Интервью, Герои — 2 июня, 18:06

Рестораны после коронавируса. Интервью с Александром Соркиным

Александр Соркин — ресторатор с большим стажем, он успешно открывает рестораны уже более 20 лет, причем не только в России. Самыми громкими проектами можно назвать рестораны «Новиков» в Москве и Лондоне, «Татлер», «Веранда у дачи», Mendeleev, «Восход», «Магадан», «Клево», «Шеф», «Амазония», White Сafe. И это далеко не все проекты предпринимателя. С ним мы поговорили о том, как заведения будут выходить из кризиса после пандемии и какие проекты уже никогда не смогут прийти в себя.

Могут ли рестораны выжить на доставке?

Я думаю, выживут 50-60 процентов ресторанов в худшем случае. Сейчас я стал более оптимистичен. 

Откуда взялся такой оптимизм?

Я переболел коронавирусом, и чем дальше от болезни, тем больше оптимизма. 

Какие ваши прогнозы по поводу открытия ресторанов?

По моим прогнозам, в середине июня начнут разрешать открывать летние площадки (если мы говорим о Москве и Московском регионе), потому что указ Сергея Собянина про то, что 1 июня можно приступать к строительству летних площадок, пока никто не отменял. Ну и логично предположить, что если разрешат строить, то разрешат и работать на них. Поэтому это очень важная дата для рестораторов. Тогда можно с некоторой уверенностью сказать, что с определенным расстоянием между столами, с огромными ограничениями Роспотребнадзора что-то начнет оживать и мы сможем открывать летние площадки. Это будет хоть какая-то имитация бизнеса.

Значит, на доставке выжить нельзя? 

На доставке выжить можно, но нельзя заработать учредителям. Доставка для ресторанов сегодня — это как аппарат ИВЛ. Поясню. Человека подключают к аппарату искусственного дыхания, но этот аппарат ничего не лечит, просто дает время, чтобы у человека заработал иммунитет. У некоторых он начинает работать, у некоторых — нет. Вот так же и с ресторанным бизнесом. Доставка дает возможность дотянуть до открытия ресторанов. Если ресторан сможет справиться, то он выживет. У меня в последнее время не так много своих собственных ресторанов (не больше десяти), а когда-то было значительно больше. Из них только четыре занимаются доставкой. В остальных проектах я участвую не как инвестор, а как промо-группа, где выступают мои музыканты. Этот бизнес, к слову, умер первым. Надежда на его воскрешение малюсенькая.

Но его же проще всего воскресить? Разве нет? 

Спрос на песни и пляски появится в последнюю очередь. Сейчас, если откроются рестораны, они, скорее всего, будут работать в режиме «интеллигентных столовых». Хотя видя прецеденты в других странах, ментально похожих на нашу, народ начинает вести себя так, будто коронавируса и не было. Во мне борются два начала: с одной стороны, я, как человек, столкнувшийся с этим вирусом и считающий его очень серьезным, не хочу, чтобы люди болели, с другой — жадность берет свое и хочется зарабатывать.

Я читала, что вы не любите, когда вас называют ресторатором, почему?

Не то, что не люблю, я просто не считаю себя ресторатором. На мой взгляд, ресторатор — это человек, который самозабвенно любит искусство кулинарии. Это такие люди, как Аркадий Новиков, Боря Зарьков, Александр Раппопорт. А я администратор. Если бы я случайно в 1999 году попал не в ресторанный бизнес, а скажем, на химзавод, то администрировал бы все там. Поскольку я еще и музыкант, то любой ресторан пытался превратить в «пьяный шалман». То есть меня в ресторане интересует в основном это. А питание — то, что для многих является основой ресторанного бизнеса — меня в некоторых ресторанах не интересует вообще. Еда должна быть на высоком уровне — это понятно, но я во многих своих ресторанах, которые у меня по десять лет уже, не пробовал 70 процентов меню.

То есть вы консерватор?

Да, я ем одно и то же. У меня два принципа: не растолстеть и не отравиться. Я воспитан в традициях «Не делайте из еды культа». Слова Остапа Бендера еще папа мне говорил. Мужчина должен есть все — ну, пожалуй, кроме вареного лука. Высокая кухня и кулинария для меня — это нелепый аттракцион. Поэтому я прошу, чтобы ресторатором меня не называли.

