Winamp звучит, как нечто свежее и одновременно олдскульное, типа Timbaland и Scott Storch. Я услышал эти мотивы в вашей музыке.
Азат: Если ты это услышал, значит мы все правильно сделали.
Баха: Изначально, когда самих треков вообще еще не было, мы хотели такую концепцию.
С чем это связано? Вы считаете, что нынешние современные стили себя как-то подысчерпали или что?
Азат: Нет, это большая любовь к музыке того времени, вот и все. Мы выросли на этой музыке, в нашем ДНК все так и осталось. Это от нас исходит, поэтому мы не могли не выпустить такой альбом.
Бросается в глаза, что In da club — это прямой оммаж, прямой такой респект 50 Cent'у, правильно?
Баха: Верно.
На вас эти артисты влияют идейно? Насколько для вас важен их месседж?
Азат: Когда мы в детстве слушали эти песни, не особо понимали месседж, но 50 Cent, я думаю, в Казахстане, как минимум, всей молодежи запал в сердце: образ, поведение, харизма, музыка. Потом мы уже начали вникать в содержание. Где-то, может быть, мы с ним и не согласны, где-то согласны. В целом — все равно большая любовь к музыке того времени, к тем персонажам.
Баха: В Казахстане вообще был культ 50 Cent'а в какое-то время, G-Unit... Все покупали цепочки, которые крутятся, ремни, большие штаны…
Я правильно уловил, что вы немного иронично относитесь к некоторым трендам современной рэп-культуры? Например, красить ногти.
Мади: Это скорее атрибутика рока. Мы рэперы.
Баха: В Казахстане не поймут.
(Смеются.)
Азат: Есть определенные вещи, которые вообще не связаны с рэпом, а с местом, откуда мы родом. Все равно, какими бы мы ни были современными, молодежными артистами, мы придерживаемся этого...
Мади: Мы казахи.
А почему Казахстан дает нам такое количество артистов?
Азат: Интересный вопрос. Могу предположить, что музыка — очень важный элемент нашей культуры. В каждом доме, в каждой семье обязательно есть человек, который играет на национальном инструменте, который поет — поэтому музыка (и в принципе, творчество) у нас в крови. Я думаю, с этим связано. Плюс у нас молодежь сейчас очень прогрессивная. У них нет рамок, они видят весь мир как на ладони, видят все возможности v это тоже повлияло, я считаю.
Баха: Еще когда в России был культ андеграунд-рэпа, у нас не было такого — все западных исполнителей слушали, поэтому у казахов, звучание вообще другое.
Азат: Да. Казахи выросли не на русском андерграунд-рэпе, а на западном популярном рэпе того времени. Вроде бы на том же языке люди читают, но другой подход, абсолютно другое видение. Для русского слушателя это что-то экзотичное.
Наверное, у Скриптонита это можно было впервые обнаружить. Клауд-рэп американский он переработал быстрее, чем в России кто-то до этого додумался.
Азат: Да.
Я заметил, что в последнее время рэперы носят узкие штаны, а вы носите широкие.
Мади: Это удобнее. Жара. Дело даже не в моде.
За этим не стоит никакого идейного месседжа?
Азат: Нет, мы ничего в это не вкладываем.
Насколько мне известно, у вас же есть свой собственный магазин, там тоже продаются шмотки. В чем его концепция?
Азат: Концепция магазина заключается в том, что он дает возможность приобрести хорошие вещи, которые тяжело найти в Москве сейчас. Мы сами любим вещи, поэтому решили этим заняться.
Баха: Российские бренды тоже есть, качественно сделанные и прикольные.
Какие ваши ближайшие действия по продвижению альбома? Презентации, концерты, клипы, сниппеты?
Азат: Либо в конце этого месяца, либо в начале следующего планируется презентация альбома. Хотим пригласить наших друзей, артистов, знакомых и презентовать уже альбом как положено. Как раз таки к этому моменту альбом выйдет на всех площадках. Скорее всего, будет клип на какой-нибудь трек — пока обсуждаем, решаем. Пока не будем рассказывать, сами все увидите.
Вы еще работаете с Zion Music?
Азат: Да, это наши друзья.
Насколько и в какой сфере это сотрудничество вам помогает и что дает в музыкальном плане?
Мади: В этом и плюс, наверное, нашей работы: никакого влияния на музыку они не не оказывают. Что мы хотим, то и выпускаем.
Азат: Мы делаем свою работу, они делают свою работу — то есть максимально комфортные отношения.
Что это была за история с вашим видео на Times Square?
Азат: Это был, наверное, какой-то прикол. Мы сами не в курсе. Нам прислали это видео, и мы немного сами были в шоке.
