Диалоги о русском инди. Интервью с автором книги «Это было в России» Аркадием Романовым

Что вообще такое инди-музыка 10-х? 

Я бы обозначил ее странным термином «нишевая поп-музыка». По сути, все инди-группы — хоть гитарные, хоть электронные — записывали поп-песни. Но рассчитывали на вполне конкретную аудиторию, похожую на самих артистов: космополитичную городскую интеллигенцию из среднего класса.

Они манифестируют независимость? Или «инди» — это просто тег?

Это тег, обозначающий классовую и социокультурную принадлежность артистов и слушателей. 

Классовую? Разве артисты это рефлексировали?

А тут неважно, понимали они это или нет, просто вокруг слова «инди» сложился набор клише. Это что-то вроде слов «хипстер» или «мамбл-рэп» — в узком значении они характеризовали конкретную субкультуру или стиль рэпа. В России хипстерами стали называть людей, чья внешность отождествлялась с либеральным и космополитичным сознанием, а «мамбл-рэперами» — рэперов новой школы с разноцветными волосами, даже если их читка была членораздельной.

Я встречал мнения, что Sonic Death периода 2012 года ретроспективно похожи на обещание о начале новой инди-музыки в России, которая так и не случилась. Как ты оцениваешь роль ее основателя Арсения Морозова в 10-х?

Никогда не находил его таким важным, если честно. Может, конечно, послушав песню про соседа до конца, кто-то и взял в руки гитару, основал собственную группу, как говорили про первых фанатов The Velvet Underground. Но Арсений Морозов для меня — псиоп русского инди. Он внушает сцене комплекс неполноценности, мы будто его не заслужили, хотя, на самом деле, уберите его из уравнения, и ничего не изменится.

Комплекс неполноценности? 

Возможно, так накладываются впечатления от его публичного поведения в последние годы. Надменность в сочетании с постоянным посыпанием головы пеплом.  

Ну хорошо, с этим согласен. Но ты уверен, что его можно просто взять и убрать? Тот же Холодков и Гальянов (перкуссионист и экс-клавишник Shortparis. — Прим. SRSLY) называют его своим учителем, а прорва инди-кидов 10-х признавалась в уважении к Арсению. Огромное количество андеграундных групп появилось и записалось, будучи явными фэнами его проектов.

Интересное наблюдение, я бы хотел поговорить с ними о проектах Арсения. Что они в них нашли? Почему так вдохновились? Он, безусловно, талантливый человек: мыслит концептуально, понимает, что нужно и что не подходит его музыке. Свое гиковство он не слепо пестует, а возводит к русской рок-традиции — к БГ и Майку Науменко (основатель и лидер группы «Зоопарк». — Прим. SRSLY). Кстати, Юра Хой, один из самых народных рок-певцов в нашей истории, был диким фанатом эстета-Майка. Тем не менее я сомневаюсь, что фигуры Майка и Морозова сопоставимы. 

Конечно, их сложно сопоставить. Но я и не сравниваю, а лишь говорю о пиетете. 

Признаний в любви подобного рода было много и в адрес Муджуса, и Феликса Бондарева (российский музыкант, создатель проектов RSAC и «ЩЕНКИ». — Прим. SRSLY). Знаешь, в чем разница? Я не могу назвать ни один конкретный прием или черту творчества Арсения Морозова, которая продолжает жить в других музыкантах. Он повлиял на многих, но в чем его влияние, я пока не понял.

Справедливо. Вот тебе еще хрестоматийная для эпохи группа — «Буерак». Как они из мема стали проектом, которого воспринимают всерьез?

«Буерак» сорвали джекпот, сделав типовое постпанк-звучание саундтреком для собственной концептуальной вселенной. «Буерак» как «Король и Шут» или «Кровосток» нащупали собственный язык и подачу на грани с мелодекламацией, создали мир и погрузили туда слушателей. Кстати, как и «Кровосток», они начинали с переосмысления криминальной эстетики.

