Колонка, Герои — 13 октября, 16:47

Женщина в черном. Виталий Дымарский о Коко Шанель

Виталий Дымарский
Главный редактор исторического журнала «Дилетант»

В 60-е годы прошлого столетия почти все спектакли Большого театра во время его гастролей в Париже посещала старая дама, имя которой вошло в историю Франции и мировой моды. Звали ее Габриель Шанель, а все близкие люди называли ее просто Коко. До своих последних дней (а умерла она в 1971 году) Коко любила повторять, что «жизнь живого существа — это всегда загадка». Словно говорила о себе самой — ведь только сейчас открываются некоторые скрытые страницы ее судьбы, в которой сложно переплелись профессия, принесшая Коко мировую славу, постоянно сопровождавшие ее любовные приключения и даже тайные операции.

Царский сон — к роману

...Известность Граса намного превосходит его размеры. Этот небольшой городок в горах над Ниццей слывет парфюмерной столицей Франции. На 40 тысяч жителей приходится с десяток фабрик, производящих знаменитые французские духи. Отсюда берет начало и самый известный их аромат — Chanel No. 5, да и вся история дома моды Габриель Шанель. Именно эти духи принесли ей славу и состояние, сделали ее той великой Коко, которую непререкаемый авторитет французов, писатель и государственный деятель Андре Мальро назвал среди трех самых заметных фигур в истории Франции ХХ века — наряду с Шарлем де Голлем и Пабло Пикассо.

А начиналось все, конечно же, с увлечения. Хотя связь Коко с великим князем Дмитрием Павловичем, отправленным царем в январе 1917 года в изгнание за участие в убийстве Распутина, просто увлечением не назовешь. Роман был коротким, но бурным. Дмитрий, слывший первым красавцем дома Романовых, с первого взгляда влюбился в Шанель, как и большинство мужчин. Взаимностью она ему поначалу не отвечала.

Когда родственник великого князя пришел к Шанель и поведал ей, что во сне ему явился царь, который будто бы сказал, что Дмитрий и она должны быть вместе — такова воля судьбы, Коко отрезала: «Ко мне царь не заходил».

Настойчивость русского князя все же взяла верх. Не потому ли, что, по сказанным ею позднее словам, «все эти наследные принцы вызывали у меня огромную жалость: их работа, когда они ее выполняют, уж очень скучная, а когда они без работы, и того хуже». Как бы то ни было, Шанель, решив съездить в Монте-Карло на только что приобретенном автомобиле, пригласила с собой Дмитрия опробовать покупку. «Но на это у меня нет денег», — смутился он. «Бензин я беру на себя, а там вовсе не обязательно останавливаться в роскошном отеле», — успокоила друга Коко.

Коко Шанель и великий князь Дмитрий Павлович/Getty Images

В ту поездку на юг они и посетили Грас, где познакомились с неким Эрнестом Бо, химиком-парфюмером. Молодость свою он провел в Санкт-Петербурге, поскольку его отец служил при царском дворе. Встреча с великим князем и его очаровательной спутницей навеяла на него приятные воспоминания и... развязала язык. Бо назвал своим новым знакомым 24 ингредиента, которые должны составить новый, придуманный им сорт духов. Этим секретом грасского парфюмера и воспользовалась Коко. Добавив собственные компоненты, она вскоре, в 1921 году, выпустила знаменитый «№ 5», быстро завоевав рынок. Почему, кстати, она выбрала такое название? По той простой причине, объясняла Шанель, что из всех пробных флаконов именно в пятом оказалась та смесь, которая стала новой маркой. Кроме того, пятерка показалась ей изящной по своим очертаниям.

Эти духи принесли Коко огромное состояние, которым надо было умело распоряжаться. Три года спустя, в 1924-м, она основала отдельную парфюмерную фирму, пригласив в компаньоны братьев Вертхаймеров. Кто мог предположить, что этот разумный с точки зрения коммерции шаг обернется через некоторое время детективной историей, в которой Шанель отвела себе роль новоявленной Маты Хари? Но до тех событий должно пройти еще целых 15 лет.