Баха: Говорят, там реклама не так уж и дорого стоит, так что вполне вероятно, что это может быть правдой, потому что, зная казахов, думаю, они могут такое сделать. Какой-нибудь казах в Нью-Йорке просто башляет, чтобы своих показать.Как вы сейчас примерно оцениваете свою аудиторию. В плане, сколько вы можете собрать, какую площадку в Москве, например?
Баха: Мы даже не задумывались.
Мади: Если отталкиваться от последнего сольника — около тысячи.
Азат: Я думаю, да, после выхода альбома от тысячи и выше мы уже можем собирать в Москве.
Каким образом вы в принципе оцениваете успех проекта? Есть у вас какие-то критерии, чего вы хотели добиться и чего добиваетесь?
Азат: Как у любого творческого коллектива, самокритичность у нас присутствует. Мы всегда хотим большего, изначально завышаем планку. Потом получается, как есть. Первое время мы очень сильно расстраивались, а сейчас — нет, потому что если сравнивать, смотреть объективно — все работает и неплохие результаты приносит.
Вы можете рассказать про ваше объединение «Догма»? Из кого оно состоит и для чего было создано?
Мади: Вообще, на эту идею нас вдохновил Дава — наш брат, наш менеджер. Почему бы не дать возможность другим артистам, которой у нас не было в свое время? Те же вещи из магазина на съемки. Это просто взаимовыгодная помощь.
Баха: Когда мы приехали, этого всего у нас не было. Не было людей, которые могли бы это предоставить.
То есть вы поддерживаете молодые таланты, которые молодые даже по отношению к вам?
Азат: Да. «Догма» — это творческое объединение, где есть все для начинающего артиста: две студии звукозаписи, видеопродакшн, одежда.
Баха: Можно даже подстричься. В принципе, на начальной стадии там все можно для артиста сделать. От него требуется лишь хороший, качественный материал.
Получается, у вас будет более человеческое отношение, чем народ привык в Москве.
Баха: Да, без человеческого отношения ничего не работает.
Мади: У нас даже многие наши совместные работы начинаются с того, что мы общий язык нашли с людьми, а потом уже стали делать музыку. Очень редко мы делаем фиты с теми, с кем не общаемся.
У вас же был фит с Леваном (Леван Горозия, он же L’One. — Прим. SRSLY), который к тому времени с треском свое имя вырвал из объятий лейбла Black Star.
Баха: Когда мы с ним работали, по-моему, он свое имя еще не забрал. После этого где-то через полгода у него получилось, по-моему.
Мади: Зато теперь у всех фиты с Эл Уаном, а у нас с Леваном.
(Смеются.)
Я слышал, что у вас есть около 700 треков в той или иной степени готовности. Правда ли это? Как вы вообще умудряетесь делать в таких объемах?
Азат: Где-то 500 точно есть. Если вот так собирать все демки с момента, как мы сюда приехали — их реально очень много. Как у нас это получается? Мы каждый день занимаемся музыкой. 365 дней в году, каждый день мы на студии, каждый день что-то делаем. Соответственно, появляется такое количество треков. Порог вхождения из-за этого стал очень высокий. Из десяти треков один, дай бог, выйдет, и то не факт.
Азат, ты же битмейкер в проекте?
Азат: Да. Но Баха в последнее время тоже, на альбоме два или три трека на его биты сделаны.
Вы можете сказать, какие сейчас вообще тренды в самом продакшне, в хип-хопе, в рэпе?
Азат: Тренды настолько быстро меняются, что ты не успеваешь за ними ни следить, ни их реализовывать, потому что они уже становятся неактуальными — поэтому стараюсь больше как-то придерживаться своего направления и его совершенствовать, а не гнаться за трендами. Тренды... Я не знаю, дрилл был, а его уже считают неактуальным. Джерси-клаб, еще какие-то вещи.Мади: Они мне даже не успели понравиться.
Для вас важно развитие собственных сольных проектов?
Азат: Не менее важно, чем проект Captown, поэтому мы сейчас взялись за сольные треки. Как раз после альбома сейчас будем заниматься своими релизами.
То есть каждый из вас выпустит по синглу или ЕР?
Азат: Пока по синглам, про ЕР еще рано говорить. У группы Captown, как мы уже сказали, очень много демок. Из них от группы Captown выходят только те, которые нравятся всем троим. Сольные треки тоже будут — у каждого из нас свое направление. По сути, четыре разных направления: группа Captown и три ее участника по отдельности (Баха — FortyGunz, Азат — «январский блюз», Мади — Zaton. — Прим. SRSLY).
Мы готовим еще один альбом от Captown. Пока точных дат не могу назвать — у нас только одна демка, которая будет, скорее всего, на этой ипишке. У нее будет кардинально другое для нас звучание, и, я думаю, она станет интересным событием для современной российской сцены.