А, кстати, у вас не было идеи сделать ресторан, у которого были бы звезды «Мишлен»?

Нет, упаси господь, это абсолютно бессмысленный процесс. Начнем с того, что у меня вообще никогда не было идеи «сделать ресторан», за исключением клуба «Керосин» четыре года назад. Просуществовал он недолго. И это было для души, а не из-за бизнеса. Денег он не приносил вообще, но всегда уходил в ноль. Зато там работали потрясающие музыканты. В остальных проектах я был членом команды Новикова и приводил финансы или находил помещения, занимался администрированием и кадрами.

То есть ресторана, где бы вы отвечали за кухню, у вас никогда не было?

Никогда. Я могу сказать, что если бы я занимался в ресторане кухней, то он вряд ли был бы популярным. В ресторанах, которые у меня по 15 лет, я  за все время заходил на кухню всего три-четыре раза.


За какой из ваших ресторанов вы переживаете больше всего?

Я знаю на 90 процентов, какой из моих ресторанов останется, а какой — нет. Особенно переживаю за White Cafe, у него шансов выжить мало, а я его люблю. Во-первых, он ближе всего расположен к моей московской квартире и поэтому мне очень удобен. Во-вторых, там очень вкусно. Не все его знают с этой стороны, потому что многие туда ходили ради кальяна. Но в этом ресторане очень хороший повар, и там «экстремально вкусно». Он не был очень прибыльным последний год, но мне будет обидно, если он закроется. И второй такой же проект — Salon. Он тоже закроется, но даже не из-за коронавируса, а потому, что скоро Бадаевский завод прекратит свое существование. Там начнется девелоперский проект. Вопрос: это произойдет через месяц или через полгода? Ресторан Salon тоже не был прибыльным бизнесом, но это мое настоящее детище, потому что там была активная концертная деятельность. И тоже, кстати, очень вкусно. Вот два места, которые имеют большие шансы «кануть в Лету», и мне их очень жалко.

А «Магадан» выживет?

«Магадан» перейдет на новую площадку. Это было запланировано, просто коронавирус ускорит этот переход. «Веранда у дачи» останется: это наше помещение, поэтому там угроз немного. «Татлер» мы будем переделывать. Он существует уже десять лет. Это был очень хороший проект с точки зрения коммерции. Новый проект уже не будет совместным с Condé Nast и называться будет по-другому. Мы еще в феврале планировали начать реконструкцию. Планы не изменились, у нас есть новый участник и финансирование.

Когда объявите название?

Я бы хотел, чтобы он назывался «Союз», но Аркадий Новиков пока этого не утвердил. В советское время был ресторан с таким названием — первый ресторан, в который я попал в 17 лет. Это было первое место, где можно было увидеть людей, которые тратили за вечер больше денег, чем наши родители зарабатывали за два месяца. Поскольку мы большими шагами возвращаемся в Советский Союз, судя по экономическим показателям, то и название, мне кажется, подходящее. Да и месту расположения соответствует: сама гостиница «Украина» тоже из той эпохи. Но у Аркадия немного другое видение, так что этот вопрос еще не решен.

Давайте вернемся в 90-е. Я читала, что у вас были магазины, вы любили летать в Париж, Милан… Как начинался ваш большой путь в бизнес?

Если ты не мог быть бандитом в то время в силу, скажем так, «нехватки волевых качеств» и спортивной подготовки, то оставалось не так много бизнесов, которыми можно было заниматься. Если ты не был нефтяником, газовиком и не спекулировал компьютерами, то оставался только инфраструктурный бизнес. Престижность магазинов была гораздо выше, чем сейчас. В магазины приходили самые красивые девушки, потому что они хотели красиво одеваться. Мы открыли первый магазин, когда еще не было «Подиума», торгового дома «Москва». Мы были некими флагманами. Лидерами не стали: появились серьезные конкуренты. Нас подвинули такие игроки, как  Bosco Di Ciliegi. В итоге я продал бизнес нашей приятельнице Оксане Бондаренко, за что я ей очень благодарен, и с тех пор, с 2003 года, перестал им заниматься. 

