«Пара на праздники» (Holidate)
Слоун (Эмма Робертс) бросил парень. Рождественский семейный ужин не сулит ничего приятного. «Почему ты все еще одна?», «Давай я познакомлю тебя кое с кем» и прочие излишне заботливые материнские реплики вместо сочувствия и уважения к личному пространству. На следующий день, возвращая раздражающие подарки родных в магазине одежды, в очереди Слоун знакомится с Джексоном (Люк Брейси). Пожаловавшись друг другу на испорченный вечер, они, недолго думая, заключают пакт быть взаимным «+1» на каждый крупный праздник в течение года.
Реанимация ромкома. Высокие отношения XXI века. От очередного звучного повода к другому, поедая вместе сладости, напиваясь, провоцируя родных, до поры до времени не взывая к обязательствам. Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь. Слоун и Джексон сопротивляются, но обоюдное укрощение строптивой(ого) превыше любой, даже самой крепкой воли. Ромком учит, что perfect match даже в самых нелепых обстоятельствах все равно торжественно прекрасен. «Пара» же — изнанка жанра, американская мечта в торговом центре, где люди встречаются, ссорятся, бурно мирятся, а бывает еще и расстаются. Вся жизнь проходит в попытке догнать свою возлюбленную на эскалаторе, примирительных прогулках меж манящих бутиков и существования в этой опостылевшей, но родной декорации. Ленивый шопинг, сросшийся со словом «отношения» так же, как застолье (неважно, в кругу семьи или в баре/клубе) с праздником. Хеппи-энд — это найти человека, с которым совершать рейд по моллу раз в неделю будет комфортно, приятно и тепло.
«Рождественский переполох» (Wir können nicht anders)
Эдда (Алли Нойман) знакомится в баре с Самуэлем (Костя Улльман), проводит ночь в его фургоне и уходить не собирается. Долгая дорога вдали от шумных городов. Поездка прерывается разве что на очередное милование в постели. В момент очередной заминки пара слышит раздающиеся из лесной чащи крики. Самуэль стремится помочь страждущему и спасает жертву от смерти, навлекая на себя гнев локального воротилы.
Эксцентричные местные, пугливые мигранты, столичный интеллигент, расчетливая шпана. Фактура немецкой провинции, где-то между скромным бытом мира Аки Каурисмяки и безжалостной Европой из «Хостела». Как бы задорно: на экране с удовольствием убивают людей, криминальный авторитет то и дело произносит речь про «победителей и проигравших», а спрятаться от напастей негде — найдут везде. Никакого ревизионизма, христианская мораль и выкрики «так делать неправильно» как единственная оценочная мера, сохраняющая жизнь. Заслуженный немецкий режиссер Детлев Бук («Круче не бывает», «Мы можем по-другому») предпочитает повторять дважды не только шутки, но и целые сцены. Подобно автору, его герои не знают чувства меры, всё распаляясь друг друга перебить во что бы то ни стало. Невзирая на то, исчерпан конфликт или нет. Для тех, кто предпочитает слушать на Новый год не чуткие хоралы, а металл, всячески саботируя сакрализацию праздника.
«На месте принцессы: Новая жизнь» (The Princess Switch: Switched Again)
Герцогиня Маргарет вот-вот взойдет на престол, но в личной жизни счастья не случилось. Возлюбленный не вынес бремени потенциальной «первой леди», хоть чувства и остались. Помочь вызывается подруга Стэйси. Нужно всего-то на время поменяться местами. Об авантюре узнает Фиона (всех троих играет Ванесса Энн Хадженс), разбитная родственница Маргарет, страдающая от безденежья. Она решает вмешаться, преуспеть и завладеть родовым богатством.
Несколько лет назад Netflix поставил на поток производство романтического контента про самые разные вариации столь невозможной (проблемы сословий и социального положения), но пылкой любви, превозмогающей все напасти. «На месте принцессы» обрел популярность среди себе подобных фильмов-романов в мягкой обложке благодаря курьезной концепции, получив еще и сиквел. Вариация нетленки «Двое: Я и моя тень» для аудитории постарше обратилась фантазией на тему «Тройняшки, или легкий дворцовый переворот». Главное достоинство, не считая очаровательной Хадженс, разыгрывающей все свои роли на манер семейного ситкома телеканала Disney, — имперская поступь: коронация, нравы чопорной знати и врожденное благородство. Комедия положений XIX века (почти) с переодеваниями, интригами и прочей ситуативной суетой, которая меркнет перед вечным. Временами очаровательно настолько же, насколько и невыносимо. Падает искусственный снег, красивые люди обнимаются, чуть менее красивые злятся и получают по заслугам. Удел такого guilty pleasure — завлекать зрителя томными взглядами на постере. Вполне ценная эскапистская миссия для наших дней.
«Рождественские хроники 2» (The Christmas Chronicles: Part Two)
Для Кэти (Дэрби Кэмп) Рождество, кажется, обречено. Вместо припорошенного снегом Бостона — мексиканский курорт, зной и снеговики из песка. Пока ее мать проводит время на двухдневном романтическом рандеву с бойфрендом, а старший брат выбирает общество сверстниц, девочка готовит побег на родину. Воспользоваться моментом спешит Белсникель (Джулиан Деннисон) — эльф-изобретатель, в наказание за плохое поведение обращенный в человека. Насильно телепортировав девочку на Северный полюс, он рассчитывает выследить Санту (Курт Рассел) и поквитаться со стариком.
Первые «Хроники» два года назад стали одним из главных хитов Netflix. Сиквел — попытка возвести нечаянный успех в культ. Скорее удачная, столь незамутненно-наивной рождественской порнографии уже, к сожалению, не снимают. Эльфы рыгают и уминают за обе щеки леденцы, Санта поет и танцует, даже на Северном полюсе смотрят «Эту замечательную жизнь» Фрэнка Капры. Вифлеемская звезда уничтожена, праздник под угрозой. Необходима новая, но Белсникель не дремлет. Антагонист, естественно, с правом на помилование. Все в меру патетично: это приключение — терапия, дети прорабатывают травмы. Кэти прощается с покойным отцом и становится мудрее. Ее будущий сводный младший брат Джек (Джазир Бруно), ненароком увязавшийся за девочкой, прощается с матерью и набирается храбрости под чутким руководством мисс Клаус (Голди Хоун). Обходится разве что без фейерверков в финале.
Вторые «Хроники» режиссировал Крис Коламбус — мастера семейного кино видно даже за неказистым дизайном эльфов и прочими «бюджетными ухищрениями». Фатализм «Двухсотлетнего человека», Джек выходит на охоту подобно Кевину из «Один дома», центральный конфликт рифмуется с «Мачехой». «Хроники» — конструктор Коламбусовских мотивов и фетишей, но с таким материалом иначе и не нужно. Титульная чета Рассел-Хоун иллюстрирует вечную супружескую верность, традиции и уют, транслируя все эти непреложные истины и на сам фильм. Спасение, пусть и в последний момент, произойдет, северное сияние промелькнет на мексиканском небе, сложившись во фразу «Счастливого Рождества», семьи возьмутся за руки и пропоют новогодние колядки. Так правильно. Так должно быть.