Занятное сравнение. И обе группы выражаются как бы на дистанции. Какая вообще характерная манера выражения для нашего инди? Оно было больше ироничным и дистанцированным? Или, наоборот, в стиле «щас я вам душу выложу»?

Однозначно первое. Даже когда пытались вытащить что-то личное, то камуфлировали это слоями иронии или красивых образов. Мне кажется, в инди-среде был страх петь песни «в лоб», поэтому было ощущение дистанции. И вот там, где эту дистанцию не просто оставляли как пустоту, а умышленно обустраивали, — появлялся слушательский интерес. «Буерак» отлично сюда подходит. 

Вот кто должен был по всем параметрам повлиять, но почему-то вообще не повлиял — так это Pussy Riot (признана экстремистской организацией, ее деятельность запрещена в России. — Прим. SRSLY). Де-факто с них и начались 10-е, инцидент с ними выглядел как запуск новой панк-волны. Но ее не случилось. Были группы в андеграунде, никак не влиявшие на направление поп-культуры, ну и одинокие «Порнофильмы». Почему не произошло панк-взрыва?

Если интерпретировать панк более широко — не как музыкальное направление, а как модель поведения, то его было очень много в хип-хопе. А вот в узком смысле слова… случились только «Порнофильмы». 

«Панк-фракция Красных Бригад» (группа из Москвы, образованная в 2013 году. — Прим. SRSLY) — безумно стильное, но тоже экзотическое явление. Почему не произошло панк-волны? Не хватило влиятельных трендсеттеров — пары-тройки новых вдохновляющих артистов, за которыми бы рискнули отправиться остальные. Крикливый и колючий политический панк-рок живет там, где есть личности, готовые петь песни на подобные темы. В хип-хопе таковых оказалось больше.

Зато вместо панк- гремела постпанк-волна. Почему на постсоветской территории стал популярным именно думерский извод жанра? Групп вроде Molchat Doma, Ploho и того же «Буерака» как будто наплодилось гораздо больше, чем артовых, типа Shortparis, «ГШ» и Mirrored Lips. И ведь в советские времена была похожая ситуация: условные «Кино», корнями в которые врастает тот же «Буерак», были сильно популярней условных «Звуков Му» или «АВИА», корнями в которые врастает Shortparis. 

Артем Бурцев (худрук группы «Серцелев». — Прим. SRSLY) считает постпанк «русским народным стилем». Это интересная мысль, ведь классический рок работал на постпанк-движке: «Аквариум», «Кино», «Алиса», «Наутилус», «Агата Кристи». А перечисленные тобой группы играли нечто экзотическое — я бы сравнил их с режиссерами авторского кино, у которых есть неповторимый почерк. Думерский постпанк можно сравнить с вестернами — их не может быть без шляп, салунов, ковбоев, индейцев. А у постпанка — панельки, трубы заводов, новостройки, сигареты, русская смерть. 

Возвращаясь к аналогии с жанровым кино: оно чаще работает с универсальными архетипами. Оно понятно массовому зрителю, приносит ему удовольствие, ему легко ассоциировать себя с героями, хотя они не похожи. Поэтому массам нравятся типовые группы, уже на что-то похожие, вызывающие предсказуемый эффект от прослушивания, а не индивидуальный, неповторимый экспириенс. 

В «Это было в России» находится место в том числе нишевым группам типа «ПФКБ» и «Электроребят». Понятно, почему много места отведено условным Хаски и Shortparis. Но по какому принципу ты отбирал андеграундных артистов?

Если я знал о них и считал интересными, то писал. Наверняка многие пролетели ниже моих радаров, и это досадно. Мой страшный сон, мне пишут: «Аркадий, а почему в книге нет ничего про артиста N?», я слушаю артиста N и осознаю, что ничего о нем не знал. Упустил его и не включил в повествование.

Какая, на твой взгляд, самая недооцененная инди-группа десятых?