А как все-таки родилась идея открыть первый ресторан?

В числе моих магазинных бизнесов был проект — арт-галерея «Дача». У меня есть давние приятели — Емельян Захаров, его жена Александра Вертинская и Марк Патлис — известные люди в Москве. Емельян уже тогда, в 90-е, увлекался искусством. У него родилась необычная идея — создать арт-галерею в стиле деревянного зодчества. Это и была арт-галерея «Дача». А потом уже в ней появился ресторан. 

«Веранда у дачи» — до сих пор одно из парадоксальных строений на Рублево-Успенском шоссе, такие местные «Кижи», построенные без гвоздя: бревенчатая 1000-метровая изба, производящая на приезжих странное впечатление. Но в 1999 году это был просто шок. Когда построили это место, никто не понимал, как вести легально бизнес, что такое бухгалтерия и кассовая дисциплина. И тут как раз я со своим опытом магазинов оказался ко двору. Я знал, что деньги можно инкассировать, а не распихивать по карманам, был знаком с бухгалтерией. Галерея работала очень неплохо, туда приезжали покупать ковры и разные удивительные штуки, которые мы привозили со всего мира. Когда количество приезжавших туда начало увеличиваться, стало очевидно, что их надо кормить. Так там появился ресторан… А потом однажды дорогу перешел «великий гуру» — Аркадий Новиков, мы с ним подружились, и было решено, что он станет нашим партнером…


То есть партнерство выросло из дружбы?

Скорее из приятельства, дружба началась позже. Так появился ресторан «Веранда у дачи». Это до сих пор очень успешный проект. Он, кстати, отбился через две недели после открытия. Мы вложили в него 50 тысяч долларов и в первый же месяц наторговали на 300 тысяч! Вот такие были времена. И тогда я думал, что весь ресторанный бизнес работает по такому принципу. Но, к сожалению, жизнь все расставила на свои места. Потом я уже увлекся клубами, и в 2002 году мы открыли «Кабаре»…  

Кстати, про «Кабаре» говорили, что концепцию вы «украли» у заведений Лазурного берега…

А мы этого никогда и не скрывали. Мы даже самих людей «украли»: привезли из Сен-Тропе и менеджера, и главного диджея. Столы были расписаны почти на шесть недель вперед, и фамилии забронировавших почти на 100 процентов совпадали со списком Forbes. Маленькое заведение просуществовало два года, а потом я очень удачно продал право на аренду. Это был беспрецедентный проект с точки зрения организации. 2002-2007-й годы — самые «золотые времена» в моей жизни, да и, думаю, не только в моей.

Мне кажется, что все ваши проекты были весьма удачными, разве не так?

Нет, вы что, такого не бывает. Дело не во мне: тогда не было большой конкуренции, и все проекты были очень успешными, но существовали недолго. 

Получается, что вы занимаетесь ресторанами больше 20 лет. Вас коллеги по цеху называют любителем «тяжелого люкса», так ли это? 

Я никогда не скрывал, что эстетика новых модных ресторанов мне не близка. Все заведения, которые напоминают общественные туалеты, мне не нравятся, хотя я понимаю, что это такая мода. И я почти смирился. Но я old-fashioned guy, для меня ресторан — это то место, куда девушка может надеть красивое вечернее платье, а мужчина должен или может надеть костюм. Почему мне нравится Novikov в Лондоне — потому что все хорошо одеты. Я люблю, когда публика — это люди постарше, когда они хорошо одеты, и не люблю молодежные места. Но одно дело, что тебе нравится, а другое — как ты зарабатываешь деньги. 

То есть вам не нравятся хипстерские места?

Нет, я не говорю, что мне совсем не нравятся такие места… У меня есть Mendeleev, «Магадан». Был «Мотель», там тусовались хипстеры со всего света. 

История с коронавирусом переформатирует наш ресторанный бизнес? Изменится ли соотношение дешевых и дорогих ресторанов? 