Парижская мода выступает по-русски

А пока беззаботная Коко меняет любовников, выпускает новые коллекции одежды, завоевывая Францию и весь мир. И не забывает о своем первом увлечении — шляпках. Ведь с их моделей она, 28-летняя провинциалка и сирота, начала «брать» Париж еще в 1911 году. Не это ли предопределило среду, в которой постоянно вращается Шанель, — русские иммигранты? Ведь им тоже, как и молоденькой Габриель, приходилось после 1917 года завоевывать Париж — правда, по совсем другим причинам.

Знакомством с великим князем она обязана выдающемуся хореографу Сергею Дягилеву. Это имя гремело в начале ХХ века по всей Европе. Его «Русские сезоны», постановки балетных спектаклей считались в то время вершиной балетного искусства.

Коко восхищалась русским балетом, часто ходила в театр на выступления Нижинского, ставшего впоследствии «звездой» дягилевской труппы. Даже покорившее мир строгое черное платье от Шанель придумано было ею на русском балетном спектакле, когда Коко вдруг поняла, что ее раздражает буйство цветов в нарядах сидящей в зале публики...

Но с самим Дягилевым встреча произошла позднее, на закате его карьеры. Разразилась Первая мировая война, и европейцам стало не до балета. Хореограф обосновался в Италии, там-то близкая подруга Шанель и познакомила ее с русской знаменитостью. Дягилев был в ужасном настроении: нечем стало расплачиваться с долгами, а тут еще любимый Нижинский женился и уехал в Латинскую Америку. Скандалом закончилась премьера «Весны священной» Стравинского: зрители не приняли ни новаторской музыки, ни хореографического эксперимента Дягилева. Он решил сделать вторую постановку балета, но денег на нее не было.

И тут появилась Коко. Несмотря на всего лишь шапочное знакомство с Дягилевым в Венеции, она смело пришла в гостиницу, в которой он остановился, приехав в Париж. И Шанель быстро исправила ему настроение, вручив чек на сумму, необходимую для новой постановки «Весны священной».

Дягилев ожил, сформировал новую труппу и не стеснялся в случае надобности обращаться за помощью к Коко, ставшей его близким другом. Она бесплатно создала костюмы для нескольких его балетов. Продолжала оказывать финансовую помощь. «Я был у принцессы П., — рассказывает он Шанель, — она дала мне 75 тысяч». И слышит в ответ: «Но она же знаменитая американская дама, а я — всего-то французская модельерша, вот вам 200 тысяч». На этого человека она денег не жалела. 

До конца своей жизни Коко повторяла, что Дягилев был ее главным и единственным учителем.

Дягилев ввел Коко в русский мир Парижа, и с тех пор на улице Камбон, где разместился «Дом Шанель», зазвучала русская речь. Эмигрантам было нелегко, вытолкнутые большевиками за границу, они и здесь оказались ненужными, прежние титулы, пусть даже дворянские, ни на кого не производили впечатления, и работа у Шанель оказалась для многих спасением. «Серым кардиналом», дававшим Коко советы, как вести себя с русскими, был, конечно, Дмитрий Павлович. Посетителей у входа встречал бывший губернатор Крыма граф Кутузов. Великая княгиня Мария Павловна, которая, если бы не революция, должна была стать королевой Швеции, возглавила мастерскую русской вышивки... «Все эти великие князья, – вспоминала Коко, – были похожи друг на друга: прекрасное лицо, которое ничего не выражало, зеленые глаза, тонкие руки... Мирные, даже застенчивые люди... Они пьют, чтобы избавиться от страха. Эти русские величавы, красивы, великолепны. Но за всем этим ничего нет, только пустота и водка».

Сохранились, однако, и другие ее впечатления: «Русские меня всегда восхищали. Их любимое "все, что твое, то и мое" приводило меня в состояние опьянения. Все славяне отличаются утонченностью, естественностью, даже самые несчастные из них незаурядны».


Операция «Модная шляпка»

К концу 30-х годов, однако, русские страницы жизни Коко оказались почти полностью перевернутыми. Умер Дягилев, в США перебрался Стравинский, одно время очень увлекавшийся Шанель... Сама она сменила великого князя Дмитрия Павловича на герцога Вестминстерского, роман с которым длился целых 14 лет. Эта непривычно долгая для Коко любовная связь ввела ее в иную среду – принц Уэльский, Уинстон Черчилль...

