность нависает и над героями третьего фильма из секции дебютантов — «Королевства» Татьяны Рахмановой про судьбы выпускников дома-интерната. Открывающий титр поясняет, что детдомовцы называют место своего обитания Батор, сокращенно от «инкубатор», поскольку из него все выходят одинаковыми. Сперва у зрителя возникает недоумение: неправда же, все герои очень разные! Ростер выпускников, арендовавших загородный особняк, чтобы отпраздновать вступление во взрослую жизнь, напоминает состав тикток-хауса: на одной тусовке собрались качок и нерд, эталонная attention seeker и андрогинный интроверт. Лишь позднее становится понятно, что они все одинаково не приспособлены к самостоятельному существованию, а потому готовы на безумные поступки, только бы не вступать в ту жизнь, где нужно брать на себя ответственность.
«Королевство» — это как если бы «Трудные подростки» были фильмом, но у героев не было бы взрослого наставника, способного подставить плечо в момент эмоционального истощения. Лидером детдомовцев из «Королевства» выступает Сашка (Иван Решетняк) — один из их тусовки, парень с благими намерениями, но нулевым горизонтом планирования. Подобно предстоящим «Цикадам», где проблемы также начинаются с выпускного, картина рассматривает не поступки героев, а причины, подтолкнувшие их к тем или иным действиям. Возможно, насилие изначально заложено в систему и мы сами виноваты, что выпускаем в пугающий взрослый мир молодых людей, которые отчетливо осознают, что никто в этом мире им не рад?
Ближе к концу ленты герои розовой краской пишут на стене приютившего их загородного дома «Королевство Батор», и становится понятно, что перед нами постмодернистский ответ «Республике ШКИД», где уже новое поколение беспризорников пытается научиться самоуправлению и на своей шкуре познает, как несправедлива бывает жизнь. Только рядом нет взрослых, способных направить, зато есть механизмы системы, готовые карать даже за самые незначительные проступки. Неудивительно, что с такими вводными данными нарратив смещается куда-то в сторону «Повелителя мух».
День закончился на побережье Черного моря, где все тот же Иван Решетняк вместе с актером Евгением Серзиным (брат Семена Серзина и один из актеров «Рыжего») устроили для гостей фестиваля импровизированный дивертисмент, спев несколько песен под гитару. В какой-то момент инструмент перекочевал в руки к режиссеру Михаилу Местецкому («Год рождения»), который исполнил нетленку группы «Яичный свет» — «Але, Марина». Если бы регламент «Маяка» предполагал награду за лучший саундтрек, мы знаем, кто бы ее получил.