Я думаю, что эта история уже и так сильно переформатировала экономику. А рестораны — это часть экономики. Почему появились рестораны в промзонах? То, что это тренд, рассказали обывателям потом. А началось все с того, что в 2008 году, когда произошел серьезный кризис, в Нью-Йорке многие заведения не могли платить аренду в центральной части Манхэттена. Они пошли в другие районы, где стали открываться минимально украшенные заведения. Столы деревянные наставили, лампочки повесили аскетичные… После коронавируса, наверное, появятся более демократичные формы (хотя я уже не знаю, куда демократичнее, чем сейчас). Освоение промзон в Москве идет полным ходом. Я лично считаю, что кризис в столице начался не в 2008 году, а в 2014-м. Индустрия потерпела сильнейший удар, тогда разорилось много народу. И рестораны high-class начали работать на среднем чеке, вплоть до 1000 рублей. Раньше такого не было. Стали развиваться бюджетные места, а следствием стала мода на такие интерьеры — с кафельными полами, ободранными дворами и так далее.

Некоторые рестораторы говорят, что заведения после открытия вновь закроются, так как не смогут выплатить накопившиеся долги. Вы с этим согласны?

Все будет по-разному, тут зависит от умения договариваться и идти на компромиссы. С одной стороны — да, с другой — там, где участвую я сам, не думаю, что будут проблемы с собственниками помещений. Потому что мы уже с ними договариваемся о схемах с процентами от оборота. Если у людей есть мозги, они понимают, что лучше арендаторов не отпускать. У меня есть помещения, которые я сдаю. 

Я договорился с арендаторами, что пока ничего не работает, они платят только коммунальные платежи.

А вам так удалось договориться с вашими арендодателями? 

Мы в процессе. Процесс «договаривания» еще не начался. Сейчас одни говорят: вы нам будете должны, потом подниметесь — отдадите. Тоже позиция. Другие говорят: «А мы не знаем потом, заработаем или нет». Мне нравится позиция Новикова и Раппопорта. Они не дают интервью и говорят: «А мы, ребят, вообще не знаем, что будет». Того, что происходит сейчас в мире, еще никогда не происходило. Даже во время войны подобного не было. То, что закроется много заведений, — факт. Коронавирус просто станет катализатором. В том числе и в нашем бизнесе. У нас тоже были заведения, которые не приносили денег. У Аркадия Новикова 70 ресторанов, и даже если пять из них не приносят прибыли, другие позволяют их содержать. Просто, чтобы были. Сейчас вот этого «чтобы было» не будет. 

Будете ли вы открывать еще что-нибудь за границей?

Проекты есть, но планировать что-то трудно. Сейчас бы сохранить то, что есть.

Вы вообще авантюрный человек? 

К сожалению, нет. Если мне с гарантированным успехом предложат заняться чем-то другим, то я соглашусь. Но на авантюры не подписываюсь. Я сейчас подрабатываю блогером, у меня много детей, я должен их содержать.

Какая концепция вам ближе с точки зрения заработка?

Вы знаете, очень сложно сказать, как будет дальше…. Если мы берем период «до пандемии», то у меня были проекты, рассчитанные на высокий средний чек. Например, ресторан «Новиков» в отеле Ritz, где средний чек порядка 7000 рублей. Я считаю его самым вкусным в Москве. И в то же время у нас были очень демократичные проекты, и они тоже имели успех. 

Кого вы считаете свои главным конкурентом?

Я не считаю конкурентами рестораторов. Потому что меня как ресторатора не существует. Я член команды. Меня позвала команда Новикова, команда Раппопорта, команда Пинского... Это все очень талантливые люди, и я со всеми ними работаю. Александр Раппопорт, например, хотел, чтобы в его ресторане «Восход» играла «ностальгическая совковая программа». Кажется, что это легко организовать, но музыканты должны работать пять дней в неделю, хорошо играть, и они не должны дорого стоить. У меня были музыканты, которые были готовы играть за те деньги, за которые другие люди работать не будут. Если какие-то конкуренты у меня и есть, то это точно не рестораторы. 


Вы затронули тему музыки: я часто смотрю ваш инстаграм и вижу, что вы очень хорошо играете — насколько я понимаю, профессионально…

Я учился в музыкальной школе Дунаевского, и меня оттуда выгнали в четвертом классе за плохое поведение.

Что вы сделали? 