Коко Шанель и Жак Казот/Global Look Press

Шанель находилась в зените славы и, несмотря на возраст (ей уже было за 50), продолжала пользоваться завидным успехом у мужчин. Спутала все карты, лежавшие удачным пасьянсом, опять же война. Поначалу Шанель заняла вполне патриотичную позицию и даже пошла на рискованный шаг, показав свою коллекцию одежды в сине-бело-красных цветах ­— цветах Франции. Но затем она решила закрыть свой дом моды. «У меня было чувство, — вспоминала Коко, — что закончилась целая эпоха и что никогда уже никто не будет шить платья». И уединилась Шанель в роскошном парижском отеле «Риц».

Но добровольное заточение длилось недолго. Коко нашла для себя новое занятие, куда менее безобидное, чем создание моделей или производство духов.

В многочисленных биографиях и энциклопедических справках, посвященных Шанель, нетрудно обнаружить «белое пятно» — годы оккупации Франции нацистами. По одной, невнятной версии, она провела их в Швейцарии. По другой — не выезжала из Франции. И никаких подробностей ее отношений с оккупационными германскими властями. Рассекреченные в середине 90-х годов архивы английской разведки пролили наконец свет на тогдашнюю деятельность Коко.

В 1940 году, в 57-летнем возрасте, Шанель завела очередную любовную интрижку. На сей раз ее избранником был господин на 15 лет моложе ее. Звали его Ганс Гюнтер фон Динклаге, и служил он атташе германского посольства в Париже. Этот немец был, судя по всему, агентом Абвера. Коко решила воспользоваться знакомством, чтобы вернуть себе эксклюзивные права собственности на духи «Шанель». Помните братьев Вертхаймеров? Так вот они и выкупили перед войной эти права, а затем из-за своего еврейского происхождения вынуждены были уехать из нацистской Германии в Соединенные Штаты. Динклаге обещал помочь.

Затея провалилась, так как Вертхаймеры успели быстро оформить контроль над духами «Шанель» на подставных лиц. И тогда в голове Коко родился другой проект, на сей раз куда более амбициозный, — остановить военные действия. Она решила ввязаться в историю с заключением сепаратного мира между западными союзниками и Германией.

Через своего любовника Шанель вступила в контакт с Вальтером Шелленбергом, шефом разведслужбы СС и доверенным лицом Гиммлера, который был одним из тех в нацистском руководстве, кто вынашивал идею сепаратного мира. Предложив Шелленбергу свои услуги, Коко в апреле 1943 года по его вызову отправляется в Берлин, чтобы обсудить детали своего плана. Заключался он в том, чтобы воспользоваться старым знакомством Шанель с тогдашним британским премьером Уинстоном Черчиллем, с которым она неоднократно встречалась до войны в доме своего любовника герцога Вестминстерского. Да и кому тогда не было известно имя знаменитой Шанель?!

Рэндольф Черчилль, Коко Шанель и Уинстон Черчилль/Getty Images

Вспоминая об этом деле в 1945 году, когда его в качестве уже нацистского преступника допрашивала английская разведка, Шелленберг, согласно протоколу, заявил следующее: «Мне представили женщину, сказав, что она достаточно хорошо знает Черчилля, чтобы вести с ним политические переговоры. Она назвала себя врагом советской России и утверждала, что желает помочь Франции и Германии, судьбы которых, по ее словам, тесно связаны между собой». Шелленберг приказал, чтобы Шанель приехала в Берлин. Вот тогда-то, в апреле 1943 года, и состоялась их первая встреча, на которой тайная операция, задуманная Коко, получила название «Модная шляпка».

