Интервью, Герои — 25 ноября 2020, 17:07

Деньги, балет и фрагментированное сознание. Борис Барабанов поговорил с Woodkid

Борис Барабанов
Журналист, продюсер
Стали известны имена музыкантов, выдвинутых на премию Grammy 2021 года. Клип Woodkid Goliath представлен в номинации Best Music Video. А в октябре вышел в свет его второй студийный альбом S16, на котором есть все, за что публика любит Woodkid: завораживающий баритон, лиричные мелодии, характерная технологичная перкуссия и «ландшафтные» оркестровые аранжировки. Борис Барабанов расспросил Иоанна Лемуана (настоящее имя Woodkid) о том, как он провел семь лет, разделившие два альбома.

Иоанн, я впервые побывал на вашем концерте семь или восемь лет назад, когда вы играли на разогреве у Ланы Дель Рей. И уже тогда вы использовали на сцене инструменты, которые совсем не ассоциировались с рок- или поп-группой. Когда это началось? Как вы решили уйти от стандартного аккомпанемента?

Я никогда так не формулировал для себя: «Не хочу играть, как обычная группа!» Каждый раз, когда я пытался играть с барабанами, басом и гитарой, я чувствовал, что моя  музыка становится более обыденной, я чувствовал себя не в своей тарелке. С годами этот дискомфорт прошел - в моей жизни закончился период музыкальных авантюр. А связан он был с тем, что я не профессиональный музыкант. Я не учился в музыкальной школе и в начале моей карьеры искал способ найти в музыке выражение того, кто я есть на самом деле.


Как вы искали эти звуки, которые стали основой вашего саунда? Вы сэмплировали реальные шумы, использовали металлолом, как Einstürzende Neubauten? Или это всё компьютеры?

Как художник, я, конечно, прекрасно знаком с компьютерами, это большая часть моей творческой жизни. В своей музыке тоже люблю играть с иллюзиями и тоже экспериментировал с индустриальным звучанием. Но не хотелось, чтобы в саунде было слишком много технологичного. Меня не устраивало простое сэмплирование ударов по металлу. Я планировал, чтобы мой саунд был наполовину нефтехимическим, если угодно. Объясню: речь о том, чтобы наряду с большими структурами и массивными формами у меня был звук, который работает на микроуровне... Сейчас с вами говорю и понимаю, что мне сложно описывать словами музыкальный продакшн, просто не хватает терминологии.

Мы с моими коллегами никогда не знали, какой Франкенштейн получится в результате наших экспериментов в студии.

Если говорить о первом альбоме — The Golden Age (2013), то мы шли наощупь, выхватывая звуки и эмоции то здесь, то там. Тогда это гармонировало с идеей альбома — с темой потерь, неопределенности, выживания и боли. Больше я такой подход к записи не практиковал и не собираюсь.

В тот же период, когда вы как музыкант искали свой звук, то сделали целый ряд открытий как видеохудожник. Достаточно вспомнить клипы на ваши песни Iron и Run Boy Run и клипы Ланы Дель Рей Born To Die и Blue Jeans. Как в вас уживались эти две ипостаси?

Я был перегружен. И впоследствии понял, что это просто опасно — делать все эти вещи сразу. Я прилагал все усилия, чтобы контролировать, что делает моя правая рука и что левая. Но в тот период меня очень ограничивало время. Было бы его больше, я бы и делал больше. Возможно, эта неистовая перегруженность мыслями слышна в альбоме The Golden Age. Та проблема, о которой вы говорите, в итоге привела к тому, что я построил свою студию так, чтобы делать все одновременно. В одной большой комнате мы создаем видео — там есть все, чтобы работать с 3D и CGI, в другой — я пишу музыку. И в течение дня сотни раз проделываю путь из одной комнаты в другую. Не знаю, может быть, мое фрагментированное сознание — это какой-то неизученный синдром, которым должны заниматься специалисты.


Гуру маркетинга учат нас, что в творческой сфере сегодня необходимо беспрерывно кормить аудиторию контентом. А у вас пауза между лонгплеями составила семь лет.