«Лемондэй». Уверен, спустя лет 10–15 их альбом «Фаворит» будет считаться незамеченной классикой. Идеальное соотношение абсурдных слов и примитивистской, но стильной и обаятельной музыки. Когда их слушаешь, есть классное ощущение, что попал в секту.

В первой половине десятых Александр Горбачев** (признан иноагентом на территории РФ. — Прим. SRSLY) говорил, что не очень понимает «лирического героя эпохи» применительно к хип-хопу из YungRussia (российское музыкальное объединение, основанное в 2010-х Boulevard Depo. — Прим. SRSLY). А какой коллективный лирический герой у инди-групп тех лет? 

Не знаю, мне представился стеснительный молодой человек из большого города с растительностью на лице. У большинства инди-групп были абстрактные тексты, поэтому их лирического героя воспринимаешь как альтер эго автора.

С растительностью?

Усики, щетина, красивая борода. Как у Арсения Морозова. Блин, может, поэтому он так важен? Он — скин персонажа?

Ха-ха, знаешь, вполне возможно. Тот же Митрошин из Slackers многим обязан Морозову именно по части имиджа. Но знаешь, кто реально скин персонажа? Кирилл Бледный.

Сто процентов. С «Пошлой Молли» началось что-то новое. Скрестите обаяние русского инди начала 2010-х с амбициями и технологиями новой школы рэпа, получите целую поросль групп, которые обязаны звучанием Кириллу.

Меня, кстати, это всегда удивляло. Рэперский нахрап Петара Мартича и тем более «Пошлой Молли» как будто плохо уживается с уязвимостью, присущей жанру. Тебе не кажется странным, что случилось скрещивание одного с другим?

В случае Кирилла мы видим завершение этого процесса. Я бы еще вспомнил Феликса Бондарева, чья методология и харизма также не чужды хип-хопу, а транслируемый пофигизм можно сравнить с эффектом от «прыгай киска» Мартича. Наверное, можно представить себе этот алгоритм в такой последовательности: Бондарев, Мартич, Бледный. 

В чем принципиальное отличие инди 10-х от 20-х? И можно ли сказать, что в той декаде были артисты, которые предвещали инди 20-х? По аналогии с тем, как Платина в рэпе 10-х уже прогревал эстетику темных двадцатых.

Думаю, будет уместно опять вспомнить о «Пошлой Молли». Бледный породил ту ветку развития, по которой гитарная поп-музыка продолжает катиться дальше. Мамбл-рок, кальян-рок — как угодно называйте, будут и другие клише. И, кстати, это все еще лучше того, чем занимался Арсений Морозов.

Раз ты вернулся к Морозову — тебе не кажется, что он сделал любопытные вещи? Бледный работал со скрещиванием трендов, чем породил новый, но Морозов играл вариации хардрока, будучи при этом этаким «андрогинным лохом». Его позиционирование более андердоговое. Плюс он сохранял (и сохраняет, кажется) важную для инди оппозицию между мейнстримной культурой и андером. То есть, простите, его сложно назвать жлобом, а ряд инди-аристов, вставших на рельсы хип-хопа, я бы мог такими назвать.

Он много чего играл, мне, например, нравился психоделический альбом PBO — SLOW. Кайфовая музыка. Стремление Арсения блюсти свой аттитьюд и не лезть в каждый утюг всегда вызывало мое уважение, он неизбежно возвращался к этим постулатам в интервью. Тем не менее Кирилл Бледный круче и важнее, потому что: первое — создал схему, «учебник» по записи гитарного поп-альбома в условиях D.I.Y. Второе — написал несколько по-настоящему народных хитов и не стеснялся переосмыслять отечественную поп-традицию. И третье — оказался многогранным артистом, способным на метаморфозы в звучании. 

Ну и последнее. Твой любимый инди-артист 10-х?

Kedr Livanskiy. Причем не столько за песни, сколько за нащупанный подход к ним, эстетику, красоту, которую я мало у кого видел.