Обычно вы сами пишете сценарии для своего кино. Каково было работать над фильмом с другим сценаристом (Юдзи Сакамото, он получил в Каннах приз за лучший сценарий. — Прим. SRSLY)?
Когда я получил сценарий, он уже был разделен на три части. Я всегда пытаюсь сделать свои проекты частичкой настоящей жизни — сосредотачиваюсь на раскрытии персонажей больше, чем на самой истории. Этот проект стал челленджем для меня. Мы с Юдзи Сакамото три или четыре года работали над сценарием — я получил его в 2019 году. Поэтому, когда пришло время снимать фильм, казалось, что я написал скрипт сам. Кстати, спасибо ковиду — у нас было больше времени на подготовку.
Вы кропотливо отображаете реальность в своих сценариях. В частности, выражаете важный топик в японском обществе — взаимодействие детей и родителей.
Моей целью не было критиковать систему образования Японии. Показанная в фильме школа — часть чего-то большого, и, когда она переходит в режим защиты, зачастую может игнорировать чувства отдельных людей. Не только в Японии, но и во всем мире. Я много разговаривал со своими знакомыми, кто в работает в школах, чтобы понять, насколько глубоко стоит заходить. Я хотел, чтобы они посмотрели фильм и подумали: да, такое действительно может произойти в реальности.
Каким было ваше школьное время? Насколько система изменилась со времен, когда вы сами были учеником?
Я был странным ребенком и, возможно, не лучшим примером. Несмотря на это, меня выбрали старостой класса. Я неплохо учился, учителя доверяли мне, поэтому я не мог позволить себе нарушить дисциплину — да и не хотел, если честно. Я не был ребенком в прямом смысле этого слова. Один преподаватель, который мне нравился, написал в отчете: «У Корээды хорошие оценки, но ему не хватает детскости». Я увидел это, расстроился и стал размышлять, как мне больше походить на ребенка. Вот каким я был в детстве. Сейчас же на детей больше давления. Раньше оно тоже было, но существовали способы его избежать: дома, в школе, на улице, где дети были вне родительского взора. Было немного опасно, но зато бедняги могли расслабиться. Сейчас дети всегда под контролем родителей, которые много от них требуют, — я беспокоюсь за современных ребятишек.
Главный герой фильма «Монстр» растет в неполной семье — его воспитывает мама. Она говорит, что он должен быть как его отец: вырасти и завести семью. Учителя тоже повторяют, что из него должен получиться настоящий мужчина. Они хотят ему помочь, но это — не то, что чувствует мальчик. Поэтому он подавлен. Я знаком с этим ощущением: тоже пытался быть тем, кого из меня лепили взрослые. Вот почему дети страдают. И я прочувствовал это на себе.
В ваших фильмах часто фигурируют детские персонажи. Почему так?
В «Магазинных воришках» (2018) тоже есть ребенок, который осознает, что его детство заканчивается. Я обожаю показывать этот период в кино: детство не может длиться вечно. И в момент, когда мальчик становится взрослым, что-то теряется. Мне нравится этот контраст между ростом и потерей.
Фильм посвящен недавно ушедшему композитору Рюити Сакамото, который написал саундтрек к картине. Музыка получилась потрясающей. Расскажите о вашей работе с Сакамото.
Я всегда хотел с ним поработать. Десять лет назад мы должны были делать совместный проект, но не вышло. Я беспокоился, что второго шанса у меня не будет. Мы долго искали локацию для съемок, ездили по закоулкам Японии. Однажды мы набрели на городок у озера — я стоял на возвышении, смотрел на него сверху вниз ночью: водоем был мрачным, словно черная дыра в окружении ярких огней. Эта локация есть в фильме. Тогда я подумал: хочу, чтобы в этой сцене играла фортепианная музыка Рюити Сакамото. Когда я редактировал сценарий, я слушал его песни. Когда мы монтировали черновой вариант фильма, я добавил туда его работы. Я написал ему — тогда Рюити уже повредил голос, поэтому большая часть нашей коммуникации была письменной. Отправил черновой вариант, и он ответил, что будет рад поработать со мной. Так и общались. Для меня это было незабываемым опытом.
К слову об уважении к величайшим авторам прошлого — первое, что пришло мне в голову, это «Расемон» (1950) Акиры Куросавы. Что еще из кино и литературы вдохновило вас на этот фильм?
Я назову книгу. Знаете ли вы Миядзаву Кендзи? У него есть книга «Ночь на галактической железной дороге» (1985) — о двух мальчиках, которые путешествуют во сне на поезде вокруг Млечного Пути.