Уже не помню. Но одна сердобольная учительница сказала моим родителям: «Давайте я буду заниматься с вашим мальчиком. Он никогда не будет профессиональным музыкантом, потому что у него менталитет другой, а вот "лабухом" он может быть. Давайте я его научу подбирать мелодии». И она это сделала. Звали ее экзотически — Тамара Карповна. Я ей очень благодарен. Она со мной занималась лет пять-шесть, приходила по понедельникам, я ненавидел эти уроки. Родители платили ей 25 рублей в месяц, что было довольно значительно. А дальше понеслось: я играл во многих рок-группах, потому и знаю немало музыкантов. Сейчас первое, что я покупаю в ресторан (если влияю на решение), — это либо рояль, либо музыкальная аппаратура. Вот это для меня главная сфера ответственности, если я участвую в проекте. 

Кто из бизнесменов является для вас примером?

Я уважительно отношусь к Аркадию Новикову. Объясню почему. Не потому, что он мой кормилец. А потому, что он self-made man. Он один из немногих обеспеченных людей в нашем государстве, начавших свою деятельность с нуля. Ведь большинство олигархов случайно приватизировали какой-то актив, нефтяную вышку купили по дешевке. Он же действительно шел по ступенечкам, долго и упорно трудился, что в нашей среде уникально. Именно как бизнесмены мне нравятся те люди, которые от малого шли к большому, не завладев какими-то чужими активами. Таких людей совсем немного. Я вот думаю, кого бы еще привести в пример из богатых людей в России, кто бы начал совсем снизу и потом уже чего-то достиг. В жизни любого олигарха есть некий скачок, когда он, накопив первичных денег, купил какой-то актив, который на залоговом аукционе в тот момент был выгодным. Это тоже достижение, тоже талант. Но тут другое: он был поваром, а стал миллионером. Таких единицы. 

Кем вы мечтали стать в детстве?

Артистом. Но я считаю, что моя мечта практически осуществилась. Просто я такой очень провинциальный артист — известный в инстаграме.

А вы любите дома готовить?

Нет. Я даже не подхожу к плите, могу приготовить только яичницу. У меня жена — кулинарка. 

Какое напутствие вы бы дали молодым рестораторам? Что посоветуете им?

Ничего! Я бы вообще не советовал им становиться рестораторами. А в советы я не верю: дебилы их не воспримут, а умным они не нужны. Живите так, как вам кажется правильным, придерживайтесь своих заповедей. И все будет. А уж открывать или закрывать рестораны — покажет время.

 


Алина Бавина
главный редактор

Моя дипломная работа на журфаке МГУ была посвящена блогам и тому, приравняют ли их когда-то к СМИ и вообще насколько этично это делать. Тема появилась совершенно случайно. Изначально я собиралась писать про творчество Василия Шукшина. Но как-то среди ночи моя подруга, с которой мы прожили четыре года в одной комнате в общежитии и, естественно, не могли не выбрать одну кафедру, проснулась и сказала, что мы безумные и не осилим диплом по литературе, поэтому надо срочно менять тему. Над нами сжалился один преподаватель, который хорошо нас знал. Я уже даже не помню, кто придумал и предложил тему блогов. Но нам показалось, что она гораздо легче творчества Шукшина.

Тут нужно отметить, что это был – страшно представить! – 2008 год. И мы тогда еще были очень аналоговыми. Рефераты сдавали на дискетах (помню преподавателя, которому мы все по навету старшекурсников сдавали пустые дискеты, и пару моих однокурсников, попавшихся на этом), кино смотрели на дисках, которые брали в прокат в находившемся практически в подвале журфака киноклубе (помню, как тяжело мне давался Тарковский, Бергман и как я заснула при первом просмотре «Жизни как чуда» Кустурицы, которую потом нежно полюбила; но как меня поразили «Маргаритки»!), книги читали в Ленинке и радовались, если по читательскому билету попадали в тот самый ретро-зал с зелеными лампами. Тогда только-только появились «Одноклассники», а ЖЖ был самой прогрессивной площадкой. Мы – о, Боги! – ходили в интернет-кафе, которое тогда существовало у главного здания МГУ. Там у нас и разгорались нешуточные баталии в ЖЖ. Мы писали посты на волнующие темы и спорили с пеной у рта в комментариях. И делали это с таким азартом, будто играли на миллионы в казино.