Прежде всего этот период начался с большой депрессии. С ней ничего невозможно было сделать, только переждать. Я был бы счастлив жить в том ритме, о котором вы говорите. И в то же время был бы рад жить в мире без такого формального подхода. Где можно было бы взять паузу, а потом начать с того места, где ты остановился, и тебя за это время никто бы не забыл. Постоянно думаю о том, что чего-то недодаю, что мне нужно чаще показывать людям новые вещи. Но часто спрашиваю себя: «Точно ли все, что я делаю, должно заканчиваться релизом на стриминг-сервисах?» Например, на джазовом фестивале в Монтрё в 2016 году я исполнил вместе с Son Lux песню Central Park, написанную на стихи американского поэта Фредерика Сайдела. Мы ее до сих пор не выпустили, и больше я ее не пел. Может быть, что-то стоит сделать всего раз в жизни и потом отпустить во вселенную? В этом смысл живых шоу: происходит нечто незапланированное, и никаким способом ты это не вернешь. Чем больше мы думаем о том, как впихнуть музыку в рамки видео на ютьюбе, тем больше она теряет свою природную непосредственность. 

Возможно, в эти семь лет я потерял какое-то время и не заработал сколько-то там денег. Но я благодарен за это судьбе. Иногда полезно тратить время без толка. Новый альбом S16 такой, какой он есть, потому что у меня было все это время. 

И все же ваше молчание не было абсолютным. Например, вы записали EP с Нильсом Фрамом. Чья это была инициатива?

Инициатива принадлежала моему другу — художнику по имени JR. Вместе с ним мы делали спектакль для труппы New York City Ballet и несколько видео. К нам попал проект с участием Роберта Де Ниро — «Эллис», фильм о судьбе иммигранта, приехавшего в США в 1920-е. Через его судьбу автор сценария Эрик Рот показывает судьбу беженцев уже наших дней. 


Я написал какую-то часть саундтрека, но чувствовал, что в этом фильме нужен теплый, успокаивающий звук фортепиано — звук, который выдернул бы меня из моего вечного витания в облаках. Я не пианист. Нужен был кто-то, кто вернет меня на землю. Позвонил Нильсу, с которым был знаком раньше, послал ему какие-то наброски и попросил сделать их более простыми. Он как бы усмирил пыл моих композиций. И поверх этого воцарился голос Роберта Де Ниро.

Фото: предоставлено Universal Music
Алина Бавина
главный редактор

Моя дипломная работа на журфаке МГУ была посвящена блогам и тому, приравняют ли их когда-то к СМИ и вообще насколько этично это делать. Тема появилась совершенно случайно. Изначально я собиралась писать про творчество Василия Шукшина. Но как-то среди ночи моя подруга, с которой мы прожили четыре года в одной комнате в общежитии и, естественно, не могли не выбрать одну кафедру, проснулась и сказала, что мы безумные и не осилим диплом по литературе, поэтому надо срочно менять тему. Над нами сжалился один преподаватель, который хорошо нас знал. Я уже даже не помню, кто придумал и предложил тему блогов. Но нам показалось, что она гораздо легче творчества Шукшина.

Тут нужно отметить, что это был – страшно представить! – 2008 год. И мы тогда еще были очень аналоговыми. Рефераты сдавали на дискетах (помню преподавателя, которому мы все по навету старшекурсников сдавали пустые дискеты, и пару моих однокурсников, попавшихся на этом), кино смотрели на дисках, которые брали в прокат в находившемся практически в подвале журфака киноклубе (помню, как тяжело мне давался Тарковский, Бергман и как я заснула при первом просмотре «Жизни как чуда» Кустурицы, которую потом нежно полюбила; но как меня поразили «Маргаритки»!), книги читали в Ленинке и радовались, если по читательскому билету попадали в тот самый ретро-зал с зелеными лампами. Тогда только-только появились «Одноклассники», а ЖЖ был самой прогрессивной площадкой. Мы – о, Боги! – ходили в интернет-кафе, которое тогда существовало у главного здания МГУ. Там у нас и разгорались нешуточные баталии в ЖЖ. Мы писали посты на волнующие темы и спорили с пеной у рта в комментариях. И делали это с таким азартом, будто играли на миллионы в казино.

