Очень часто режиссеры и зрители в современном кино путают оммажи (отсылки) с откровенным заимствованием, бесстыдным и беспощадным. Для вас мы немножечко попытались разобраться, почему первое – это хорошо, а второе – плохо. И где же между вдохновением и пи$%#жом расположена грань.
Одна из несущих частей конструкции современного фильммейкерства – референсы. Они появляются на первой стадии проектов, когда кино только начинает созревать в сценаристской или режиссерской голове, а затем лихорадочно проникают во все этапы кинопроизводства. Референсы встречают нас на питчинге в Фонде кино, референсы кучкуются в режиссерских презентациях, на референсах режиссеры объясняют операторам, чего они хотят добиться в кадре, референсы нужны всем и везде. Без референсов невозможно представить рекламу и клипы. Без референсов действительно в профессиональном мире невозможно представить и работу над фильмом. Будем же честны. Однако в недавнее время, не всегда иммунный к плохому, российский кинематограф опрометчиво подцепил новую хворь. Из периода пре-продакшена референсы переметнулись прямо в кинокадр. И это действительно говорит о каком-то идейном закате. Понятно, сюжетов в мировой практике литературы и кино существует всего 11 штук. Понятно, что там (косимся на логотипы Universal и А24) все действительно немного лучше с образами, глубиной характеров, мизансценами, art-direction-находками. Без буквы А не было бы буквы Б. Однако то, что начинает происходить, не просто пугает, а приобретает черты национальной студийной кинокатастрофы.
Поскольку американское кино задает вектор развития индустрии развлечений, стало быть, американскому кино тоже надо где-то черпать идеи, не забывая при этом про тренды. Референсы американцев заключается в прошлом самих американцев. Это умелая игра на ностальгических чувствах. Как это у них происходит? Появляются «Стражи галактики» – и вновь делают популярной музыку 80-х. Выходят «Очень странные дела» – и всячески облизывают эпоху, выносят из нее натурально все, отчего сериал напоминает магазин «Пират-мармелад», от ностальгии буквально слипается. Кадры проекта пестрят отсылками к «Чужому» (внимание, отсылками, а не сюжетными ходами!), «Челюстям», «Нечто» и другим культовым штукам, по которым тихо льют слезы сегодняшние сорокалетние. Однако сериал становится культовым не потому, что он устраивает перед вами сеанс свального поп-культурного греха. В нем действительно нужно копаться, отсылки (не путать с референсами!) в основном лежат не на поверхности. Моду по 80-м подхватил и «Тор», внезапно сменивший свою тональность с хриплой серьезной сказки про руны и молнии с неба на дурашливую видеоигру, в которой звучит synth-wave. И сокрушившие бокс-офис обе части римейка «Оно» по Стивену Кингу, и «Оно», которое в оригинале «It follows», и такие более нишевые картины, как «Турбо-кид» и «Лето 84». И «Очень темные времена» и «Мэнди».
Что же отличает референс, – настроение, которое выбирает фильм, – от оммажа?
На самом деле, во всех перечисленных выше фильмах, плохими они бы ни были или хорошими, ностальгия и ее производные стоят выше задач по созданию продукта «как в 80-е». Почти все авторы, к счастью, понимают, что невозможно переснять того же «Чужого» или «Контакты третьей степени». Появляется такой фильм, как «Джокер», где оммажи настолько плотно соседствуют с референсами и взаимопроникают, что в итоге это выливается в авторское высказывание. И оно оказывается настолько интересно фестивальному миру, что фильм получает главный приз Венеции. Впрочем, если бы не игра в Скорсезе, не спрограммированный успех в совмещении «Таксиста» и «Короля комедии», смеем предположить, «Джокер» мог бы быть намного самобытнее.
Главное же отличие между отсылкой (оммажем) и референсом заключается в том, что референс никогда не должен выходить за пределы кинопроизводства. Это тот фундамент, стилистический, визуальный, настроенческий, который задает тональность картины. На примерах: Тарантино всегда ввиду своей любви к кино строит свои фильмы на оммажах. Поэтому, кстати, Квентина многие заслуженно и считают гонцом постмодернизма. Переосмысляя старое, он создает не похожее ни на что новое. В «Однажды в Голливуде» можно нащупать отсылки: к «Большому побегу» со Стивом Маккуином, к «Долине кукол» с Шерон Тейт, к разным спагетти-вестернам, как обычно у Тарантино, в нашем случае «Ринго из Небраски», и в конце концов к любимому им «Джанго». Или вот, если взять любимого всеми «Настоящего детектива». Сериал, самобытный и культовый, с помощью оммажей выстраивает свой параноидальный мир. В первом сезоне от Кэри Фукунаги можно найти и «Семь» Дэвида Финчера, и «Иваново детство» Андрея Тарковского, и совсем недавнее «Укрытие» Джеффа Николса.