Когда я получила свою твердую четверку за диплом, выдохнула и тут же забыла про него, то и предположить не могла, что тема блогов вернется в мою жизнь. «Зачем мы это делаем? Ну что за бред?» – долго не отпускала меня моя беспощадная рефлексия, когда затевали SRSLY. Ведь мы же сами морщимся от этих слов – «блогеры», «трендсеттеры», «инфлюенсеры», бла-бла-бла. Какая-то пошлятина выходит, когда начинаешь рассказывать, о чем мы. И как-то даже стыдно и неловко за себя становится. Но давайте не будем отрицать: блогеры дали нам новый контент, от которого наконец-то не душно. Звезды инстаграма вытеснили глянец, ютуба – затоптали телик. Блогеры начали тянуть теплое одеяло рекламных бюджетов на себя. Трендсеттеры и инфлюенсеры новой формации стали желанными гостями в светской тусовке. Теперь они «как скажут, так и будет».

Дудь нагнул Ютуб, Ивлеева из маникюрши превратилась в телезвезду с ТЭФИ, Горбачёва стала главной актрисой поколения, Монеточка зазвучала из всех утюгов. Это, безусловно, герои нашего времени. Они уже изменили реальность и продолжают это делать. У них влияние в интернете и не только. И не поддаться ему уже не получается. Конечно, можно дальше продолжать болеть нигилизмом и отрицать новый мир. Но это нечестно. Прежде всего по отношению к себе. А мы за честность, за открытые вопросы и ждем таких же ответов от героев. И у нас нет «не наших героев», нет предубеждений, и мы против клише.

Мы намеренно отказались от артемов быстровых и не будем прятаться за псевдонимами. У каждой публикации есть автор, которому вы сможете посмотреть в лицо и туда же высказать все, что думаете о его материале (естественно, аргументированно). Быть абсолютно несогласными с нами не возбраняется. Мы сами в редакции часто спорим друг с другом. Но последнее слово всегда остается за ответственным за раздел. У нас все со своим бэкграундом, позицией, принципами в профессии и взглядами на жизнь.

Когда в редакции предложили каждому написать свой манифест, я прониклась этой идеей. Сразу вспомнились Белинский, Добролюбов, Чернышевский, Белый, Блок, Иванов, Гумилев… Всплыло слово «публицистика». И повеяло той самой нашей наивной аналоговостью, которой теперь уже просто нет. На журфаке мы изучали кодекс профессиональной этики журналиста. Сейчас это понятие кажется атавизмом. Но пусть наши манифесты станут этическом кодексом 2.0.

На втором курсе я прочитала «Поколение П» Пелевина и отчаянно не хотела верить в то, что в журналистике все друг у друга крадут идеи. У меня с тех пор аллергия на «Давайте сделаем как у…» А мы-то тогда зачем, если они уже есть? Поэтому SRSLY – это про дерзкие идеи, честные тексты и – куда ж без них – красивые картинки.