Каковы же были мотивы Коко? Те, кто в то время знал Шанель, отвергают версию предательства национальных интересов и говорят даже о ее «самопожертвовании во имя установления мира» и о «крови Жанны д'Арк, текущей в венах Коко». Чем бы, однако, ни руководствовалась известная модельерша, более удивительно поведение высших чинов Третьего рейха. Конечно, Гиммлер хотел прекратить войну, добиться сепаратного мира на Западе и положился в этом деле на умного Шелленберга. Но почему же последний принял столь наивное предложение, исходившее к тому же от «звезды» парижской моды? Офицер английской разведки Стюарт Хэмпшир, ведший допросы Шелленберга, признался недавно, что был поражен тем, насколько тот упрощенно видел положение дел в Великобритании. Как можно было поверить, удивлялся английский офицер, что какое-то светское знакомство заставит Черчилля вести переговоры о сепаратном мире с Германией в тот момент, когда уже было очевидно, что она проиграет войну?

Тем не менее Шанель получила от Шелленберга «добро» на операцию «Модная шляпка» и отправилась в Мадрид, чтобы через знакомого ей британского посла в Испании и одной подруги выйти на связь с Черчиллем. Устроившись вновь в отеле «Риц», на сей раз мадридском, Коко ждала ответа от британского премьера. Но так и не дождалась. Получив сообщение, что Черчилль серьезно болен, она поняла, что ее миссия закончилась неудачей. Коко так никогда и не узнала, что Шелленберг воспользовался иными путями и передал Черчиллю другое письмо с предложением о встрече для обсуждения сепаратного мира. К тому времени шеф разведки СС уже, видимо, осознал, что операция «Модная шляпка» не имеет шансов на успех.

Коко Шанель/Global Look Press

После освобождения Парижа Коко, чье сотрудничество с оккупантами было очевидным, была сразу же задержана французскими силами внутреннего правопорядка, сформированными из отрядов движения Сопротивления. Но за решеткой она пробыла недолго — всего один час. Говорят, что за нее хлопотали весьма высокопоставленные особы, в том числе... Уинстон Черчилль.

Единственное, чего потребовали от Коко новые власти в обмен на свободу, — немедленного отъезда из Франции. Она перебралась в Швейцарию, где неожиданно возобновилась ее связь с Вальтером Шелленбергом. На Нюрнбергском процессе этому эсэсовцу был вынесен мягкий приговор — шесть лет тюремного заключения. Коко регулярно писала ему письма в камеру, и когда Шелленберг вышел на свободу в начале 50-х годов, продолжала его поддерживать, в том числе материально. 31 марта 1952 года Шелленберг скончался, и Шанель взяла на себя все расходы по его похоронам.

…История жизни Коко на этом не кончается. Улеглись послевоенные страсти, ей простили прежние грехи, разрешив вернуться во Францию. Там она вновь взялась за моду. Когда Марлен Дитрих спросила у Шанель, зачем ей это нужно, она объяснила свое возвращение к главному занятию просто: «Потому что я умирала от тоски». От тоски ли или еще от чего, вспоминала Коко и об еще одном прежнем увлечении — русском балете. Вот почему ее часто видели на парижских спектаклях Большого...


Фото: Getty Images
Алина Бавина
главный редактор

Моя дипломная работа на журфаке МГУ была посвящена блогам и тому, приравняют ли их когда-то к СМИ и вообще насколько этично это делать. Тема появилась совершенно случайно. Изначально я собиралась писать про творчество Василия Шукшина. Но как-то среди ночи моя подруга, с которой мы прожили четыре года в одной комнате в общежитии и, естественно, не могли не выбрать одну кафедру, проснулась и сказала, что мы безумные и не осилим диплом по литературе, поэтому надо срочно менять тему. Над нами сжалился один преподаватель, который хорошо нас знал. Я уже даже не помню, кто придумал и предложил тему блогов. Но нам показалось, что она гораздо легче творчества Шукшина.

Тут нужно отметить, что это был – страшно представить! – 2008 год. И мы тогда еще были очень аналоговыми. Рефераты сдавали на дискетах (помню преподавателя, которому мы все по навету старшекурсников сдавали пустые дискеты, и пару моих однокурсников, попавшихся на этом), кино смотрели на дисках, которые брали в прокат в находившемся практически в подвале журфака киноклубе (помню, как тяжело мне давался Тарковский, Бергман и как я заснула при первом просмотре «Жизни как чуда» Кустурицы, которую потом нежно полюбила; но как меня поразили «Маргаритки»!), книги читали в Ленинке и радовались, если по читательскому билету попадали в тот самый ретро-зал с зелеными лампами. Тогда только-только появились «Одноклассники», а ЖЖ был самой прогрессивной площадкой. Мы – о, Боги! – ходили в интернет-кафе, которое тогда существовало у главного здания МГУ. Там у нас и разгорались нешуточные баталии в ЖЖ. Мы писали посты на волнующие темы и спорили с пеной у рта в комментариях. И делали это с таким азартом, будто играли на миллионы в казино.

