На 42-м ММКФ Ким Ки Дук представил свою новую картину «Растворяться». Это история девушки по имени Дин, которой хочется лишь немного свободы. Она встречает своего двойника — более распущенную, открытую и смелую версию себя, после чего они необратимо вторгаются в жизнь друг друга. По случаю премьеры фильма специально для SRSLY кинокритик Антон Фомочкин поговорил с режиссером о стримингах, сериалах и жестокости в кино.
Ваш новый фильм — одно из главных впечатлений на фестивале в этом году. С чего началась эта история?
Спасибо большое за ваши слова. Эта история возникла в моей голове, когда я путешествовал по Китаю, Казахстану, Кыргызстану и обратил внимание на положение женщины в этих странах. Мне показалось интересным противостояние традиционных ценностей и современного капиталистического общества.
Сценарий изменился после того, как вы поняли, что снимете этот фильм в Казахстане?
Идея снять фильм с таким сюжетом возникла в 2012 году. Тогда я впервые приехал в Казахстан возглавить жюри на Алма-Атинском кинофестивале. То, что хочу снять эту историю именно там, я понял в 2018-м, когда посетил Казахстан второй раз. Правки вносил уже в Гонконге, основываясь на своих воспоминаниях о местах, которые видел.
В вашем фильме живая и естественная русская речь. Как вы следили за этим на площадке?
Сценарий был написан на корейском, но снимать я собирался на русском. Не знаю этого языка, и поэтому с большим уважением отношусь к актерам, сыгравшим в фильме. Все они, кроме Динары (Жумагалиевой, исполнительницы главной роли. — Прим. SRSLY), профессионалы. Я разрешил им менять реплики, чтобы звучать естественно и соответствовать культуре. Главным условием здесь было — менять форму реплик, но не смысл.
Когда Дин-1 и Дин-2 оказываются в кафе, последняя играет «Лунную сонату» на расстроенном пианино. Для меня это одна из главных сцен в фильме. На мой взгляд, именно ею можно описать то, как «Растворяться» снят. Расскажите, почему ваша работа выглядит столь нарочито небрежной?
Большое спасибо, что вы обратили внимание на этот эпизод, эту деталь, мне очень приятно. Хотелось бы подчеркнуть, что у моего фильма очень маленький бюджет, и съемки заняли семь дней. Сцену в кафе мы сняли за тридцать минут, это был очень тяжелый процесс. Кстати, все люди в кадре, за исключением главных героев, — настоящие посетители кафе, не массовка. Это очень важная сцена в этом фильме, она показывает другую сторону Дин.
«Растворяться» — история о дуальности человеческой природы?
Да, это фильм о том, что у одного человека есть две стороны — как вы и сказали. Мне было очень трудно работать в такие сжатые сроки, потому что приходилось многие сцены в точности повторять и снимать дважды. Сначала я снимал одну Дин, затем актриса переодевалась, и в кадре появлялась Дин-2.
Бюджетные ограничения вас сковывают или творчески освобождают?
С моим опытом работы у меня есть возможность снимать высокобюджетные фильмы, но в таком случае у крупного инвестора, который даст деньги на производство, будет иная цель — получить выгоду, и он будет вмешиваться в съемочный процесс. Мне комфортнее снимать кино с небольшим бюджетом, чтобы я мог все контролировать и сам решать, как и что делать. При этом, конечно, у такого варианта много минусов, потому что немного страдает качество: я не могу использовать хорошую камеру, привлекать много людей в съемочную группу, использовать в нужном объеме аппаратуру. Знаете, о моих последних фильмах говорят, что они похожи на студенческие работы, и я совершенно не обижаюсь на эти слова: да, я студент, мы все студенты, которые учатся жизни. Я готов поступиться техникой, но для меня главное — это история. Историей никогда не поступлюсь.
Не могу с точностью сказать, какой правильный ответ. Думаю верны оба варианта. И то, что это фильм о свободе выбора, и то, что он о двух сторонах одной девушки. Вы правы, их обеих ждет нехороший конец, но нельзя сказать, что они несчастны. Это просто жизнь. Каждый может объяснить себе этот фильм. Его смысл в том, что именно вы почувствуете, когда будете его смотреть.
И растворитесь в нем.
(Смеется.) Я был бы рад, если бы зритель растворился в нем.
Вы говорили о выгоде. Авторское кино в последнее время стали спонсировать или покупать стриминг-сервисы. Как относитесь к этому?
Не вижу ничего зазорного в онлайн-кинотеатрах. Но думаю, мой фильм не для широкого зрителя. Сомневаюсь, что какая-то крупная прокатная компания им заинтересуется и захочет представлять его во всех кинотеатрах. Это скорее будут артхаусные кинотеатры. В этом смысле онлайн удобен: больше людей сможет увидеть ваш фильм.