Читайте также
Музыка — 13:04, 10 августа 2020
Новое в музыке за неделю: Sam Smith, Billie Eilish, Glass Animals и Леля
Новости, Кино — 10 августа, 13:04
В московских парках покажут короткометражки молодых российских режиссеров. Среди участников — Ян Гэ
Новости, Образ жизни — 10 августа, 10:55
В твиттере делятся воспоминаниями о старых видеоиграх. Консоли на батарейках, кассеты и все такое
Новости, Образ жизни — 10 августа, 09:10
Гордон Рамзи устроил филиал «Адской кухни» в тиктоке. Он комментирует рецепты фудблогеров
Новости, Музыка — 10 августа, 00:10
У Карины Кросс новый трек «Не смогу». Это фит с Verbee
Новости, Образ жизни — 9 августа, 23:23
Теперь и Рианна в тиктоке. Видео там нет, а подписчиков маловато
Популярная темаПопулярно
Новости, Бизнес — 9 августа, 18:16
YouTube больше не будет уведомлять о новых видео по почте. Эти письма просто никто не открывает
Новости, Образ жизни — 9 августа, 13:35
Советские репортеры посмотрели сериал Антона Лапенко. Им не понравилось
Новости, Образ жизни — 9 августа, 10:00
В Москве открылась галерея «У Марии» Маши Комаровой и Игоря Андреева. Она получилась очень альтернативной
Новости, Кино — 8 августа, 21:50
Джаред Лето станет новым Энди Уорхолом
Кино — 8 августа, 16:58
Кино недели: «В ожидании варваров», «Любовь между строк», «Агент Лев»
Новости, Образ жизни — 8 августа, 16:10
Новое место в Москве: самый маленький в мире бар «Тройничок»
Новости, Образ жизни — 8 августа, 15:05
Дима Гордей готовит новый проект на ютьюбе. На этот раз шоу будет не про автомобили
Образ жизни — 8 августа, 14:06
Белокуриха, Алупка, Судак и другие города, где отдыхают российские туристы этим летом. Обзор SRSLY
Новости, Образ жизни — 8 августа, 13:10
Еще больше блогерских домов: в Татарстане теперь есть свой тикток-хаус
Популярная темаПопулярно
Новости, Музыка — 8 августа, 10:22
Премьера нового сингла Telly Grave. Он записал фит с Федуком
Новости, Образ жизни — 8 августа, 09:37
Новое шоу на ютьюбе — «The Гараж». ST, Каграманов, Цой и Качер поговорили о тиктоке и не только
Новости, Образ жизни — 7 августа, 22:27
«Риз Уизерспун челлендж», или Как нас уже потрепал 2020-й? Новый вирусный мем
Образ жизни — 7 августа, 22:15
ЖатропеР: премьера фильма «Хэппи-энд»
Кино — 7 августа, 20:46
Сериалы недели: «Беглец», «Звездный путь: Нижние палубы», «Страна иммигрантов», «Самый разыскиваемый в мире»
Новости, Музыка — 7 августа, 19:03
Посмотрите клип Cardi B и Megan Thee Stallion. В видео снялась Кайли Дженнер
Новости, Музыка — 7 августа, 16:15
Группа Cream Soda в новом выпуске «Тру шоу»: о Томми Кэше, недооцененном клипе и работе с Федуком
Все звёзды и инфлюенсеры
Новости, Музыка — 7 августа, 15:30
В Fortnite впервые выступит азиатский музыкант. Это будет Кэнси Ёнэдзу
Новости, Образ жизни — 7 августа, 15:14
«Симач» вернулся: веранду и бар уже открыли. Осенью заведение начнет работать в полную силу
Новости, Образ жизни — 7 августа, 13:19
Новое интервью Ирины Горбачевой: о рекламе, стоимости съемочного дня и сериале «Чики»
Образ жизни — 7 августа, 13:05
10 видео, которые нужно посмотреть на ютьюбе: Гай Германика, Москвитин и пиксель-арт
Новости, Образ жизни — 7 августа, 12:00
Илон Маск, Артемий Лебедев и Витас спели песню из японской игры
Новости, Образ жизни — 7 августа, 10:17
Forbes назвал семь самых богатых тиктокеров. В лидерах Эдисон Рэй и сестры Дамелио
Новости, Музыка — 7 августа, 00:03
Премьера нового трека Mary Gu. Припев песни взят из «Нежности» МакSим
Новости, Образ жизни — 6 августа, 22:11
Саша Ваш в новом выпуске шоу «Петя любит выпить»: об уходе из Smetana TV, проекте «Я себя знаю» и личной жизни
Образ жизни — 6 августа, 21:22
Ядерный покер: на столе и под столом. Текст Виталия Дымарского к 75-летию бомбардировки Хиросимы
Птичка господа милосердного
(1 сезон)
13 причин почему
(4 сезон)
Мандалорец
(2 сезон)
Эйфория
(2 сезон)
Хороший человек
(1 сезон)
Страна Лавкрафта
(1 сезон)
Звездный путь: Нижние палубы
(1 сезон)
Самый разыскиваемый в мире
(1 сезон)
Еженедельная рассылка самых свежих и интересных новостей:
Cпасибо, ждите писем!
Сожалеем, заявка не была отправлена :(
Проверьте корректность E-Mail
подписаться