Когда я получила свою твердую четверку за диплом, выдохнула и тут же забыла про него, то и предположить не могла, что тема блогов вернется в мою жизнь. «Зачем мы это делаем? Ну что за бред?» – долго не отпускала меня моя беспощадная рефлексия, когда затевали SRSLY. Ведь мы же сами морщимся от этих слов – «блогеры», «трендсеттеры», «инфлюенсеры», бла-бла-бла. Какая-то пошлятина выходит, когда начинаешь рассказывать, о чем мы. И как-то даже стыдно и неловко за себя становится. Но давайте не будем отрицать: блогеры дали нам новый контент, от которого наконец-то не душно. Звезды инстаграма вытеснили глянец, ютуба – затоптали телик. Блогеры начали тянуть теплое одеяло рекламных бюджетов на себя. Трендсеттеры и инфлюенсеры новой формации стали желанными гостями в светской тусовке. Теперь они «как скажут, так и будет».

Дудь нагнул Ютуб, Ивлеева из маникюрши превратилась в телезвезду с ТЭФИ, Горбачёва стала главной актрисой поколения, Монеточка зазвучала из всех утюгов. Это, безусловно, герои нашего времени. Они уже изменили реальность и продолжают это делать. У них влияние в интернете и не только. И не поддаться ему уже не получается. Конечно, можно дальше продолжать болеть нигилизмом и отрицать новый мир. Но это нечестно. Прежде всего по отношению к себе. А мы за честность, за открытые вопросы и ждем таких же ответов от героев. И у нас нет «не наших героев», нет предубеждений, и мы против клише.

Мы намеренно отказались от артемов быстровых и не будем прятаться за псевдонимами. У каждой публикации есть автор, которому вы сможете посмотреть в лицо и туда же высказать все, что думаете о его материале (естественно, аргументированно). Быть абсолютно несогласными с нами не возбраняется. Мы сами в редакции часто спорим друг с другом. Но последнее слово всегда остается за ответственным за раздел. У нас все со своим бэкграундом, позицией, принципами в профессии и взглядами на жизнь.

Когда в редакции предложили каждому написать свой манифест, я прониклась этой идеей. Сразу вспомнились Белинский, Добролюбов, Чернышевский, Белый, Блок, Иванов, Гумилев… Всплыло слово «публицистика». И повеяло той самой нашей наивной аналоговостью, которой теперь уже просто нет. На журфаке мы изучали кодекс профессиональной этики журналиста. Сейчас это понятие кажется атавизмом. Но пусть наши манифесты станут этическим кодексом 2.0.

На втором курсе я прочитала «Поколение П» Пелевина и отчаянно не хотела верить в то, что в журналистике все друг у друга крадут идеи. У меня с тех пор аллергия на «Давайте сделаем как у…» А мы-то тогда зачем, если они уже есть? Поэтому SRSLY – это про дерзкие идеи, честные тексты и – куда ж без них – красивые картинки.

