Что общего у тебя и главного героя «И снова здравствуйте»?
Артем — активный, инфантильный, наивный, смешной. Мы с ним похожи только упорством и обаянием. В остальном все-таки совсем разные.
В чем главный внутренний конфликт Артема? Меняется ли он в зависимости от сезона?
Я долго думал про это и вот что понял: Артем в процессе сериала взрослеет, и так получается, что Борис (Андрей Мерзликин) начинает играет в его жизни роль и father figure, и близкого друга. В одной из серий есть безумно трогательная сцена, в которой Артем выносит старые вещи отца, чтобы отдать их Борису, и на меня, как на зрителя, она произвела большое впечатление. В этом жесте многое становится понятно про героя.
История про Юру из фильма «Юра дворник» кажется фантастической, даже несмотря на то, что она основана на реальном случае. Слышал ли ты о ней до проб?
Да, конечно. Более того, удивительный факт из мира кино. Однажды я был на премии GQ — меня приглашали, когда журнал еще существовал. И это была та самая премия, на которую как раз пришли настоящие Рома (фотограф Роман Филиппов. — Прим. SRSLY) и Юра. Мы не познакомились тогда лично, но на сцене об этих ребятах говорили, поэтому я знаю их историю. Конечно, я и предположить не мог, что через несколько лет это все коснется и меня тоже.
Ты бы хотел, чтобы с тобой произошло что-то подобное?
А что вы имеете в виду? Хотел бы я, чтобы со мной случилась какая-то сказка? А кто не хочет? Как говорится, сказки и чудеса — это прекрасно. Но если что, я не расстроюсь, если сказку мне придется сделать самому, я готов.
В одном из интервью ты рассказывал, что при поступлении у тебя был план Б — остаться в Курске и пойти учиться на филолога. Представь, что ты выбрал все-таки этот путь. Чем бы ты сейчас занимался и из чего состояла бы твоя жизнь?
Слава богу, что все сложилось так, как сложилось. Мне кажется, что уже спустя несколько месяцев, я смеялся над своим планом Б. Я, кстати, не знаю до сих пор, стал ли бы я поступать на следующий год… Наверняка бы стал, кого я обманываю, я упертый. Но, тем не менее, жизнь была бы грустной.
Почему ты хотел попасть именно в мастерскую Дмитрия Брусникина? Что тебя привлекало в его подходе?
Мне нравился его современный подход к обучению, он был в тренде — как мне тогда казалось. Плюс зацепил его свежий и очень трезвый взгляд на окружающую обстановку, на вещи, о которых мы разговаривали в его мастерской.
Расскажи о самых странных пробах, на которых ты был.
Легко! На третьем курсе ВГИКа меня пригласили на пробы. Была весна, я пришел в прекрасном настроении. Это был какой-то детский фильм, где мне предложили играть глухонемого. Персонаж не мог разговаривать, он только смотрел, молчал и как-то реагировал. Режиссер посадил меня на стул перед собой и начал говорить какой-то текст, а я в ответ как-то реагировать. Через десять секунд он кричит: «Стоп, стоп! Это никуда не годится! Ты вообще кто такой? Ты думаешь, что если ты снялся в кино, то уже кинозвезда? Давай реагируй нормально, а не вот это». Я думаю, он меня таким образом пытался спровоцировать на какую-то эмоцию, так как мой персонаж не мог разговаривать ртом — только реагировать глазами. Но это было так странно, как в комедиях. Я, с одной стороны, страшно злился на него в тот момент, когда он говорил все эти гадости, а с другой, очень смеялся внутри, представляя эту картину со стороны.
Я в этом смысле достаточно свободный, меня не смущают какие-то внешние изменения, главное, чтобы это было все оправданно, а не ради какого-то прикола. Недавно мне предложили поправиться ради роли. Вот готов ли я? Кажется, что готов, но посмотрим, как будут дальше развиваться события.
Какой фильм или сериал ты смотрел и думал: «Блин, жаль, что я там не сыграл»? Что именно привлекло тебя в роли или проекте?
Конечно, это Sex Education. Я смотрел на Отиса, хохотал до колик и просто кусал локти. И думал, почему же Netflix не написал мне? И, естественно, Гарри Поттера хотел бы сыграть.
Можешь ли ты с уверенностью сказать, что состоялся как актер? Если да, то в какой момент ты это осознал? Если нет, то что должно случиться, чтобы это произошло?
Мне кажется, если сказать, что, мол, состоялся, это прозвучит так, будто можно уже остановиться, усесться где-то на веранде в деревне, жарить шашлык и слушать Стаса Михайлова. Поэтому нет, конечно. И вообще — что должно случиться? Посмотрим.
В апреле состоялась премьера спектакля «Это все она» с твоим участием, хотя до этого ты говорил, что театр лишает свободы и привязывает к определенному месту. Что изменилось и как роль Кости стала твоей?
Да, это независимый театр («Арт-Партнер XXI». — Прим. SRSLY), а не репертуарный: там нет постоянной труппы и, соответственно, нет привязки к месту, ко времени, с тобой обсуждают график, подстраиваются под него. Короче, гораздо, ГОРАЗДО все свободнее и комфортнее. Мне позвонили и предложили почитать пьесу. А потом я пришел познакомиться с режиссером Даниилом Чащиным, мы с ним поболтали, попробовали сыграть сцену и поняли оба, что нам прикольно.
Думаю, всем молодым людям. Там же поднимается вопрос отцов и детей, что, в общем-то, интересно будет посмотреть и подросткам, и их родителям, и людям около 30 лет, которые уже знают себя. Возможно, им станет в какой-то степени стыдно, они позвонят своим близким и скажут, как сильно их любят.
Что происходит в твоей жизни сейчас? Над какими проектами работаешь или планируешь начать работать в ближайшее время?
Все мои новые проекты пока не анонсированы — это тайна за семью печатями, как и принято в кинопроизводстве. Но, например, известно, что совсем скоро выйдет фильм «Страсти по Матвею», где я сыграл алтарника. Это классное кино, я его уже озвучил и надеюсь, что совсем скоро мы все его увидим.
