В четвертом выпуске дневников ММКФ — французская жизнеутверждающая комедия, азербайджанский фильм с недавнего Венецианского кинофестиваля, драмы про городского космонавта и неудавшегося летчика.
«Триумф» (Un triomphe)
Программа «Спектр»
Этьен (Кад Мерад) всегда был не очень успешным актером. С карьерой не клеилось до неожиданного предложения поработать с заключенными. Долго не думая, он намеревается поставить с ними, на минуточку, «В ожидании Годо» Беккета. Преступники поначалу не очень соображают что к чему, но с удовольствием включаются в работу, ведь к абсурду им — людям из тюремного мира — не привыкать.
Театр становится спасением и чистым вдохновением, герои обмениваются репликами из пьесы, перекрикивая других бунтующих зеков, ответственно разучивают роли, каждый по своим причинам. Один хочет, чтобы им гордился сын, другой, чтобы им гордилась жена, а третий просто всю жизнь торговал книгами в далекой африканской стране и очень любит литературу. «Триумф», отобранный на неслучившийся Каннский кинофестиваль, — настоящий манифест новой искренности, который обладает важнейшей социально-гуманистической функцией — дестигматизацией тюремного мира и осужденных. Противопоставление одиаровскому «Пророку» и всему суровому кино про французские застенки. «Беккет — он-то умер, а мы живы», – проговаривает один из преступников. И жизнь проливается на сцену, давая шанс каждому доказать себе и близким, что статья — не приговор. Праздник человеческого достоинства, праздник, в конце концов, артиста Этьена, который мечтал оказаться на сцене «Одеона» и появился там по несчастливой случайности с импровизированным вербатимом, когда заключенные в итоге сбегают и он вынужден за них отдуваться. Искусство, породившее искусство. А сам Кад Мерад, кажется, наконец сыграл главную роль в жизни, за которую, скорее всего, получит премию «Сезар».
«От смерти до смерти» (Sepelenmis Ölümler Arasinda)
Программа «Эйфория наваждений»
Азербайджан. Молодой человек (Орхан Искандарли) отправляется за таблетками для тяжело болеющей матери и попадает в метафизическое путешествие по своей памяти.
Фильм Хилала Байдарова, спродюсированный Карлосом Рейгадасом, — классическая фестивальная псевдоэкзистенциальная ерундистика, сильно вдохновленная Тарковским. Копия копии. Одинокие деревья из «Жертвоприношения» в стыдных количествах сменяют друг друга на экране, на фоне звучат высокопарные графоманские философские изречения. С другой стороны, есть в «От смерти до смерти» и подобие художественного поиска, музыка выдающаяся, моменты киногении, фата, струящаяся на ветру, туман с лошадьми. Но в целом это, конечно, очередное упражнение в сложном и маловыносимом спорте — снять большое и умное кино настоящего великими средствами из прошлого.
«Гагарин» (Gagarine)
Программа «Спектр»
Темнокожий подросток Юрий (Алсени Батили) вырос в большом жилом комплексе Gagarine Towers, который вот-вот собираются сносить. Парень не в силах смириться с таким положением дел и решается его отремонтировать. С ремонтом не очень выходит, поэтому Юрий откровенно, как и дом, едет крышей и представляет, что дом — огромная ракета, а сам он, понятно, космонавт. Еще раз, чтобы точно не перепутать: Юрий в жилом комплексе, блин, «Гагарин».
Нагроможденными друг на друга жирными символами-метафорами режиссеры-дебютанты Фанни Лиатар и Жереми Труиль стараются воззвать к самым черствым сердечкам. Набор из стальных арт-вставок и социальных грузиков полтора часа давит многозначительностью. Хотя «Гагарин» — кино абсолютно безыдейное, очень вялая вариация условного «Супер 8», помноженного на «Чужих на районе» в жанре подростковой беготни и сдобренного единственной задачей — привлечь внимание к неблагополучной жизни, что оставляет неизгладимый след в исторической памяти героев и города. Вероятно, основной конкурс несостоявшегося Каннского кинофестиваля.
«Себастьян берет высоту» (Sebastian springt über Geländer)
Программа «Эйфория наваждений»
Себастьян рос милым и тихим ребенком, но однажды окулист заметил у него что-то нехорошее в глазу и прописал очки. Тут как бы случилась беда. Мальчик вырос и не смирился с невозможностью детской мечты стать пилотом.
Картина Джейлана Атамана, бойфренда модной режиссерки Симоны Костовой и продюсера ее же «Тридцати» — очень краткая, трехактная история взросления. Фильм-малютка, новое немецкое кино, обладающее уникальной органикой. Немножко «Таинственная кожа» с очень долгой интерлюдией, не приводящей ни к чему. Можно сказать что-то банальное про портрет немецкого поколения, а можно поразмыслить на тему того, что фильм хочет как будто что-то по-настоящему важное сообщить, но не сообщает, как это часто бывает в жизни, утопая в бытовых малозначительных деталях. Главное его достоинство — в изобретательном монтаже и смелых визуальных аллегориях. За автором будет, безусловно, любопытно следить дальше.