Когда я получила свою твердую четверку за диплом, выдохнула и тут же забыла про него, то и предположить не могла, что тема блогов вернется в мою жизнь. «Зачем мы это делаем? Ну что за бред?» – долго не отпускала меня моя беспощадная рефлексия, когда затевали SRSLY. Ведь мы же сами морщимся от этих слов – «блогеры», «трендсеттеры», «инфлюенсеры», бла-бла-бла. Какая-то пошлятина выходит, когда начинаешь рассказывать, о чем мы. И как-то даже стыдно и неловко за себя становится. Но давайте не будем отрицать: блогеры дали нам новый контент, от которого наконец-то не душно. Звезды инстаграма вытеснили глянец, ютуба – затоптали телик. Блогеры начали тянуть теплое одеяло рекламных бюджетов на себя. Трендсеттеры и инфлюенсеры новой формации стали желанными гостями в светской тусовке. Теперь они «как скажут, так и будет».

Дудь нагнул Ютуб, Ивлеева из маникюрши превратилась в телезвезду с ТЭФИ, Горбачёва стала главной актрисой поколения, Монеточка зазвучала из всех утюгов. Это, безусловно, герои нашего времени. Они уже изменили реальность и продолжают это делать. У них влияние в интернете и не только. И не поддаться ему уже не получается. Конечно, можно дальше продолжать болеть нигилизмом и отрицать новый мир. Но это нечестно. Прежде всего по отношению к себе. А мы за честность, за открытые вопросы и ждем таких же ответов от героев. И у нас нет «не наших героев», нет предубеждений, и мы против клише.

Мы намеренно отказались от артемов быстровых и не будем прятаться за псевдонимами. У каждой публикации есть автор, которому вы сможете посмотреть в лицо и туда же высказать все, что думаете о его материале (естественно, аргументированно). Быть абсолютно несогласными с нами не возбраняется. Мы сами в редакции часто спорим друг с другом. Но последнее слово всегда остается за ответственным за раздел. У нас все со своим бэкграундом, позицией, принципами в профессии и взглядами на жизнь.

Когда в редакции предложили каждому написать свой манифест, я прониклась этой идеей. Сразу вспомнились Белинский, Добролюбов, Чернышевский, Белый, Блок, Иванов, Гумилев… Всплыло слово «публицистика». И повеяло той самой нашей наивной аналоговостью, которой теперь уже просто нет. На журфаке мы изучали кодекс профессиональной этики журналиста. Сейчас это понятие кажется атавизмом. Но пусть наши манифесты станут этическим кодексом 2.0.

На втором курсе я прочитала «Поколение П» Пелевина и отчаянно не хотела верить в то, что в журналистике все друг у друга крадут идеи. У меня с тех пор аллергия на «Давайте сделаем как у…» А мы-то тогда зачем, если они уже есть? Поэтому SRSLY – это про дерзкие идеи, честные тексты и – куда ж без них – красивые картинки.