Читайте также
Герои — 15:47, 24 октября 2020
«Смех — это противопоставление смерти». Интервью с актером Сергеем Буруновым
Новости, Новости — 24 октября, 15:47
В коалицию против Apple хотят вступить еще 400 разработчиков. Изначально их было 13
Новости, Новости — 24 октября, 14:16
У Dream Team House 7 миллионов подписчиков в тиктоке. Это самый популярный хаус в стране
Новости, Новости — 24 октября, 11:43
Появился уличный художник GANksy. Он как Бэнкси, только не человек
Новости, Новости — 23 октября, 18:14
У Reebook коллаборация с Ubisoft. Она посвящена игре Assassin’s Creed: Valhalla
Новости, Новости — 23 октября, 17:02
Золото, мрамор и даже фрагмент древнего копья: рассказываем, как выглядит iPhone 12 Pro за 3 млн рублей
Популярная темаПопулярно авто
Новости, Новости — 23 октября, 16:21
У Timepad новая система рекомендаций: она поможет найти интересные мероприятия
Образ жизни — 23 октября, 15:44
10 видео, которые нужно посмотреть на ютьюбе: Nilüfer Yanya, Саша Бортич и асексуальность
Новости, Новости — 23 октября, 15:41
У Tesla очередной рекорд. Выручка компании в третьем квартале составила почти 9 млрд долларов
Образ жизни — 22 октября, 13:07
«Никаким, а в целом всем». Каким профессиям не нужно учиться в вузе, по версии зумеров и миллениалов
Новости, Новости — 9 октября, 14:36
«Большая мечта — уже полпути»: минутка мотивации от Саши Петрова и glo
Новости, Новости — 23 октября, 14:37
«Макдоналдс» введет раздельный сбор отходов во всех ресторанах сети
Новости, Новости — 23 октября, 13:54
Еще больше черного юмора и аллегорий: Тим Бертон планирует снять ремейк «Семейки Аддамс»
Новости, Новости — 23 октября, 12:50
Что будет с российским ютьюбом? Рассказывает Женя Калинкин
Новости, Новости — 23 октября, 10:50
Клип Арианы Гранде на трек Positions. Там певица становится президентом и печет пироги
Популярная темаПопулярно тикток
Новости, Новости — 22 октября, 19:51
Из Swag Team ушли сразу четыре участника. Тиктокеры решили заняться бизнесом и саморазвитием
Новости, Новости — 22 октября, 18:56
Тикток Вали Карнавал заблокировали. Но ненадолго
Новости, Новости — 22 октября, 18:17
Кракен на набережной «Зарядья». Это арт-объект Михаила Цатуряна
Новости, Новости — 22 октября, 16:51
У Игоря Николаева тоже есть тикток. Никогда такого не было, и вот опять
Кино — 22 октября, 16:45
О теракте на Дубровке, фильме «Конференция» и человеческой слабости. Интервью с Иваном И. Твердовским
Новости, Новости — 22 октября, 14:37
Картину Бэнкси «Покажи мне Моне» продали почти за 10 млн долларов. Торги длились 8 минут
Новости, Новости — 22 октября, 13:23
Юрий Дудь стал самым популярным блогером среди зумеров
Все звёзды и инфлюенсеры
Новости, Новости — 22 октября, 09:53
В тиктоке нашли профиль Эль Фаннинг. Только у аккаунта нет аватара и верификации
Герои — 22 октября, 01:12
«Побывать на концерте классической музыки — это как прийти в храм». Интервью с дирижером Михаилом Татарниковым
Кино — 21 октября, 21:34
Рецензия на «Конференцию» Ивана И. Твердовского: проживи меня, проговори со мной
Новости, Новости — 21 октября, 21:33
Куча змей и ни одного выполненного челленджа. Роман Каграманов в шоу «З.Б.С.» Насти Ивлеевой
Образ жизни — 21 октября, 19:41
Главное в телеграме за неделю: две крутые обложки, один деанон и «Фразы после секса»
Новости, Новости — 21 октября, 18:35
Для торта придумали щит. Он позволяет задувать свечи без распространения бактерий
Герои — 21 октября, 15:50
О гипнозе, НЛП и дионисийстве. Интервью с актером Максимом Сухановым
Кино — 21 октября, 13:56
Бликующий экран: новинки кино в Сети («Суд над чикагской семеркой», «Ноктюрн», «Тебе стоило уйти»)
Герои — 21 октября, 13:06
О призвании, фэшн-тусовке и Трабуне. Интервью со Славой Gee
Ведьмы
Эмили в Париже
(1 сезон)
Некст
(1 сезон)
Мы те, кто мы есть
(1 сезон)
Ведьмак: Происхождение
(1 сезон)
Ради всего человечества
(2 сезон)
Острые козырьки
(1 сезон)
Американская история преступлений. Импичмент
(3 сезон)
Метод
(2 сезон)
Настя, соберись!
(1 сезон)
Псих
(1 сезон)
257 причин, чтобы жить
(2 сезон)