Рецензия на «После Янга»: Колин Фаррелл разбирается во внутреннем мире андроида

В недалеком будущем прогрессивные родители Джейк и Кайра (Колин Фаррелл и Джоди-Тернер Смит) покупают своей усыновленной дочери-китаянке китайца-андроида (Джастин Х. Мин), который толкает метафорические монологи о прививках растениям, собственно, прививая ей таким образом национальную культуру и воспитывая самосознание. Отец же учит андроида пить чай, потому что китаец должен уметь отличить Да Хун Пао от Цзинь Май Бай Ча. Но однажды робот ломается, и безутешный владелец начинает искать возможность починить его, однако слышит только варварские предложения по его утилизации. Смирившись с поломкой, герой решается покопаться в его смоделированном сознании. Оказывается, что на протяжении всего своего существования, машина записывала по паре секунд каждого дня. Reels-калейдоскоп удивляет Джейка: помимо сознания, робот, кажется, обладает еще и подсознанием. А стало быть, и чувствами?

По Когонаде андроиды — существа, весь ХХ век будоражившие умы великих фантастов от Айзека Азимова до Филиппа К. Дика, — превратились во что-то среднее между вдумчивым подростком и ласковым человекоподобным домашним животным. Главный вопрос, терзающий режиссера, звучит уточняюще: «Насколько это человекоподобные существа?» Пытаясь выявить, чем вызвано то или иное решение оставить в памяти определенный фрагмент событий, Когонада подводит зрителей к напрашивающемуся ответу: человекоподобны они настолько, что даже обладают эмпатией.

И в процессе пытается опереться на какую-то драматургическую или режиссерскую инновацию, но, будто бы понимая, что все мы это видели не раз и не два. Прямо как доцент кафедры теоретической физики, полтора часа вещающий перед заскучавшими студентами, он останавливается и сам себе парирует. Что же, вот самый важный аспект! Если прогресс достиг столь серьезных масштабов, что андроид по своему психоэмоциональному интеллекту не уступает человеку, чем же он тогда хуже нас? А если точнее, зачем вообще нужно человечество?

За общим меланхолическо-сомнамбулическим ритмом картины, подкрепленным музыкой из гида по медитации, мерно лишающей зрителей любых возникающих мыслей (по всем законам этой практики), сложно в этом вопросе ребром заподозрить провокацию, но можно обнаружить концепт, ловко вписывающийся в ряд к картинам параллельного конкурса Каннского кинофестиваля — «Особый взгляд», где и проходила премьера «После Янга».

Не потеряться в акведуках сознания искусственного интеллекта выпадает на долю героя Колина Фаррелла, вновь вспоминающего все (уже не за себя как в ремейке 2012 года, а за андроида). За минувшее десятилетие Фаррелл из просто хорошего голливудского актера превратился в визитную карточку Йоргоса Лантимоса, поднаторел в арт-кино и теперь прекрасно выполняет роль статиста-проводника по фантазии Когонады. Когонада же, известный видеоэссеист, начал отрабатывать свой режиссерский стиль в тепло встреченном критиками «Коламбусе», но пока так и не вышел из образа стилиста. Лучше всего в «После Янга» ему удается любоваться Колином Фарреллом, в очках виртуальной реальности изучающего чужие воспоминания. Когонада уязвим отсутствием позиции, создается впечатление, будто за драматургической робостью скрывается отсутствие предметности заданного диалога. Только оптика видеохудожника.

Можно долго говорить о банальных темах, на которых акцентирует внимание фильм. Те же связи с соцсетями, давно ставшими перцепцией (отражением. — Прим. SRSLY) нас, современных робото-людей. Но «После Янга», для того чтобы серьезно обращаться к фильму после просмотра в контексте дискурса научно-фантастического кино, не достает главного: фильм взывает к чувственности, но не восполняет пробела в эмоциональной привязке к герою-роботу, оставляя его просто коробкой с воспоминаниями, над которой, как в партии «Что? Где? Когда?», приходится биться зрителю.

Зато Когонада не медлит с четким авторским аподиксисом (неопровержимым доказательством. — Прим. SRSLY): андроидам очевидно будут сниться не только электроовцы. Хотя, это, конечно, никакой не аподиксис, а простой критический силлогизм (логическое заключение. — Прим. SRSLY). Если андроидам будут сниться не электроовцы, то, очевидно, просто что-то другое. И едва ли такая точка может претендовать на аналитическое научно-фантастическое высказывание. Как, впрочем, и на чувственное.