Читайте также
Бизнес — 05:55, 18 января 2021
«Главный ресурс ХХI века — это внимание людей». Интервью с генеральным директором Wargaming St. Petersburg Маликом Хатажаевым
Музыка — 18 января, 05:55
Новое в музыке за неделю: DVSN, Bree Runway, Sleaford Mods, Artemiev & Муся Тотибадзе
Новости, Новости — 17 января, 22:03
Новый тренд в тиктоке: блогер находит пасхалки в мультфильмах Pixar и Disney
Кино — 17 января, 21:52
40 самых ожидаемых фильмов 2021 года
Побудь в шкуре директора SRSLY!
Новости, Новости — 17 января, 16:00
У Cream Soda вышел клип на трек «Атомы». Поклонники критикуют
Популярная темаПопулярно
Новости, Новости — 17 января, 11:36
Apple планирует создать iPhone со складным экраном
Новости, Новости — 16 января, 22:51
Посмотрите, как Милохин и Бабич пытаются угадать музыку быстрее Shazam
Новости, Новости — 16 января, 13:23
Мишель Кеннелли хочет удалить тикток
Новости, Новости — 15 января, 18:00
Новинки Samsung: Galaxy S21, Galaxy S21+, Galaxy S21 Ultra. Разбираемся, что к чему
Новости, Новости — 15 января, 18:00
Это топ! Новые беспроводные наушники Samsung с объемным звуком и интеллектуальной системой шумоподавления
Новости, Новости — 13 января, 06:22
Каково это — быть директором SRSLY и не сойти с ума
Новости, Новости — 11 января, 10:41
Такси в соцсетях, или Как мы перестали ловить машины на улицах
Новости, Новости — 29 декабря 2020, 19:15
Как доставить подарки за пару дней до Нового года
Кино — 16 января, 10:38
11 важных гей-фильмов. Версия Дениса Виленкина
Новости, Новости — 16 января, 10:27
Тиктокер превращает переписки в драматичные треки об аренде дома и украденном рецепте запеканки из брокколи
Новости, Новости — 16 января, 00:51
Кантемир Балагов снимет для HBO пилотный эпизод сериала по игре The Last of Us
Новости, Новости — 15 января, 21:35
Февральский номер Elle выйдет с 25 обложками: на них Росси Де Пальма, Дэвид Ганди и другие
Герои — 15 января, 20:17
Жизнь в бассейне. Интервью с чемпионами по плаванию Чупковым, Гриневым, Насретдиновой
Образ жизни — 15 января, 17:03
10 видео, которые нужно посмотреть на ютьюбе: Wallows, Лана Дель Рей и «Архитектурные излишества»
Новости, Новости — 15 января, 17:00
Еще одна международная коллаборация: Лиза Анохина сняла видео с испанским тиктокером Бенджи Кролом
Новости, Новости — 15 января, 14:16
Лайфхак для кулинаров: на Spotify появились плейлисты-таймеры, помогающие приготовить идеальную пасту
Все звёзды и инфлюенсеры
Новости, Новости — 15 января, 13:34
На Землю прилетели 12 бутылок французского вина. Они больше года пробыли в космосе
Новости, Новости — 15 января, 12:50
Книги Толкина «Гибель Гондолина» и «Утраченный путь и другие истории» выйдут на русском языке. Там рассказывается о Средиземье
Новости, Новости — 15 января, 12:48
Билл Гейтс стал первым, хоть и не в рейтинге Forbes: бизнесмена признали крупнейшим «фермером» США
Новости, Новости — 15 января, 12:11
Ариана Гранде записала ремикс на «34+35» с Doja Cat и Megan Thee Stallion
Новости, Новости — 15 января, 08:43
Первый комикс о Бэтмене продали за 2,2 млн долларов. Это новый рекорд
Новости, Новости — 15 января, 00:16
Посмотрите трейлер «По наклонной» — криминальной драмы от режиссеров «Мстителей» с Томом Холландом
Новости, Новости — 14 января, 19:12
Музыка, любовь и ЛГБТ: Кирилл Иванов из СБПЧ в ютьюб-шоу Карена Шаиняна
Новости, Новости — 14 января, 18:02
Кэти Перри стала новым амбассадором Pokémon
Образ жизни — 14 января, 17:24
ЖатропеР: премьера фильма «История Дэвида Копперфилда»
Эйфория: К черту всех, кто не рыба-капля (спецэпизод)
6.3
Чудо-женщина: 1984
8.7
Мандалорец
(1 сезон)
8.4
Очень странные дела
(3 сезон)
Половое воспитание
(3 сезон)
8.4
Острые козырьки
(1 сезон)
Скрестив мечи
(2 сезон)
Ванда/Вижн
(1 сезон)