Говоря о примере того, как ностальгия способна изменить видение мира, конечно, нельзя пройти мимо оскароносной «Зеленой книги». Подумать только, какой уютной может выглядеть страна в годы абсолютно бесчеловечных и аморальных понятий о расизме и ксенофобии! Однако благодаря тому, что фильм Питера Фаррели упакован в форму рождественской лирической комедии Фрэнка Капры, мы переживаем эту эпоху исключительно в светлом, ностальгическом осмыслении. В «Зеленой книге» можно насчитать отсылки как к «Шоферу Мисс Дэйзи», так и к «Симпсонам». Но ключевое же, что эта картина использует оммаж как способ рассказа истории. Не референс, а именно оммаж.
Как выглядит схема?
Поиск тренда порождает ностальгию, затем сама ностальгия становится трендом, и постановщики начинают этим пользоваться. Если для американской киноиндустрии до сих пор особняком стоят 80-е, то Россия в бесчисленном количестве фильмов осмысляет 90-е. Время тяжелое, и ностальгия эта специфична. Однако это именно ностальгия. Недавнего победителя «Кинотавра» «Быка», к примеру, все неизбежно сравнивали с «Братом». Потому что, говоря об определенной эпохе, фильм меняет сам способ восприятия зрителя, меняет его мышление. В массовом сознании 90-е – это Балабанов. Выскользнуть из этого практически невозможно.
Что в российском кино происходит с референсами?
Российские постановщики, к сожалению, не всегда отличают референсы от оммажей. Так, к примеру, в фантастике «Аванпост» тоже отсылка к «Иванову детству», неуклюжая и неловкая, но пусть, соседствует с референсами, которые были укоренены в сценарии, в самом тексте. А это, пожалуй, самая серьезная ошибка. Референсы просочились в кадр. В «Аванпосте» есть и космический корабль из «Прометея», и капсулы, как в «Матрице» и «Чужом», есть мир из «Бегущего по лезвию», есть сцены из «Грани будущего». Продолжать можно бесконечно. Фильм оказывается целиком соткан из того, что должно было остаться на бумаге в так называемом режиссерском тритменте. И это настоящий бич.
«За гранью реальности», «Эбигейл», «Защитники», совсем новая «Кома» – картины, сделанные по лекалам «как там». За неимением рабочих и свежих концептов, российская индустрия страхуется чужими идеями, образами и мирами. В такие фильмы сложно поверить не потому, что оно сделано в жанре фантастики, а потому, что реальность на экране была присвоена. Кино не может состоять из референсов, кино может пестрить оммажами, а референсы переосмыслять.
Есть примеры и удачной интеграции референсов, переосмысленных на почве советской культуры и мифологии. К примеру, советско-спортивная «Легенда 17» или нквдшный «Шпион», или дилогия «Бабушка легкого поведения», казалось бы, внаглую эксплуатирующая штампы травести-комедий. Но почему все эти фильмы работают? Потому что и Голливуд и советское наследие в них переосмыслены. И мы, замечу, не говорим о качестве или успехе картин, кассовом или зрительском. Речь об авторском взгляде.
Повторы и отсылки – это совершенно нормально для студийного кино. Своего рода, пищевая цепь. Ведь даже «Звездные войны» – набор референсов: это и «Флеш Гордон» 1936 года, и «Лоуренс Аравийский» 1962 года, и даже «Триумф воли» Лени Рифеншталь. Однако никому не придет в голову думать, какие хвосты торчат из «Звездных воин», потому что они в свою очередь породили уникальную киновселенную, которую все до сих пор даже стесняются сымитировать. Не нужно имитаций. Стоит сильно задуматься, для чего вы хотите снять фильм. С 2000-х по настоящее время в российском кино эпоха «можем повторить». Нет, не можем. И лучше не начинать.