А кинотеатральный экран, на ваш взгляд, остается важной частью просмотра?
Это, наверное, самый болезненный вопрос в нынешних условиях, во время коронавируса, когда многие режиссеры, в том числе в Голливуде, не могли представлять свои фильмы в кинотеатрах и переходили в онлайн. Конечно, каждый режиссер вам ответит, что его мечта — чтобы зрители увидели его работу на большом экране. Я снимал «Растворяться» в 4К для большого экрана. Если бы знал, что он выйдет в онлайн-кинотеатре, то просто снизил бы расходы и снимал в меньшем разрешении.
Вы не раз говорили, что пишете по три сценария в год. Не задумывались о том, чтобы написать сериал?
Я каждый день пишу какой-то сценарий, очень люблю этот процесс. Уже сейчас у меня завершено десять сценариев, и три из них переведены на русский язык. Но если говорить о сериале, то это не мое. Не люблю их, потому что это слишком долго, сюжет должен раскрываться постепенно, а это не мой стиль. Мне нравятся фильмы хронометражем 90-100 минут, это мне близко.
Вы снимаете быстро, за неделю. Что чувствуете во время такой интенсивной работы? Потерю энергии?
Про энергию вы верно сказали: я собираю ее и снимаю 7–10 дней. На большее меня просто не хватит. Когда я снимаю, то превращаюсь в суперкомпьютер. Становлюсь одновременно уязвимым и сосредоточенным. Наверное, если я буду снимать дольше, то взорвусь. Просто умру, не смогу.
В современном кино чувствуете какие-то изменения в подаче провокационных, жестоких сцен на экране?
В последнее время я смотрю не очень много фильмов, но стал замечать, что провокационные сцены стали заменять нюансами. Однако, если вы заметили, в моих фильмах тоже нет жестокости как таковой — как правило, это те же нюансы. В «Пьете» музыка, звуки, шум работающих машин нагнетают обстановку так, что зритель догадывается, что в этом месте есть жестокость. Я добиваюсь того, чтобы он прочувствовал, что происходит. Предпочитаю нюансы жестоким сценам, тем более таких сцен у меня немного. Кроме того, если мне нужно будет показать что-то жестокое, у меня не получится, потому что это очень дорого.
Почему вы смотрите мало фильмов?
Поскольку за последние годы я пожил в разных местах — в России, Казахстане, Кыргызстане, Латвии, а сейчас в Эстонии, то смотрел фильмы, снятые в этих странах. Делал это не столько потому, что они мне нравятся — я так изучаю страну. Сейчас вот хожу в кинотеатр на эстонские фильмы, чтобы провести кастинг актеров, посмотреть локации, поучиться тому, как живут эстонцы, и понять, как я все это могу применять.
На протяжении последнего года я несколько раз видел вас на премьерах и показах российских фильмов. Они шли без перевода. Это какой-то особый метод погружения в историю?
Отсутствие перевода для меня небольшая проблема. Каждый раз я не просто иду в кинотеатр. Сначала открываю сайт, читаю краткое описание и примерно представляю, о чем он будет. Дальше догадываюсь по игре актеров, по их действиям, что конкретно происходит в каждой сцене.
Расскажите о проекте в Эстонии. И есть ли среди ваших набросков или уже готовых сценариев история, действие которой происходит в России?
В Эстонии я готовлю проект «Облака, дождь, снег и туман». Он про то, что вся жизнь — вода. Все слова, вынесенные в название, связаны с водой. Это фильм о жизни. Более подробно я, к сожалению, не могу сейчас рассказать. Планирую снимать и в России. Как я говорил, среди моих сценариев есть те, что переведены на русский язык. Но из-за коронавируса у вас осложнено производство фильмов. Может, в следующем году, как только будут сняты ограничения, я это осуществлю.
Эта история созвучна вашему фильму «Весна, лето, осень, зима... и снова весна»?
Я так и подумал, что люди, которые услышат такое название, сразу увидят параллель с тем моим фильмом. Они похожи. Это также история о жизни, в ней представлены представители всех возрастов: от юноши и девушки до бабушки и дедушки. Герои строят дом — а этот процесс, мне кажется, и есть наша жизнь. Надеюсь, зрителю этот фильм будет понятен, и есть ли связь с фильмом «Облака, дождь, снег и туман», решать уже ему.
Вы говорили, что много путешествуете. Что для вас сейчас дом и где он?
Сложный вопрос. Мой физический дом остался в Корее. Духовный — там, где я сейчас нахожусь. Я переехал в новый отель, и сегодня этот отель — мой дом.
В этот момент Ким Ки Дук переводит объектив своей веб-камеры на окрестности.
Вот там море видно, очень красивое место. Сосна (это слово четко выговаривает по-русски), сосновый лес.
Чем чаще смотришь на море, тем лучше.
Да! Смотреть на воду очень важно. Вода утешает и дает силы.
